Сексом дружбу не испортишь

Они были друзьями всю свою сознательную жизнь. Лет так с четырёх. Общие машинки, общие друзья, общие мысли – со временем у них появилась одна жизнь на двоих. Общая. Это не значит что мальчики перестали быть личностями, наоборот, они были настолько разные что многие просто не могли понять и вгоняли в ступор свои мозги – что этих двух вообще может связывать? Но всё было так как надо. Ибо предначертано этим двум быть вместе. На то воля божья, а спорить с ней никто и не собирался. Их первая встреча была прозаична. Ну просто невъебенно крута. Дело было на площадке детской. Дети игрались, взрослые сидели, жизнь сокращалась. Обыденно. Вдруг к маленькому четырёхлетнему Антону подошёл мальчик, лет пяти. Голубоглазый, с разметавшимися светло-русыми волосами, обрамляющими симпатичную мордашку. На нём был зелёный свитер, а в руке пластмассовая лопатка. Мальчик улыбнулся Антоше, смотря в его зелёные глазки, и вдруг со всего маху шандарахнул ему по голове. -Ты чего? Не бей меня! – Антон маленько прифигел от такой наглости, а мальчик замахнулся для второго удара. – Прекрати! За что ты меня бьёшь? -Меня Кирилл зовут. – он вновь улыбнулся и опустил лопатку - и ты играешь в моём углу этой песочницы. Уходи, таракан. Маленький Тоша широко раскрыл глаза от удивления. – А сказать ты не мог? Зачем бить? Песочница общая, индюк!- он с силой оттолкнул мальчишку от себя, да так, что тот упал на песок. -Дурак! -Идиот! -Бабайка! -Девчонка! - Я тебе ещё покажу, мелочь! Вырасту и побью тебя! 10 лет спустя. - Пошли чики-пуки! У меня ещё есть. Только давай на нашу точку – Антон, улыбнувшись, схватил свой недавно купленный, но довольно потрёпанный рюкзак с Раммштайнерами и подмигнул Кириллу. - Идиот! Родителей же рядом нет – зачем шифруешься? Люди нас слышат же. Не удивлюсь, если скоро, при встрече с тобой они будут крутить пальцем у виска. – голубоглазый парень вздохнул. Его друг был таким придурком иногда. - Ой, да ладно тебе, не парься. Одноклассники считают, что мы с тобой свихнувшиеся сектанты, так что ничего не будет, если они услышат пару слов из нашего с тобой шифра. Никто ничего не поймёт. Забей. Так мы идём или нет? Я хочу безумно бля. – Антон вышел на крыльцо школы и облегчённо улыбнулся. Наконец-то кончились уроки. Парни шли по тропинке, касаясь друг друга плечами и пиная орехи, лежавшие под ногами. День сегодня облачный был. Холодно, так ещё и ветер с утра дул. Кирилл закутался в свою одёжку как баба ромовая – футболка, толстовка с бэтмэном, а сверху куртка. И всё равно он умудрялся мёрзнуть. Антон же обходился своей излюбленной спортивной курткой и обычной кофтой. Чай не зима на дворе, а всего лишь октябрь. Пройдя ещё пару метров, ребята сели прям на траву возле небольшого орехового дерева. Рюкзаки приземлились не далеко от своих хозяев. Подтянув к груди колени, Кирилл чуть сгорбился и вытащил из кармана куртки полупустую пачку Винстона. - Ну наконец-то. Я все уроки хотел курить. Настя вот выходила, её охранник выпустил, а мне нельзя палиться. Не дай бог моя бабушка узнает, или тренер по каратэ – наступит мой личный апокалипсис. – Тоха достал сигарету и щёлкнул зажигалкой. Огонь, будто жёлто-синим языком, лизнул сигарету, поджигая её. Первая, долгожданная затяжка. -Да, пизда тебе будет, друг. Мои-то предки в курсе, им почти побоку. Отец даже пару раз просил сигарету. Ага, как же. Одно дело, когда предки знают, что ты куришь – другое курить вместе с ними. Стрёмно как-то. – Кирилл поднёс фильтр сгорающей сигареты к губам и медленно затянулся. Дым тут же заполнил лёгкие, и лёгкое головокружение не заставило себя ждать. Парень облизнул нижнюю губу и, приоткрыв рот, выпустил струю дыма. Антон наблюдал за ним из под слегка опущенных ресниц. Они не так давно начали курить. Кирилл чуть раньше. Всё по обычной, заезженной схеме. Курят все – друзья, одноклассники, знакомые. Ты в компании людей, в руках которых постоянно мелькают пачки, сигареты, зажигалки. То один дымит - то другой. В какой-то момент хочется к ним присоединиться. И