На моих нервах

Кларк лежала с закрытыми глазами, голова разрывалась на части. Может, ей и стоило поехать в лабораторию, может, стоило довериться сейчас Лексе. Довериться, как же… Девушка еще сильнее зажмурилась. Вряд ли тут поможет обычное обезболивающее от головы. Когда уже это закончится, раньше было не так… Девушка вспомнила адскую боль от первой процедуры,но даже в тот раз агония не была столь сильной. Такое ощущение, что в голове что-то лопается и сотнями иголок жалит изнутри. Еще пять минут и она сама попросит отвести её куда угодно, только бы эта пытка закончилась. — Кларк, если я тебе пообещаю, что тебе ничего не грозит и в лаборатории только помогут, ты согласишься поехать? Блондинка молчала: обхватив себя руками, она боролась с болью и сил что-либо говорить у неё больше не осталось. Лекса вздохнула и, выглянув в окно, посмотрела по сторонам. Встали они, конечно, очень неудобно. Здесь не лучшее место для парковки. Кларк загибалась от боли еще минут десять и не отвечала. Лекса приняла решение — и пусть Кларк её возненавидит, хотя куда уж больше. Газ в пол и они стремительно неслись в лабораторию. Дэвид их встретил и отнес девушку в палату. Под руководством Лексы блондинку обследовали: не обошлось без проводов и уколов. Как объяснили брюнетке, у той повышенная активность мозга, настолько, что он в буквальном смысле чуть не взорвался. Это как опухоль, которая давит на черепную коробку. Только мозг никуда не давил. Нагрузка на организм оказалась слишком большой и Кларк действительно могла умереть. Прошло уже два часа, а Лекса всё сидела рядом с кушеткой и смотрела на девушку, которая наконец уснула. *** — Тебе лучше? — Лекса поставила стакан воды на столик. — Да, но голова болит. — Кларк приподнялась и присела, подложив под спину подушку. — Хорошо. Попей, пожалуйста. — Лекса опустилась в кресло и, подперев голову кулаком и прищурившись, уставилась на девушку. — Ты спала? — Кларк взяла стакан, чтобы сделать несколько глотков. — Выглядишь ужасно. — Спасибо, ты тоже не очень, — усмехнулась брюнетка. — Завтра детектор? — Да, ждешь? — Твой жду. Правда я не уверена, что мне что-то интересно. — Тогда зачем тебе это? — Хочу узнать, что ты за человек и с кем мне работать. Любопытство, Лекса. — Что бы ты ни спросила, мне нечем тебя удивить, — искренне ответила начальница. — Я тоже так подумала. Поэтому не знаю, что спрашивать. — Ты говорила, что мои ответы могут как-то повлиять на твои. — Брюнетка убрала руку от лица и выпрямилась. — Не знаю, это сложно. Ты же знаешь, я не отвечу ни на один вопрос так, как вам нужно. Поэтому все это не имеет смысла. — Кларк отвернулась. — Я хочу кушать. — Мы скоро поедем домой. Заедем куда-нибудь перекусим. — У тебя глаза уставшие, я думаю, ты не спала. Почему не поехала домой? — Кларк повернулась и с любопытством посмотрела на брюнетку. — Хотела убедиться, что с тобой все хорошо. — Спокойно ответила та. — Ты такая странная. Поражаюсь, как ты отвечаешь на вопросы. Как задаешь их, ожидая услышать честные ответы. На любой вопрос отвечаешь сухо и правду. Что ни спроси. У тебя есть хоть что-нибудь, что ты скрываешь? Почему, когда ты что-то спрашиваешь, не можешь понять, что обижаешь человека? Удивляюсь твоей тупости, она меня просто бесит! — Нет, Кларк, нет. Я просто прямолинейный человек. Моя тупость? — Лекса усмехнулась и встала. — Я