Закрывая глаза, не умирай

      Как обычно, ближе к ночи Итачи возвращался домой с работы. Он даже не созвонился с братом, пригнорировав его звонок полчаса назад. Отношения между братьями были напряжёнными: в основном, негатив шёл от Саске, и последней каплей стало назначение Итачи на пост руководителя корпорации «Учиха инк.» За последние годы Итачи удалось провернуть множество дел, постепенно подбираясь к этому посту: по сути, теперь он являлся владельцем основного пакета акций. Никто так и не понял, как ему удалось этого добиться. Пожалуй, только Фугаку и не удивился: он хорошо знал своего сына, как никто другой, лучше, чем его знала собственная мать. Саске злился, так как думал, что ни в чём не уступает брату, ну может чуть -чуть, а тут эта, как говорится, сногшибательная новость. А ведь у него тоже были амбициозные планы на корпорацию. Однако не судьба, и все планы осыпались подобно осенней листве. Саске избегал брата, тот чувствовал себя виноватым, хотя причин для этого не было; Итачи пытался компенсировать разрушенные мечты брата подарками, денежными суммами по первому требованию. Фугаку, едва выяснил это, тут же поговорил с сыновьями, но Итачи продолжал свою благотворительность, только скрытно. А Саске бесился ещё больше. Итачи вздохнул, задержавшись в салоне. Иногда на него накатывала меланхолия и апатия, вот как сегодня, и он вспоминал дела давно минувших дней. Перед глазами всплывал образ одного блондинистого парня с голубыми глазами. С влюблёнными глазами. Итачи тихо выругался. Похоже сегодня он снова позволит себе немного расслабиться в одиночестве, не считая бутылки хорошего алкоголя. С момента той самой истории прошло почти шесть лет, а Итачи до сих пор помнил все детали тех дней. Особенно последнего вечера. Если бы можно было вернуться переписать прошлое, Итачи несомненно воспользовался возможностью всё изменить. На него накатила грусть и он нащупал на соседнем сиденье пачку сигарет. Вот в такие вечера, он отзванивался личному помощнику и говорил, что завтра его не будет до обеда: большего себе он не мог допустить, понимая степень ответственности за процветание корпорации. «Намекадзе корп.» развалилась спустя несколько месяцев без финансового директора, в смерти которого он чувствовал себя виноватым. Но больше всего он жалел о мальчишке, ставшим жертвой, неслучайной. Итачи, выпустив горький дым от сигареты, откинулся на сиденье назад, запрокинув голову и закрыв глаза. Наруто... Имя парня въелось в память и ничто не могло вырвать его из сознания и из сердца; ни любовники, ни любовницы, ни противоположные блондину, ни похожие на него - это было, когда он совсем отчаивался - ни алкоголь, ни закрытые вечеринки. Ничто не могло избавить Итачи от образа этого мальчишки. Тогда его люди обшарили скалы и ближайшие окрестности в поисках тела, но ничего не нашли. Кроме того, препятствовал шторм, который еще два дня бушевал, обрушиваясь на берег и мешая поискам. Итачи наблюдал со стороны за тем, что происходило с семьей конкурентов, и втайне немного помогал Кушине. Особенно, когда её поместили на лечение в клинику, в связи с психологической травмой. На лечении настоял её ближайший родственник, прибывший из заграницы, где он постоянно проживал до трагедии. Теперь он переехал и занялся делами семьи, пока окончательно всё не развалилось. Но корпорацию спасти не удалось и в конце концов Итачи добился своего, поглотив её как мелкую сошку. «Намекадзе корп.» стала частью «Учиха инк.», как и планировал Итачи. Победа была отнюдь не сладкой: горькой и отвратительной, с гнилым, трупным привкусом. Кто знал, что у Минато слабое сердце? Решился бы Итачи на подобный шаг, если бы знал об этом? Он тысячу раз прокручивал эти вопросы в сознании, и не находил ответа. Одно он знал точно, что не стал бы вытягивать во всё это невинного парня. Из —за чего он выбрал именно этот вариант? Почему не стал действовать иначе, по-другому? Он обманывал сам себя, говоря, что просто так сложились обстоятельства. А стоило немного расслабиться с помощью коньяка, как становилось понятно, что он просто хотел этого мальчишку. И уже на следующий день Итачи насмешливо отметал подобную мысль, всё сваливая на алкоголь.       