Вы никогда не умрёте

POV Грей       Что такое война? Уверен, что не каждый способен дать ответ на этот вопрос. Да и я сам с трудом понимаю, хотя пережил именно это явление. Я бы сказал, что война — это оружие. Глупое оружие, придуманное человечеством, в нашем случае волшебниками, которое предназначено для того, чтобы убивать, сокрушать, уничтожать, ломать людей. Ломать каждую косточку, каждую часть. Ломать сердце и душу.       Я был глуп. С самого детства мне пришлось несладко. И я видел много смертей. Скольких людей я потерял в то время, когда ещё был ребёнком? Сколько, когда вырос? Да, я бы мог сосчитать на пальцах. Но теперь не только на пальцах одной руки.       Война против нашего наиболее сильного и страшного противника сумела сломать меня гораздо быстрее, нежели Делиора — демон во плоти. Возможно, потому что тогда я был слаб, а теперь обрел силу, дабы защитить тех, кого люблю. Но не сумел. И это разбило меня на тысячу мелких осколков. Flashback POV Грей       Мы были сильно побиты, но счастливы, что наша берёт. Я сражался бок о бок с Джувией, но сердце моё было далеко. Я переживал за Люси, которая вечно ошивалась с Нацу. Конечно, я верю в него и знаю, что он защитит её, если будет нужно. Но это непредвиденная война, в которой возможно всё. Когда мы закончили на своём фронте, отправились помогать остальным. Я встретился с Нацу, но Хартфилии с ним не было. — Где Люси? — опешил я. — Она отправилась искать Венди, чтобы помочь с ранеными, — отозвался Нацу, вынося ударом правой руки одного из армии Зерефа.       Меня такой ответ не удовлетворил. И несмотря на то, что ребята старались изо всех сил, я бросил их, побежав искать её. Наверное, глупо. Наверное. Но моего отсутствия никто не заметил, ведь остались одни хилые, и мои друзья точно справятся с ними. Только Джувия крикнула мне своё обычное: — Милый Грей…       Но и ей не суждено узнать, куда я устремился, потому что пришлось отбиваться от парочки рядовых магов. Если бы я только знал, как это обернется… Наверное, я бы всё равно ушёл.       Я не имел понятия, куда бежать, поэтому шёл наугад, зовя её по имени. Я также не понимаю, что именно заставило меня искать Люси.       Но я не переставал это делать. Я знал, что Люси мне нравится. Она симпатична, как девушка. Но я ни разу не считал, что влюблён в неё. Я всегда волновался, хотя не подавал виду. Да и не нужно это было, ведь заклинательница духов обычно была с Нацу, который не бросает в беде. Но теперь я хотел во чтобы-то ни стало увидеть её и убедиться в том, что с ней всё нормально. — Люси! — в очередной раз позвал я блондинку. — Это ты, Грей? — я услышал её голос. Но был он не таким, как прежде. Хриплый, усталый, будто последний звук, который смог вырваться с её лёгких. — Люси!       Я побежал быстрее в ту сторону, откуда был слышен до боли родной голос. Вскоре я увидел её. Люси лежала на сырой земле. Её одежда была порвана. На теле было видно кучу ссадин и царапин, волосы, которые прежде были такими яркими, будто солнце, теперь поблекли. — Ты в порядке? — опешил я, падая на колени возле неё. И я понял, что ответ мне и так ясен. В области живота была огромная рана, а вокруг девушки лужа алой и липкой крови. Люси умирала… — Грей… Я так рада, что это ты… — Не говори, береги силы.       Я попытался остановить кровотечение с помощью льда. Но я знал, что уже поздно. — Грей, не нужно, — Люси говорила тихо. — Меня уже не спасти…       Слова давались ей тяжело, я понимал, что она говорит с последних сил. На глаза набежали такие предательские слёзы. Я плакал последний раз, когда мне приходилось вновь видеть смерть отца, но и тогда я мог контролировать себя, я чувствовал это. Но сейчас… Я не мог сдержаться. — Молчи, я обязательно спасу тебя! — я кричал, возможно, раня её. Но я тогда не мог ничего с собой сделать. Я не мог смотреть на то, как умирает она. — Грей… Прости… И я хотела давно сказать, только повода не находилось… А теперь… — Люси закашлялась, и на уголке рта показалась струйка крови.       