росла так. Прямой вопрос — прямой ответ. Мне нечего скрывать и если это по-твоему тупо, я не знаю, как тебе парировать. — Бесит твое спокойствие! — Кларк подняла голос и тут же схватилась за голову. — Все хорошо? — Лекса шагнула к девушке. — Нет, не хорошо! Ты слишком странная, словно не человек. Просто чудовище и бесчувственная скотина. Уйди! Лекса неуверенно выпрямилась и шагнула назад. Как это понимать? И почему так защемило в груди?.. — Хорошо, главное, что ты вся такая чувствительная и человечная, — спокойно ответила девушка, — образец для подражания. Я приду за тобой через полчаса. Будь готова. Брюнетка быстро покинула палату, громко захлопнув за собой дверь. — Сука! — Кларк взяла со стола какую-то непонятную вещь и метнула в дверь. — Это тебе надо колоть сыворотки, чтобы хоть немного живой стала! Тварь! Блондинка снова схватилась за голову. Все загудело с новой силой. Её безумно раздражало равнодушие Лексы, её холодность. Этот противный, выводивший из себя тон. Хоть что-нибудь способно вызвать в ней эмоции? Действия одни, иногда кажется, что вот оно… пока брюнетка не откроет рот. Этот ледяной голос и взгляд. Кларк легла и, закрыв глаза, вспомнила, как Лекса вчера коснулась её щеки. Ладонь на щеке, а в глазах у брюнетки — отстраненность и пустота. Ей самой надо лечиться или, как в сказке, пойти в изумрудный город, чтобы ей подарили сердце. *** — Ты долго будешь нянчится с этой девкой? Брюнетка, прикрыв глаза, приготовилась терпеливо выслушивать речь отца. Сказать ей было нечего, а спорить не было сил. — Молчишь? Прекрасно, Лекса! Ты в курсе, что проект, которым ТЫ непосредственно заведуешь, стоит на месте? Тебе китайцам его сдавать, помнишь? — Помню. — Тогда почему им занимаются все, кроме тебя? Ты вчера была на работе и просидела весь день в своем кабинете. Чем ты там занималась? — С бумагами разбиралась. У меня же теперь и бумажная работа есть или ты забыл? — Ты должна успевать делать все! Нам вчера звонил… какой нам, МНЕ звонил этот ублюдок и орал, что он ждет проект, а ты не отвечаешь на его звонки! Мой секретарь в холодном поту домой ушла, потому что она уже устала всех отшивать и выслушивать. Это не моя работа! Я доверил тебе всего один проект! — Я знаю, отец. — Лекса присела в кресло и закрыла свободной рукой лицо. — Как только появилась эта девушка, ты забыла, кто ты и чем ты должна заниматься! Сколько можно? — У меня еще один день, ты же помнишь наш уговор… — Лекса, я временно отдал тебе её, но помимо этого у тебя есть основная работа! На мне висит вся корпорация, со всех сторон давят. Ты помнишь Такеши? Его люди тебя чуть не расстреляли, так вот, с ним началась настоящая война! А тебе-то что? Ты там в дочки-матери играешься! Нам скоро пиздец придет! — Понимаю, я исправлюсь. — «Дестрой», весь проект по сыворотке на тебе! Ты месяц не появлялась у Марка… не месяц, а сколько? Ты пришла к нему? Уточнила, как успехи? Почему это делают за тебя? Почему, черт возьми, это делаю за тебя я? Тишина. — Лекса! Какого хрена ты молчишь? Я тебя спрашиваю! — Закончу с Кларк и займусь основными обязанностями. Прости, отец, у меня нет сил, я устала и очень хочу спать. — Вот, значит, как, — сухо констатировал мужчина. — Ну, хорошо. Ты доигралась. С меня хватит. Я не так многого от тебя ждал. Ты меня огорчаешь. Завтра все закончится. Мужчина положил трубку, а Лекса еще