ты начинаешь курить. В своей компании можно и клёво. Но вот в школе не хочется, чтобы запалили. Кириллу почти похер – раз родители в курсе и ничего не говорят – значит можно. Ему пятнадцать – и кажется что можно абсолютно всё. А ведь всего пол года назад он был совершенно другим человеком. Как и Антон. Обоих сильно изменило прошедшее лето. У Кирилла тёмно – красные волосы, пирсинг губы и языка. Сильно отросшая чёлка и висящие патлы, почти достающие до плеч. Он курит, уже пробовал многое пить. И хоть Тоха не понимает в чём прикол – нажраться до невъебенного состояния – Кириллу иногда так хочется это сделать, просто испытать - кого это. Он скатился по учёбе, «почти отличник» уже не про него. Он как-то в край обдолбался неизвестной фигнёй с геем Кузей, неизвестно куда ушёл, и четыре часа шлялся по городу в невменяемом состоянии. Кирилл не помнит, что было в этот период времени, но отчаянно благодарит того, Кто-Там-Есть-На-Небесах, что его не спалили менты. В Антоне произошли не меньшие изменения – волосы в красный, тот же пирсинг, правда язык он отказался пробивать, видя как его лучший друг, со стекавшими по щекам слезами, прокалывает себе без обезболивающего. Он начал носить очки в чёрной оправе и купил себе гитару. Недорогую, просто чтобы учиться. И конечно – Антон был бы не Антоном если бы не проебал эту чёрную, гладкобокую детку на следующий день. Он начал курить, смотря на Кирилла, хотя его бабушка работает в школе – и ему пиздец если она просечёт. Он забил на учёбу и пошёл на секцию каратэ, не только потому что его ведёт ахуенная училка, но и чтобы подкачаться немного. Ибо заёбывают их с Кириллом часто. Живя с небольшом посёлке городского типа, они ни с кем не общаются кроме друг друга. Оба жалеют что учатся в параллельных классах. Одноклассники Антона ебланы, достают иногда, Кириллу же повезло больше. Он нормально общается со своими, но дальше школы это общение не идёт. В их посёлке все одинаковые, либо идиоты либо ТП – все те кто выделяются, считаются ненормальными. В случае этих двух парней – для других они сектанты. Но клали они на это с прибором. Оба уже привыкли. Кирилл симпатичный и знает это. Но у него дохера комплексов – начиная от собственного голоса и заканчивая ногтями. Антону похер. Он и сам не прочь поныть о своих страшных ногах и кривой роже, и не обращает внимание на то, что Кирилл говорит о его красоте. Они оба ненавидят ваниль и слушают рок. Но если вы думаете что эти парни похоже – то вы ошибаетесь. Оба разные как китаец и чёрный. Не внешность – а характер… - О чём задумался? – Антон в упор смотрит на Кирилла и усмехается. - О нас, детка, о том, что я тебя люблю. – Кирилл пристально всматривается в полоску деревьев за футбольным полем. Ему хочется побыстрее в колледж, чтобы взять Тоху в охапку и свалить из этой дыры с людьми-стервятниками. -Ооо, это так мило. –Кирилл закатывает глаза и ложиться головой ему на плечо – Ути пуси, пирожочек! -Заткнись придурок блин!- голубоглазый парень улыбается и слегка трётся щекой о друга. – Может ещё по одной? Тоха тут же оживает, будто ему пол мешка золота предложили, и достаёт пачку. – Ага, давай. Но только по-быстрому. У меня скоро тренировка. -Опять к своей тренерше бежишь? – Бесит. Она жутко бесит Кирилла. Ей 31. Зовут Татьяна Ивановна, и Кириллу кажется что она может лишить его лучшего друга. -Да, хочу с ней поговорить. -Ну дерзай, ковбой! *** Вечером они сидят у Кирилла и рубятся в «Алан Вэйк». У воздухе слегка уловимый запах табака вперемешку с одеколоном отца Кирилла. Они лежат на узкой односпальной кровати, стукаются локтями, коленками, смеются, но так и не могут пройди долбанный уровень долбанной игры. Наверное потому что ноутбук Кирилла не тянет такие игры. Но парни всё равно упорно продолжаю, не обращая внимания что ноут ежесекундно виснет. Кирилл постоянно дёргает, кусает зубами, тискает, облизывает кончиком языка свой пирс на языке. Его смущает, что некоторые одноклассники откровенно пялятся на это. Женя, например. Это странно, ведь он сохнет