Итачи, загнав авто в гараж, всё-таки вышел из салона и направился ко входу в дом, который располагался недалеко, в паре километров, от особняка родителей, и Итачи купив его, довёл кое-где до ума, немного расширив по своему вкусу. Он приобрёл его более двух лет назад, когда проживание и нахождение в квартире стало невыносимым. Всё напоминало о блондине. Порой казалось, что он чувствует его запах на своей постели, и он просил экономку, уже привыкшую к подобным просьбам, полностью сменить свежезастеленное спальное бельё на новые чистые комплекты. Первые два года блондин мерещился ему везде, и хуже всего - даже на работе. Но постепенно отпустило и Итачи перестал вылавливать блондина в каждом схожем субъекте. Родители видели, что с Итачи что-то не так, но их сын был взрослым и как Учиха был обязан справляться с проблемами самостоятельно. Итачи не беспокоили, а он молчал, переживая, переваривая, анализируя и приходил к решению сам.        Сегодня случилось то, с чем Итачи боролся последний год. Год назад родители решили между собой, что их старшему сыну пора обзавестись собственной семьёй, но Итачи это понял так - они хотели внуков, а он просто попался под горячую руку, как старший сын. Саске насмехался над затеей родителей, так как знал о пристрастиях брата, но молчал. И не из-за того, чтобы получить выгоду, а просто потому, что несмотря ни на что, любил брата, скрывая эту слабость. Учихам не приемлемо проявлять чувствительность. Итачи понимал чувства брата, потому и позволял ему многое. Он прошел в гостиную, объединённую с кухней и баром, и кулем упал на диван, нетипично для своего повседневного образа. Итачи призадумался, как ему теперь выкрутиться и отказаться от встречи с потенциальной невестой, чтобы и ее и родителей не обидеть. Что-то останавливало его и не позволяло смириться с предложенным браком. Потенциальная невеста была хороша во всех смыслах, а семья её - ещё лучше, эдакий лакомый кусочек для корпорации Итачи. Что же его смущало? Он и сам не понимал, потому и не спешил с ответом. Пока всё было на уровне разговоров и никаких конкретных предложений с обоих сторон. Итачи отшучивался, отмахивался как мог, когда отец в очередной раз заводил об этом разговор, но в последнее время Фугаку стал всё чаще наседать на сына, а тот всё реже попадался на глаза, чтобы избежать проблем. Итачи колебался и сомневался, и это ему не нравилось. Он привык к точным, обдуманным, взвешенным решениям и остерегался того, в чём не был уверен. А тут ещё воспоминания некстати навалились.       Поздней ночью на набережной невозможно было заметить, как на горизонте появился крупный пассажирский лайнер, который приблизившись к побережью, встал на якорь. Его пассажиры могли наблюдать множество огней от зданий, расположенных вдоль береговой линии. Двое мужчин стояли на палубе, игнорируя тот факт, что ночью положено спать. Один из них был седым, на вид ему можно было дать более пятидесяти лет, с его возрастом не вязался лишь насмешливый, озорной взгляд, который сразу выдавал неординарную личность. Рядом с ним стоял среднего роста молодой человек двадцати трёх лет; коротко, но аккуратно, постриженный блондин в легком светлом брючном костюме. На загорелом лице особенно ярко выделялись голубые глаза. Поза и жесты говорили о нём, как о человеке уверенном в себе, сильном и опасном. - Ты уверен, что тебе это нужно? - зевнув, будто между прочим произнес мужчина постарше, не отрывая взгляда от берега, локтями опираясь о поручни. - Мы уже говорили об этом. Если бы не ты, не твоя помощь не знаю где бы я оказался сейчас, и я благодарен тебе. Но отступать от задуманного я не стану. Ты вправе уйти, - произнес спокойно блондин, наблюдая за переливающимися в воде отраженными огоньками, бегающими по волнам наперегонки. Мужчина усмехнулся и покосился на соседа. - Куда я денусь? Ладно, раз ты так решил, то я в деле. Но на многое не расчитывай. В конце концов, возраст у меня не тот, - он состроил печальную гримасу, тяжело вздохнув. Молодой человек фыркнул: он уже не раз сталкивался с таким выражением на лице своего опекуна, а по совместительству и наставника в финансовых делах.       