какое-то время держала телефон у уха. *** Она тихо прошла в комнату Кларк и, нависая над девушкой, заглянула ей в лицо. И что она в ней нашла?.. Глаза слипались: впервые за всю свою жизнь ей показалось, что она сейчас упадет без сил и уснет прямо на полу. Странно, но ни одна физическая нагрузка её так не выматывала, как эти два дня. И дело не в том, что она не спала сутки, она и по трое суток могла не спать. Сейчас она морально вымотана до предела, и тот факт, что её вообще что-то морально могло вымотать — крайне удивлял. Душу грело что-то новое в её жизни и пугало то, что этому завтра придет конец. У неё вся жизнь впереди, еще будет радость и… наверное, еще много эмоций. Эти мысли часто посещали её, но почему-то никогда не успокаивали. Она пришла в свою комнату и стоило только закрыть глаза, как девушка моментально провалилась в сон. *** — Лекса, проснись. Брюнетка открыла глаза и дернулась от удивления. На её кровати сидела Кларк, а на свободной части на простыне лежал поднос с кофе и блинчиками. Лекса так резко проснулась, что выглядела, как дикое запуганное животное. Что происходит? — Приготовила тебе завтрак. Ты уж извини, но мне пришлось взять машину. Я умею водить, просто прав нет. А магазин у тебя здесь очень далеко, пришлось ехать полчаса туда и обратно. — Кларк говорила очень быстро и так бодро, что Лекса едва успевала улавливать каждое слово и соображать, в какой параллельной вселенной она оказалась. Тем временем блондинка продолжала рассказывать о своих приключениях, не обращая внимания на охреневшее лицо брюнетки. — Так вот! Ты же не против, я взяла у тебя карточку? Могу извиниться, что лазила у тебя по карманам, но не буду. Я слишком хотела кушать. У тебя только карточка, а я не знала твой пароль, ну естественно, откуда мне! — Кларк, постой. — Лекса помотала головой и вытянула вперед руку, пытаясь притормозить тараторившую девушку. — Я не успеваю за тобой. Помедленнее… — Я искала супермаркет, где надо прокатить карточку без пароля или приложить, это заняло еще минут двадцать. Тут есть небольшой городок и там всего три магазина. Ешь, пожалуйста. Лекса поднялась и свесила ноги с кровати. Что происходит, бля? Тут случилось нечто совсем неожиданное: Кларк наклонилась к брюнетке и обняла её! Так крепко, что Лекса ощутила боль в плечах. — Ты что? — Она попыталась вырваться из объятий. — Прости, прости, ты не любишь обниматься. Ну, конечно! Но сегодня такой чудесный день! — Кларк широко улыбалась. Она обежала кровать и подскочила к подносу. Лекса хмуро наблюдала за блондинкой, совершенно не понимая что с ней творится. — Покушай, пожалуйста. У тебя есть плита! Ты знала? Я, правда, еле разобралась, как ею пользоваться. Точнее вру… не разобралась. Разогрела блины в микроволновке! — Кларк, что происходит? — тихо прошептала брюнетка. — Как что? Я же сказала! Я проснулась с шикарным настроением! Ой! Я забыла! Я же еще сладкого купила! Я сейчас сбегаю на первый этаж и все принесу. Лекса встала и, пока блондинка говорила, все так же внимательно наблюдала за ней. За мимикой, за улыбкой, слушала голос. — Сегодня чудесный день, Лекса! Я не знаю, что с моим настроением и не смотри так на меня! Ты мне сегодня даже нравишься, кстати, ты любишь пончики? А шоколад? Я горький не люблю, купила молочный… А ты горький любишь? Просто… — Кларк! — Горького там не было, честно. Я бы