уже второй год по красотке Алине Ивановой аля Длинноногая-Стерва-Ванильная. И Миша. Он симпатичный, даёт списать геометрию и любит постебаться. Он часто просит показать пирсинг. И Кирилл не может понять – нравится ему это или же раздражает. Нехер смотреть, будто он мартышка в зоопарке. *** Первый раз Тоха и Кирилл целуются в 13 лет. В подъезде второго. Неумело и скованно. Сейчас это вспоминать забавно. Так лижутся только двухмесячные щенки. Потом ещё и ещё. Их как-то палит папа Кирилла – Сергей. Парни только заливаются краской и реже стараются показываться вместе у него на глазах. В 14 оба задумываются о своей ориентации. Обоих тошнит от гетеросексуально секса, а спустя пару месяцев у Антона появляется девушка. Потом их становится больше. И даже появляются одновременно. Кирилл ни с кем не встречается, у него появляется фобия отношении. Наверное, он романтик, но считает, что встречать можно когда влюблён, а признаваться в любви когда готов жизнь отдать за человека. В 15 он понимает, что у него странная ориентации. Не понятная. И для неё ещё не придумали название. Антон на это только улыбается. Они часто ходят за руки и спят в одной кровати когда ночуют друг у друга. 9 класс. И одна мечта – убраться побыстрее. Поступить в колледж и забыть эти 15 лет своей жизни как страшный сон, не считая родителей и друг друга. У них куча общих друзей, музыки, дисков, игр, мыслей. Кирилл верит что после школы они не расстанутся, как это часто случается. *** Антон стебёт Кирилла жутко. Вечные приколы, подначки, и клички друг для друга. Он запросто может сесть на колени к лучшему другу и буквально начать трахать его ногу. «Ох, детка, давай, давай, ааахх, бооже, я щас кончу! Ну же! Кириииилл!!» Парень только громко смеётся и спихивает друга с колен. Они обнимаются прилюдно, садятся друг на друга, сосутся в маршрутке, пока прохожие вытаращив глаза, смотрят на них. Орут, кричат, танцуют под какую то попсовую хрень, по типу Бритни Спирс, обсуждают баб, а Кирилл рассказывает ему в подробностях как хотел бы трахнуться с Дженсеном Эклзом из Сверхъестественного. Они смотрят вместе гейскую или лесбийскую порнуху, не стесняются говорить о том как дрочат и сколько раз, могут спокойно, в шутку, пристроиться сзади и шлёпнуть друг друга по заднице. Их телефонные разговоры звучат именно так: — Блин, у меня уже рука устала. — Ты даже не представляешь, какая это двусмысленная фраза. — Да нет, ты всё не так понял, я просто другу помогаю. — Ты просто издеваешься над моей фантазией. Они часто ссорятся, кричат друг на друга, могут подраться. - Пошёл нахуй сволочь блять! Можешь и дальше кидать меня, когда у нас в школе хер знает что творится! - Я не думал, что тебя надо предупреждать когда я пропущу школу. У меня живот болел! - Да кому ты чешешь! Бабушке эту пургу втирай! - Я не вру! - Да конечно, придурок! - Сучка! *** За их спинами говорят что они геи. Трахают друг друга по очереди. Кириллу похер, Антона это смешит. Если Антон на кого то западёт, Кирилл сразу же оценивает этого человека. Увы, но он более адекватный из них. И если ему что-то не понравится – Антон обязан прислушаться. Ибо голубоглазый хочет для своего друга только лучшее. - Бросай Алека. Еблан конченный, я же предупреждал тебя! – Кирилл с силой сжимает зубы и ему кажется что они сейчас раскрошатся. - Да. Я понимаю. Но ты же знаешь какие обстоятельства. - Дурак, чем дальше, тем хуже! - Надеюсь всё обойдётся. Знаешь, ты моё альтер-эго. – Кирилл думает, что так и есть. У них почти всё общее. Даже чувство страха. Они почти никогда не пишут друг другу в соц-сетях. Это как-то стрёмно. И не знаешь что сказать к тому же. Зачем, если есть телефон? Или 30 метров до соседнего дома. Никто не знает что их ожидает. Они и сами не предполагают. Да и не хотят об этом думать. На носу конец четверти, и Кириллу надо исправлять геометрию. Они продолжают делать всё вместе, приходить вместе, гулять вместе. Их отношения меняются, а мама Кирилла говорит что они скоро врастут в друг друга. Поздно. Они уже как одно целое.