Когда их столкнула судьба, оказалось, что у старика не было своих детей, и он взял под опеку совсем незнакомого мальчишку без лишних вопросов. Это произошло, когда Наруто был на грани отчаяния и пытался спрыгнуть в бушующий океан, но передумал. Однако, оступился на скользком перапете и свалился вниз, "как придурок" - потом рассказывал он матросам, которые вытащили его еле живого из воды на палубу, когда его утянуло потоком в океан и он чудом не оказался размазанным по скалам трупиком. На его счастье, хозяином того корабля оказался Джерайя, у которого в порту были свои дела, и которого потом тоже еле выловили, но уже на суше в ближайшем кабаке невеселе и в окружении девиц. Джерайя, выслушав сбивчивую полуправдивую историю от уже согретого, одетого в чистое и накормленного мальчишки, решил, что это воля богов и, на удивление Наруто и всей команде, предложил стать приёмным сыном. Оказывается, он давно склонялся к этой идее, но подходящего момента не находил, а тут Наруто, уже готовенький, сам свалился на его корабль, то есть вытащили. Джерайя ещё пару дней, как только они покинули порт и отправились в родные места, ходил с довольным видом и называл Наруто - "мой улов". А Наруто сперва молчал, прикидываясь сиротой, но позже, спустя почти год, всё-же признался в том, что с ним произошло, но для Джирайи это не имело существенного значения. Он просто поддержал, сказав, что принимает его любым, и если Наруто захочет повидаться с родными, то не станет чинить ему препятствия.       За прошедшие годы Наруто многому научился, благодаря опекуну, который оказался успешным предпринимателем, к сожалению не амбициозным, потому малоизвестным и не использующим свои способности и навыки в полной мере. Но обнаружив зачатки в своем "сыне", Джерайя загорелся идеей сделать из него лучшего из лучших в сфере финансов, бизнеса. Он не жалел ни времени ни средств и получал отличные результаты: ученик не был гением, но упорным, трудолюбивым и старательным. Наруто действительно старался изо всех сил: у него была своя цель, которая не давала ему спокойно спать по ночам. Поначалу он просто бредил идеей отомстить одному человеку, при имени которого сердце всё ещё болезненно сжималось и глаза предательски слезились. Но за шесть лет Наруто подавил лучшие чувства, взрастив в душе ненависть и презрение к врагу. Сейчас он был совершенно другим человеком, не тем глупым и наивным мальчишкой, а солидным молодым человеком, в котором трудно было узнать подростка из прошлого. Наруто сильно изменился, и лишь хорошо приглядевшись, можно было узнать в нём представителя семьи Намекадзе. Джерайя видел в стремлении Наруто отомстить нечто большее, но благоразумно молчал: видел, с каким пылом и обидой в голосе Наруто говорил об этом злополучном "Учиха Итачи", когда речь заходила о мести. Отговаривать Наруто было бессмысленно и бесполезно, как Джерайя не пытался. И вот, когда он был готов исполнить задуманное, Джерайя не мог отпустить Наруто одного в пасть льва. Конечно, парень уже не мальчишка: заматерел и обзавёлся своими клыками, но и этот Учиха тоже не в бирюльки играл, а судя по его методам, был в разы опаснее, умнее и хитрее - способным на всё. Джерайя всякое видел на своём веку, но не мог понять, как можно было так поступить с пареньком. Главной задачей Джерайи являлось сохранить в Наруто то хорошее, что в нём осталось несмотря ни на что, не позволить озлобиться, и стать подобным его врагам, и не совершить непоправимые ошибки. - Надо отдохнуть, завтра тяжёлый день, - сказал Джерайя выпрямившись с кряхтением и потянувшись всем телом так, что в районе позвоночника что-то хрустнуло. - Ох, спокойной ночи, Наруто. - Забудь это имя, Джерайя. Ну, я же просил тебя, - нахмурился Наруто. - Ах, да! Точно, прости, совсем подзабыл, - невозмутимо ответил Джерайя и похлопав по плечу молодого человека, направился к себе. Наруто вздохнул, спать ему не хотелось в преддверии предстоящих событий.       