Хей, Лолита, хей!

— Так ты, говоришь, — произнес Спад, поглощая в воздухе лапшу с вилки, — она психанула и ушла? И потом вы даже не общались? — Нет. — сухо, слегка раздраженно ответил Лонг. — Видите ли, ей надоело то, что она делает. Так зачем тогда предлагала? — все это время ему не сиделось на месте спокойно и он нервно постукивал пальцами по столу. Спадински активно проводил время за обедом. — Скажи, у нее есть совесть? Сначала она была не против наших времяпровождений, если ей это вообще не доставляло больше моего. И что? Она ушла. Гордость женская проснулась? «И где же она была, когда ты в очередной раз лезла ко мне в штаны?» Наконец он прекратил свой речевой поток, продолжая покачиваться на стуле, когда на горизонте появилась проблема. Роуз вошла в столовую. Она окинула всех сидящих взглядом в поисках знакомой спины в серой застиранной футболке и как только нашла ее в толпе, ненавязчиво задрала подбородок и двинулась к стойке с едой. Она была совершенно непоколебима в своем натуральном обличии. Джейк этот такой родной для него взгляд на спине уловил, но не повернулся, а спросил у друга: — Она? — Самая. — И что делает? — За хавчиком пришла. Ну че ты как дитя малое, чел, повернись да посмотри. — Видеть ее не хочу. — сказал Джейк и с легкой улыбкой на лице повернулся в сторону своей девушки, пока та еще шла до стойки. — Грациозная лань… Прется. «Когда мы были вместе, у тебя не было времени задирать голову выше моего паха». Артур чуть не подавился салатовым листом наилюбимейшей трапезы. — Полегче, чувак! Я же ем, давай потом! — Эй, я же не рассказал тебе самого интересного, — парень заметно оживился и для вида даже обернулся по сторонам. — Мы с ней… в общем, доешь лучше сначала, — но Спаду было невтерпеж. — Так, все, — он скинул шапку на стол, отодвинул пакет с последним своим сокровищем и, довольно потирая руки, тихо прошептал с огоньком в глазах: «Ты, блин. Валяй уже». — Несмотря на все ее выкидоны.. вон, смотри, что делает, ну, ты видишь?!... Эту Книгу Любви я бы точно не брезговал перечитывать вновь и вновь. Вернее, даже поспособствовал... Она меня способствовала как могла, хех. "Я же не рассказывал тебе, с чего все началось, да? Как-то упустил се-е-й моме-е-е-нт...За окном лил дождь. Но я же не заставлю свою любимую переться в ливень домой, верно? Осталась у меня, замершая и... мокренькая, пхах. До нитки. Ее топик светился под влажной маейчкой, а волосы засаленными потемневшими прядями свисали с плеч.. но они не доставали до ее холодных прелестей," - тут он откашлялся вдоволь, не стягивая немного мерзотрую ухлымылочку с лица, после чего уверенно продолжил: "Чел, да она ебанная Афродита в наилучших своих традициях! Не такая уж и выдающаяся по формам, правда, ты и сам видишь. Но разве требуется много, за что можно было бы ухватиться? Достаточно лишь ее пылающих страстью глаз и..."- в ком-то загорелся пылкий страстный огонек, требующий масла в свое пламя. Оно находилось прямо за спиной, решение всех проблем: одиночества и скуки, любви и гормонов - занятое своими делами, со временем оттаявшее от преждней обижы. Оттаявшей.. грубо сказано, на самом деле.

