Глава 5. Проверка жизнью
21 августа 2016 г., 09:42
Хирузен Сарутоби. Профессор, Бог Шиноби, Сандайме Хокаге Конохагуре-но-Сато. Несмотря на все свои титулы и опыт, он не смог помочь и теперь его страшил загробный мир, люди ушедшие туда. Он думал, что, возможно, у него будет возможность расслабиться и увидеть свою семью, старых друзей, своего сенсея. Однако после смерти Йондайме и его жены, вместе со всеми погибшими во время нападения Кьюби, он почувствовал опасение перед будущим. Первый звоночек, в его и так далеко не мирной жизни, прозвучал, когда медсестра попыталась убить маленького Наруто, он ощутил холодную ауру, полную ярости. Это было видимым подтверждением того, что даже после смерти родители, недавно осиротевшего ребенка, все еще наблюдают за ним. (Четыре АНБУ, что защищали ребенка, тоже почувствовали страх и решили, что рисковать, связываясь с тем, кто может испытывать такую сильную ярость, не стоит. Кроме того, это сразу же сделало их более внимательными. Сообщение о том, чей это ребенок, только дало им дополнительный стимул, чтобы охранять ребенка, ведь никто не хотел испытать гнев его родителей на себе, пусть и после смерти).
После этого маленького происшествия, большинство стало считать, что довольно неразумно пытаться причинить вред ребенку. Правда, это не останавливало никого из простых гражданских жителей деревни, которые совершали глупости и тут же ощущали на себе все прелести ярости потустороннего мира, да и после их преследовали несчастья. Проклятие, решили они и были недалеки от истины.
Стоило Наруто исполниться четыре года, как его выкинули из приюта и он ощутил жалость к матроне, понимая, какое будущее ее ждет, да и остальных невольных соучастников этого (АНБУ тоже было жалко). Найдя Наруто, он решил дать ему квартирку и оставил там жить. Вероятно, неправильное решение, учитывая то, что всю последующую неделю он чувствовал направленный на него гнев. Ему оставалось только вздохнуть и готовиться уйти в отставку, невольно предвкушая возможное избиение и словесную порку, что Кушина приберегла специально для него.
Молодой шиноби где-то все еще скорбит о потере последних из тех, кто стали для него семьей. Проводя много времени возле памятного камня, он пытался дистанцироваться от мира, чтобы не привязываться снова. Это была причина, по которой он отдалился от сына своего сенсея. Это было не справедливо по отношению к ребенку, но он не мог себя пересилить, слишком сильна была боль потери. Хотя он действительно ощущал, что гнев и разочарование были направлены на него. Это было мучительно чувствовать, что за ним наблюдают и это приносит им только неудовлетворение. Он был уверен, что эти взгляды принадлежали сенсею с его женой, но предпочитал отмахиваться от этих мыслей, считая, что человек не сможет наблюдать за происходящим после его смерти. (Это был порочный круг, что вел только к все большему и большему разочарованию в нем).
Он брал длительные миссии, как АНБУ подальше от деревни, радуясь чувству облегчения, когда оставлял место болезненных воспоминаний позади. Это было не слишком хорошо для него, но, по крайней мере, он переставал чувствовать себя старой развалиной. Он вздохнул, отворачиваясь от мемориального камня, отправился назад в деревню, «читать» его оранжевую книжку.
Еще дальше от деревни, высокий мужчина с длинными белыми волосами, пытался сбежать от проблем. Да, он проверял свою шпионскую сеть, но главной причиной было другое, после смерти Минато он не мог видеть деревню. Да, он отказался от своих обязанностей, как крестного отца, но не мог поступить иначе. Слишком сильное горе он ощущал, а о ребенке позаботятся в деревне, там ему будет безопасно и хорошо, именно так он себя убеждал. Он был таким же, как Тсунаде и они просто пытались сбежать от своего прошлого и боли. Он знал, что поступил плохо, исчезнув после их смерти. Нет сомнений в том, что Кушина захотела бы с ним поговорить по душам. Он не сомневался в том, что они наблюдают за его жизнью, он чувствовал обращенный на него гнев, стоило ему выйти за пределы деревни и все, что ему оставалось, это упасть на колени и молиться, что их ярость ослабеет со временем. (К сожалению, каждое 10-е октября, гнев только усиливался, поэтому у него не оставалось сомнений, что ему не светит счастливая загробная жизнь).
(В пещере, далеко от Конохи, замаскированный человек иногда сожалел о том, что напал на деревню. О, вернись он назад, он бы сделал тоже самое, но гнев, что он ощущал по отношению к себе, заставлял опасаться людей, которых он разозлил этим. Он тайно молился Богу Хидана — Джашину, он хотел избежать смерти любой ценой, чтобы не встречаться с теми, кто злился на него. Он чувствовал, что это будет правильный выбор).