В дверь кабинета постучали. Итачи не отрываясь от бумаг громко произнёс: - Войдите, - и оторвавшись от бумаг, поднял голову и увидев вошедшего, смягчился - Саске, рад тебя видеть? Давно не заглядывал. - Привет, - бросил Саске и присел на кожаный диван, - я по делу. - Так, ладно, - произнёс Итачи, откладывая работу в сторону, - чай, кофе? Что будешь? - Не, ничего не хочу, - ответил брат, - Итачи, ты не поговоришь с родителями? Объясни им наконец, что я уже не мальчишка, чтобы организовывать мой день рождения. Я сам его отмечу где хочу и с кем. Надоели эти расфуфыренные особы и их назойливая родня. У меня ощущение, что это какие-то смотрины. Это было бы смешно, если бы не было грустно. Не получается с тобой, так решили на меня насесть? - Саске нервно растрепал свою отросшую чёлку, которую носил в качестве маленького протеста родителям. Мелочь, а приятно. Итачи улыбнулся. - Саске, это бесполезно, - на что брат всплеснул руками и откинулся на спину, в итоге сложив руки на груди и нахохлившись. - Но я постараюсь что - нибудь придумать, если ты пообещаешь больше не ввязываться в какие-либо истории: я не смогу тебя больше прикрывать, да и не хочу. Пора повзрослеть, Саске. - Итачи, вот только не надо меня воспитывать. Поздно и бесполезно. И что значит "прикрывать"? Так говоришь, будто я троих убил, а ты меня прикрыл. Подумаешь, пару раз с ребятами травку курнули, - Итачи поморщился, - Ну, пару раз подрались. Это же ерунда. Впрочем, как и остальное. - Это не ерунда. Представляешь, если бы это просочилось в прессу? Что скажет отец, если узнает. - Итачи серьезно поглядел на брата, а тот деланно закатил глаза и отмахнулся рукой. - Если, если... Расслабься, я всё контролирую, - Саске встал с дивана и подошёл к столу брата, уселся на край и опираясь рукой, наклонился к Итачи, - слушай, Итачи, ну помоги. А я буду паинькой. Ну? - Хорошо, - уступил Итачи, сдавшись. - Я что - нибудь придумаю. Но помни - ты обещал. - Ладно, ладно, - быстро ответил Саске и соскочил со стола. - Я пойду. Удачного дня. - И тебе, - тихо сказал Итачи, когда за Саске захлопнулась дверь. На днях он успел переговорить с Фугаку и убедить его разрешить Саске самому отпраздновать день рождения там, где он захочет, с теми, кого он решит пригласить сам. Но Итачи не спешил рассказать об этом брату, пока не получит то, что нужно: вот это сегодняшнее обещание. В последнее время, поведение Саске часто нарушало планы Итачи, которому приходилось всё бросать и ехать выручать брата. Огласка могла дурно повлиять на дела корпорации: незначительно, но всё-же. Теперь Итачи имел на руках хоть какие-то козыри в отношении брата. Правда, пришлось согласиться на ужин с девушкой, кандидаткой на место невесты, а в будущем - жены Итачи.       Однако, проблемы с братом и навязанной невестой померкли, когда всплыла одна, казалось незначительная, проблема. Сперва они не обратили внимания на мелкую ненавязчивую компанию, едва укрепившую позиции на рынке. И, может быть, Итачи и не обратил бы внимания на эту "рыбёшку", если бы она не оказалась в итоге "пираньей", наносившей значительный вред корпорации. Итачи только спустя время вышел на эту гадливую организацию, жалившую исподтишка и по-тихому. Причём, основным объектом её нападок стала именно "Учиха инк." Причина была не ясна, поэтому Итачи заинтересовался этой компанией, посмевшей бросить вызов титану в финансовой области. Это было полгода назад, а сегодня Итачи всё ещё не знал ничего конкретного о руководстве и самой компании: будто у них отсутствовало прошлое, и возникли они из ниоткуда, а единственное, что удалось накопать - это имя владельца "Кицунэ и К" - Йоширо Ногицуне, двадцати двух -двадцати трёх лет, не местный, как показали источники, и более ничего конкретного. "Не слишком ли много лисиц?" - думал Итачи, подозревая неладное. Он упустил из вида эту хитрую бестию; компания, словно рыжая плутовка отводила взгляды лишь махнув в нужную сторону своим хвостом, заметая следы, пока не обрела силу и не показала свои острые зубки. Итачи давненько не попадался достойный соперник, и вот на горизонте замаячил яркий рыжий огонёк, среди непроходимого темного леса однообразных компаний и корпораций. Он уже переживал, что потеряет хватку и навыки в этой сфере, зачахнув среди серой обыденности быстро сдающихся компаний. "Кицунэ и К" была подарком судьбы, как считал Итачи. Чем наглее они действовали, тем интереснее ему становилось. Однако зверя стоило держать на коротком поводке, а ещё лучше в клетке. Итачи до сих пор даже не выяснил, как выглядит руководитель компании. А вот это заставляло нервничать. Этот лисий сын действовал на расстоянии, скрываясь от посторонних глаз. Что же за человек этот Йоширо? Итачи хмыкнул в предвкушении. Он не будет Учиха, если не выяснит это.