***

"Короче, это было в один из самых дождливых дней за квартал. Она попала под ливень. Совпадение - рядом с моим домом! Ну не мог же я оставить снаружи это прелестное создание и она была довольна этим, ведь она-то знает, что занимает особое место в моем сердце, как же я ей откажу... сучка. Войдя, на свету я разглядел ее с ног до головы: неотесанная, смущенная, холодная и мокрая. Одним словом: бедняжка. Ей было не понравилось, как тупо я тогда пялился на нее, и, умоляюще так, пролепетала: - Джейк, принеси мне что-нибудь согревающее, пожалуйста, мне очень холодно. Я такой: "А-а-а, да, Роуз, да.." и замешкался, как остолоп. Знала бы она, о чем я задумался... сначала я не принял эту мыслю всерьез, не понимал и выкинул ее из головы попутно с ее просьбой, но потом все вернулось восвояси. — Ты вся озябла, детка.. - я уже накинул ей сверху плед и гладил по плечам, чтоб успокоилась, - Так лучше? - она улыбнулась, обычно, в своей вот этой манере, "не то грустно, не то искренне". Я сразу отпрял, спросил: "Может чаю?" - она ответила, и пока я возился на кухне, она, сидя, за столом, рассказывала про Чайна-таун, зачем она туда пошла и как под дождем промокла. Я, в общем, и забыл уже, хотя это и так не интересно - жуть. Я думал о том, о чем начинал до этого момента: она слишком сексуальная для своего возраста. И она моя. Моя! Мне достался этот неограненный алмаз, работа с которым мне еще предстоит, а я - ювелир! Ну ты понимаешь, да? И тут она выдает, с запинками, но настолько уверенными, что я даже опешил (типа смущается, а на деле ей похеру (зачем так делать?!)): "Разве ты не хотел согреть меня самолично еще со входа?". Ещё мгновение, и я бы ошпарил кипятком себе ноги! Её тон к концу фразу спустился до самых низов и больше напоминал, э-э-э, как это говорится у музыкантов.. штробасс, во-во! Это не её манера речи была, её словно подменили. Ну и я тоже не пальцем деланный, поднес заветную кружку к столу, но чай её уже не интересовал. Она ждала моей реакции. И она ее получила. Я прильнул к ней впритык и с легкой руки взял ее за подбородок, чтобы она, сидя, не испугалась ненароком, и говорю, гордый свысока, уткнувшись своим носом в её: "С чего ты так решила, м-м-м?". "Ма-а-аленький врунишка," - пролепетала она. И, в общем, поцеловала, но ее шаловливая ручка, ооо... Этот звук моей расстегнувшийся ширинки навечно в моей памяти. Она точно знала, что делает. Понятия не имею, что на неё нашло, но это были, пожалуй, лучшие 10 минут в моей жизни. "Я помогу тебе с этим, будь паинькой". Ну, могло быть и дольше, конечно, просто я разнервничался, нас могли прервать неожиданно вернувшиеся родители, тогда время дико поджимало, но когда они вернулись только спустя полтора часа, я почувствовал себя таки-и-им дураком.. мы могли зайти дальше петтинга, а может и нет, всё же она контролировала тогда ситуацию, я всего лишь марионетка в её руках. Марионетка.. поигралась и выкинула. Но вот скажи мне, в чём смысл делать приятно мне, а самой не отдаваться? Спад?.. Спад уже буквально давился сэндвичем: столь интересное повествование не давало ни минуты отдыха. Щелчок, отрезвонивший в его ушах, вернул разум в наш мир; знакомые пальцы мелькнули прямо перед глазами. — Да уж, я съел весь свой второй ланч, - пробубнил Артур. — Какой смысл в этом, а? - повторил свой вопрос Лонг. — Никакой. Я просто люблю хорошо пожрать. — Да, пффф... - нервно всплеснул руками Джейк, — какой смысл не просить доставлять удовольствие себе, но зато мне в полной мере? — Спроси у неё, друг, я совершенно не разбираюсь в женщинах, если речь заходит о такого рода вещах, - подперев рукой щёку, печально откликнулся Спадински. Джейк в свою очередь ослабленно распластался по стулу, устало устремив взгляд в потолок. — О, боже. Ты просто омерзительна. Моя минутная слабость, которую ты обратила в игрищи - уму непостижимо, насколько ты развращена. Невозможно доминировать, будучи рабыней, роль, которую ты сама себе назначила. И я ещё виноват. Не будь ты такой властной сукой, мы не были бы порознь сейчас. Я тебя просто ненавижу. Хотя учебный день все ещё был далёк до завершения, Джейк встал из-за стола, равнодушно оставив друга в одиночестве, и направился к выходу.