Я положил её голову к себе на колени. По щекам лились слёзы. Я чувствовал к себе ненависть и отвращение. Я не понимал, почему не хватаю её на руки и не бегу изо всех сил к Полюшке. Не знал, не знаю и никогда не узнаю, почему я тогда ничего этого не делал. У меня нет никакого объяснения. И не будет. — Грей… — Да? — мне было страшно слышать её последние слова. Ведь я отчётливо понимал, что они будут именно последними. — Я тебя очень люблю, Грей… — Люси, не нужно, — я не знаю, как можно передать словами то, что я тогда чувствовал. — И я тебя… Слышишь? Я тоже тебя люблю, Люси! Только не умирай, пожалуйста, Люси! — я ревел навзрыд. Мои слёзы капали на её уже бледные щеки, на закрытые веки… Я поцеловал её синее губы, но не получил взаимности. Потому что она умерла. Умерла у меня на руках. Я долго ещё обнимал её и умолял вернуться ко мне, но было поздно. Это я не спас её. А ведь она любила меня… Почему она молчала? Я никогда уже не узнаю ответ. Если бы она призналась раньше, до всего этого, то я бы спас её. Но это только оправдание. А оно не сможет излечить душу и покалеченное сердце.       Я взял Люси на руки и поспешил к Полюшке. Я абсолютно ясно понимал, что ее уже не вернуть, но во мне тлела надежда. Наверное, как и у любого другого, кто был бы на моем месте. Я не знал, кто убил Люси, иначе… Иначе я бы разорвал его на части.       Я спешил, как только мог. Идти с ней на руках было трудно, да ещё и развалины везде. Но я сумел добраться до нашего медпункта минут за пятнадцать. Но не знаю, сколько именно времени прошло. Для меня это была вечность. — Извини, Грей, но ей уже ничто не поможет.       После этих слов моё сердце разбилось на мелкие кусочки. Я думал, что больше сегодня меня ничто не сможет так ранить. Но нет.       Сразу после этих слов вбежал Нацу. На его плече была Джувия. Девушка была без сознания. Но всё ещё жива. Однако моё сердце сжалось вновь от страха потерять кого-то. Нацу передал её Полюшке. — Грей, а ты, чёрт тебя возьми, куда делся? — бушевал он. — Из-за тебя Джувия в таком состоянии. Из ниоткуда появился волшебник с мощной силой и со всей дури дал по ней анти магическими частицами, он же яд. Для Джувии, мне кажется, это была слишком большая доза. Надеюсь, Полюшка сможет что-то сделать. — Нацу… — подал голос я. Мне совсем не хотелось оправдываться. Я лишь думал о последних словах Люси. — она умерла, Нацу… — Что? Кто умер? Как вижу, тебя тоже не хило приложили! Полюшка полечит её. — Люси… Я ничего не смог сделать… — Как это Люси? Люси умерла? Ты думаешь, я поверю в это? — Нацу схватил меня за шиворот и начал трясти. Я не мог ничего больше ответить, лишь опустил голову. С глаз полились слёзы. А затем… Нацу хорошенько врезал мне и побежал к Полюшке, я полагаю, проверять правдивость моих слов.       На следующей день было объявлено о нашей победе над войском Зерефа, сам же колдун тьмы куда-то исчез. Отследить его не удалось. В этот же день была объявлена смерть Люси Хартфилии, единственной заклинательницы «Хвоста феи». Никто не веселился, никто не радовался победе, все скорбели по товарищу. Нацу… Эрза… Венди… И я тоже… Будто что-то умерло внутри нас вместе с ней. Я отлично понимаю, как тяжело было им всем. Но то, что чувствовал я… Мне сложно описать словами. Было у вас такое, что вы разбивали любимую чашку? А теперь представьте, что это ещё и живой человек, которого в магазине так просто не купить.       Всё это время Джувия была без сознания. И конечно, это была ещё одна моя вина. Ведь, возможно, если бы я не ушёл тогда, то я бы смог спасти её. Ведь Люси я бы всё равно не помог. А Джувия нуждалась в моей помощи, как никто… Но что теперь думать об этом? Люси сказала, что любила меня, а я не смог уберечь, ведь я тоже любил её… Почему осознание приходит так поздно?       Я сидел у палаты синеволосой волшебницы, когда она пришла в себя. Честно говоря, это был мой наркоз на смерть Люси. Джувия — та, кто держал меня в этом мире. Она любила меня всей душой, она чуть не погибла, ведь я бросил её тогда, поэтому я должен был сделать её счастливой, даже, если моё собственное сердце будет безжалостно убито. — Милый Грей, — заговорила она, когда я уже почти дремал. — Джувия, ты как? — я соскочил с кресла, что стояло рядом, и сел на кровать возле неё. — Джувия чувствует себя не очень хорошо, — она начала кашлять, и я подал ей стакан с водой. — Но Джувия очень рада видеть милого Грея… — И я рад, что ты снова со мной, — это была правда. Я должен был оберегать её. Хотя…представлял на месте Джувии Люси, которую спасти не сумел.       