могла и его взять. — Кларк! — Лекса сделала пару шагов, обходя кровать. — Еще я взяла пончики, не уверена, что в той забегаловке они свежие, но зато там карту принимали без пароля! А еще… — Кларк, блять! Замолчи! — Кофе я сделала с молоком, ты пьешь кофе с молоком? — девушка широко улыбалась, но в глаза брюнетке не смотрела. Куда угодно, только не на неё. — Кларк… — Лекса подошла к блондинке совсем вплотную. — Ах да! Я же шла за сладким! Ты не беспокойся, если здесь останутся крошки я уберу! Все уберу. — Усмехнувшись, Кларк развернулась, намереваясь выйти из комнаты. — Стой. — Лекса схватила ей за предплечье. — Я за пончиками, может, я наговариваю и они вкусные. Я сейчас, пусти… — Девушка попыталась вырваться. — Нет, сюда иди… — Пусти! — улыбка испарилась с лица. — Нет, Кларк, прекрати. — Лекса крепко держала руку, которую блондинка уже пыталась высвободить второй рукой. — Пусти, Лекса, пусти! Я вниз, я за пончиками… — голос дрогнул. — Тихо. — Лекса дернула девушку на себя и крепко сжала в объятиях. — Пусти, Лекса. Все хорошо, пусти, бля! — Кларк вырывалась, что есть силы. Голос стал сдавленным и тело дрожало. — Все будет хорошо, Кларк! Все будет хорошо, слышишь? — Брюнетка намертво прижала её к себе. — Ничего не будет хорошо, Лекса! Ты сама это знаешь… — Расслабившись, девушка прижалась к теплому телу начальницы. — Хорошо уже не будет… — Кларк, я помогу… — Лекса закрыла глаза и прижалась щекой к волосам блондинки. Она обнимала… это не так как обнимать отца или кого-то ради приличия, на приемах. Когда чужие люди вместо рукопожатия лезут тебя обнять… Сейчас все иначе и… её сердце сжалось в маленький комок. — Лекса, — тихо начала Гриффин, — ты не поможешь. Пусти. — Повысив голос, она снова стала вырываться. — Я ТЕБЯ НЕНАВИЖУ! ТЫ ВСЮ НЕДЕЛЮ ПРИТВОРЯЛАСЬ! К ЧЕМУ ВСЕ ЭТО? Зачем ты боролась за эту неделю? Зная, что ничего из этого не выйдет! Зачем?! Ты хоть… Девушка наконец сильно оттолкнулась и вырвалась из объятий, тяжело дыша. — Ты хоть представляешь, что я чувствовала??? Мне надо полюбить людей, которые, если я этого не сделаю, убьют меня. Душу мою убьют, Лекса! Как тут можно стать преданной?! Это абсурд! Я каждый день просыпалась с мыслью, что мне осталось еще четыре дня, три, два… Полюби их, Кларк! Работай на них! Прими это и будешь жива! Такая моя мантра? Как, Лекса? КАК, БЛЯТЬ? — Гриффин схватила тарелку с подноса и метнула в стену. — Что ты стоишь смотришь на меня? О чем ты думала? Ненавижу тебя! Я же живой человек… — Голос вновь задрожал. — Я живой человек, Лекса… я не умею любить и прощать по щелчку, даже когда от этого зависит моя жизнь… Хотела бы, но не могу. Сегодня... последний день. Кларк упала на колени. Лекса не могла даже вздохнуть. Она все это время стояла не дыша, и дело не в том, что ей нечего было сказать или она была шокирована. Девушка знала, что Кларк права, но сделать ничего не могла. — Кларк. Я такой человек, какая есть, какой родилась. Я правда пыталась помочь. Просто... не знаю как, как это делается. — Что ты пыталась? — Блондинка подняла на неё взгляд. — Помочь? Люди помогают, Лекса, когда переживают! Я слышу все! Твое сердце — оно бьется так же ровно как, когда ты спишь! Тебе насрать! И ты можешь начать дышать, а то уже жутко становится. Не беспокойся. Спектакль окончен. — Гриффин встала на ноги и, пихнув плечом брюнетку, вышла из комнаты.