Нацу был в бешенстве. А потом он ушёл с Хеппи на первое попавшееся задание. И я его понимаю. Он не тот, кто будет распускать нюни перед всеми, но и не тот, кто так просто всё забудет. — Джувия очень рада это слышать… — девушка укрылась румянцем. Я хотел сказать ещё что-то, но не успел. Пришла Полюшка и выгнала меня. Я пообещал Джувии, что приду к ней завтра. Кажется, она была вне себя от радости.       Но… Кто бы мог подумать, что это будет наша последняя встреча?       Ночью Джувия умерла. Никого не было, чтобы ей помочь, ведь она шла на поправку, как говорила Полюшка. Почему такое произошло? Вывод такой: её тело начало противостоять магическим античастицам, поэтому она пришла в себя, но вскоре начался обратный процесс, и они истребили все эфирные, то бишь, магические частицы Джувии. Она умерла от нехватки волшебства. Так мне сказали утром. End Flashback       Теперь я сижу на кладбище и размышляю о том, что такое война? Смешно, не так ли?       Люси похоронили в Магнолии, несмотря на то, что она родилась не тут. Совсем рядом была похоронена и Джувия. Скажете, какая ирония судьбы? Возможно. Но это я попросил. Ведь обе девушки были важны для меня. Дурман, наркотики, зависимость, жизнь — они были именно этим, состав моего собственно существования. Война забрала обеих.       Я положил на могилу Люси свежие розы. Я не знал, какие цвета ей нравятся. Но почему-то именно их выбрал: неприступная, но нежная. На могилу Джувии я положил обычные васильки. Просто они синие, эта девушка ассоциируется у меня именно с этим цветом.       Я сидел по большей части возле могилы Люси. Конечно, это выглядит эгоистично и неправильно, но я ничего не мог с собой сделать. Когда не стало и Джувии, то я попросту начал себя винить, но чувств к ней у меня не прибавилось. И мне было паскудно из-за этого. А Люси — единственное мгновение, и я уже не могу без неё. Теперь мне не для кого жить. Я знаю, что это глупо, и те, кто никогда никого не теряли скажут, что так думают лишь слабаки, но они плохо знают, что это такое, когда на твоих глазах столько смертей. Впрочем, каждый может считать моё решение глупым, и он будет прав.       Но я бы жил, если бы жила Люси. Пусть простит меня Джувия за это, но я любил только Люси, пускай и понял это лишь когда потерял. — Люси, — говорил я в пустоту, понимая, что меня никто не слышит и уж точно мне никто не ответит. — Я знаю, что я слаб. Я знаю, что я эгоист, эксгибиционист. Но ты всё равно полюбила меня… Нам лишь не хватило времени. Люси, ты примешь меня, если я приду к тебе?       Но в ответ лишь тишина. Однако я не ожидал большего. Мне было этого вполне достаточно. Я сидел и просто смотрел: то на памятник, где красовалась её фотография, то на розы, которые хотели увянуть как можно скорее, то на небо, которое затягивалось тучами. Будет дождь. Может ли быть, что это плачет Джувия из-за моих слов? Скорее всего, нет. Просто природное явление. Но я всё равно попросил прощения у неё ещё раз. А потом я ушёл.       Ушёл на задание, чтобы уйти из этой несправедливой жизни. — Грей, но это очень сложное задание, даже для тебя одного! — останавливала меня Мира. Но разве я стану её слушать, когда ни Саламандра, ни Эрзы нет рядом? А больше мне в напарники никто не нужен. — Я справлюсь. Скоро вернусь, — махнув рукой и улыбнувшись напоследок, я вышел.       У меня не было желания сделать что-то перед смертью, или попрощаться с кем-то. Я понимал, что плохо поступаю по отношению к Нацу и Эрзе, для которых и моя смерть может стать пределом, но я хотел к Люси. Скажете, смешно? Не любил, и тут вдруг… Возможно, но вы не были на моём месте, поэтому и не судить вам меня. Я потерял всех, кого любил. И единственное, что я хотел — это снова увидеться с ними. Я честно был намерен жить дальше и даже сделать Джувию счастливой, но даже она бросила меня. End POV Грей POV Нацу       Я вернулся в Гильдию спустя неделю после того, как мы с Хеппи взяли задания. Спустя неделю после смерти Люси. И что я узнал? Что Джувия тоже умерла, а Грея убили на задании. Скажете, это просто совпадение? Скажете, что его могли так просто убить? Нет, этот хмырь просто… У меня нет слов.       Сейчас я сижу на кладбище, где стоят три могилы моих друзей: моя лучшая подруга, которая, возможно, была для меня даже больше, чем просто подруга… Мой лучший и единственный на всю жизнь друг Грей и Джувия — товарищ по гильдии, подруга и просто хорошая девушка, которая была готова на всё ради этого отмороженного короля труселей. А он даже не сумел жить ради неё.       Я готов был разорвать его на части, но понимал, что теперь это бессмысленно. Грей сделал это сам. И невольно я начал плакать. Тихо, спокойно, но душераздирающе. Я не думал, что я такая тряпка. Но как оказывается… — Грей, хмырь ты тупой, как ты мог? Мы должны были ещё сразиться! Как ты мог помереть, если я ещё не победил тебя!       Я упал на колени возле его могилы и начал бить кулаками о землю, разбивая костяшки пальцев в кровь. Но я не сумею вернуть ни его, ни их. Я больше никогда не приду к Люси домой, она больше никогда не скажет: «Привет, Нацу», не даст мне свой коронный Люсин пендель, не накормит, больше не смогу спать в её кровати, больше никогда не позову на задание. Я больше не смогу навалять Грею, нас никто больше не будет разнимать, мне некого будет больше по обзывать или поиздеваться, я больше не увижу этого чёртового эксгибициониста. Я больше никогда не увижу сердечек в глазах влюблённой Джувии, больше не услышу это достававшее, хоть и не мне адресованное: «Милый Грей», больше никто не затопит Гильдию.       Никто. Никогда. Мир рухнул в моих глазах. Нет, у меня есть много друзей. Есть Хеппи, Эрза, Лисанна… Но на сердце так тяжело и сложно, и хочется умереть, ведь мне всё равно суждено именно это, так зачем тянуть? — Грей? Ты бы пожертвовал собой, ради спасения всего мира? А, можешь не отвечать, я и так знаю ответ, а я вот не смог. И теперь вы все лежите в этой холодной земле. Скажешь, что это не моя вина? Грей, просто ты не знаешь многого, а, если бы я убил Зерефа ещё тогда, то все были бы живы. Разве достоин такой как я, жизни после смерти своих друзей, которых не смог спасти? Отпустил Люси, когда она всё ещё могла быть в опасности, не уберёг Джувию, когда я был рядом, не был для тебя поддержкой, Грей, когда ты нуждался в ней. Я хочу к вам, ребята…       Я знаю, что меня будут осуждать все и каждый. И я знаю, что хуже всего будет Хеппи, но я не хочу так жить. У меня больше нет силы, что способна убить Зерефа. И я всё равно умру, когда умрёт он. Так зачем тянуть резину? End POV Нацу       «Хеппи, не осуждай меня, пожалуйста. И прости за этот поступок. Только ты знаешь о нас с Зерефом, поэтому пойми меня. Я ушёл на небеса к своим друзьям, присмотри за Эрзой, чтобы она не натворила дел, ведь у неё есть те, ради которых нужно жить. И она нужна Гильдии. И позаботься о Лисанне. Помнишь, как мы играли в детстве? Ты же знаешь, что ты сейчас будешь нужен ей больше всего. Прости Хеппи, но я не многословен, ты же знаешь. Сделайте мне могилу возле них. И не ищите моё тело. И да… Я очень любил, люблю и буду любить тебя, Хеппи. Мы обязательно увидимся с тобой. И знай, что у тебя есть Шарли. Никогда не смей оставлять её одну.       Если тебе будет грустно, улыбайся, так как я тебя учил. Как учил меня Игнил».       Нацу пропал без вести. Его искали всей Гильдией. Лишь спустя пару дней поисков Хеппи сказал: — Он мёртв. Нам нужно прекратить поиски. И жить дальше… Ради них всех.       На глазах синего кота появились слёзы. Слёзы горечи, обиды, утраты. Его утешила Шарли, которая понимала, как ему трудно. Вся Гильдия приняла большой удар, который нанесла ей война. Но что теперь делать? Не умирать же каждому. Все переживали за Эрзу, которая только и делала, что сидела возле четырёх могил своих друзей, товарищей, своей маленькой семьи. — Ребята, ну зачем? Грей, Нацу… Вы-то почему? — с красивых глаз бежали струйки горячих, солёных слёз. Слёзы Титании — девушки, которая всегда была очень сильной. Но теперь она не боялась показать свою слабость. Пришлось тяжело всем: Венди, Лисанна, Леви… Все готовы были сорваться каждую секунду. Но Венди нашла поддержку в Шарли и Шерии, Лисанна никогда не расставалась с Хеппи, Мирой и Эльфманом, которые помогли ей прийти в себя. Для Леви опорой стал Гажел, с которым у неё после войны наладились отношения, которые перешли на другой уровень. Но кто мог помочь Эрзе? — Ты справишься… — возле неё появился парень, который приобнял за плечи, притягивая к себе. — Ты сильная, Эрза.

***

      После трагических событий в известной гильдии «Хвост Феи» прошло пять лет. Ни много, ни мало. За это время всё изменилось. Но Гильдия продолжала своё существование. В ней появились новые волшебники. Мало-помалу, но всё обретало прежнее русло.       На кладбище, возле четырёх могил сразу стояла аловолосая девушка. Они умерли почти в одно время, поэтому в этот день она уже пять лет подряд приходила сразу к четырём. В руке девушка держала цветы. Для всех одинаковые. Простые ромашки. Она чувствовала боль, обиду, скорбь, гнев на себя за то, что не уберегла тех, кого клялась оберегать. — Цветы для тебя, Люси, — Эрза положила пару ромашек на могилу заклинательницы духов. — Как у тебя дела? Тебе хорошо там? — Цветы для тебя, Грей, — снова на могилу ложатся несколько белых ромашек. — Джувия не очень достаёт? Или вы всё-таки вместе? Или же ты выбрал Люси? — Цветы для тебя, Джувия, — аловолосая наклонилась над следующей могилой. — Как там Грей? Всё так же раздевается? Ты уж присмотри за ним там, на небесах, хорошо? — Цветы для тебя, Нацу, — девушка положила последние белые ромашки на могилу. — Всё так же дерёшься с Греем? У Люси на небе тоже хорошая комната?       Сколько вопросов, но ни одного ответа. Эрза знала, что они обязательно слышат её. И когда-то смогут ответить ей на всё-всё, рассказать так много интересного. Но сейчас не время. — Мама, с кем ты разговариваешь? — к аловолосой подбежала маленькая девочка лет пяти, с длинными синими волосами и глазами такими же, как у Эрзы. На внешней стороне ладошки у неё была татуировка хвоста феи тёмно-синего цвета. — Эйли, почему ты тут? — Эрза обернулась к девочке и присела на корточки, чтобы её было хорошо видно. — Я за тобой пришла. Так кто это? — Эйли смотрела на могилы, с которыми только что разговаривала её мама. — Это мои друзья… — аловолосая поднялась и посмотрела тоже вперёд, где стояли четыре памятника, которые стали огромным шрамом на душе Эрзы. — А где они? — Эйли посмотрела на маму. — На небесах… — девушка посмотрела на голубое-голубое небо. А потом снова на могилы. По щеках Эрзы побежали горячие, будто раскалённая сталь, слёзы. — Мама, ты плачешь? — спросила девочка. — Нет…что-то попало в глаз… — ответила Эрза, стряхивая слёзы. — Мама, пойдём, а то папа там на кухне дым сделал…       И ей показалось, что она увидела их. Люси, Грей, Джувия, Нацу…все, так чётко и ясно, будто ничего этого и не было. Вот они живые, самые настоящее, улыбаются ей.       Но на самом деле никого нет… Нет, не так. Они все есть… В её сердце, и они рады за неё, за них с Жераром, за их дочь. Они всегда будут с Эрзой. Её феечки. — Да, пошли. Этот папа совсем без нас не может… «Люси, Грей, Джувия, Нацу… Вы тут, в моём сердце, никогда не умрёте»…