Ослепленные Светом

Рыжеволосая эльдиэ сидела на террасе дома, которая выходила во внутренний двор. Дева явно была увлечена — перед ней во множестве были разложены листы, на которых угадывались то ли наброски рисунков, то ли схематичных чертежей. Все вместе, представшее взгляду стороннего наблюдателя, разложенное на столе показалось бы каким-то невероятным, но тщательно продуманным танцем — мелькали цифры и отдельные буквы, где-то резкими штрихами была нарисована поднятая в приветствии рука, где-то летела по ветру прядь волос, расстилалась драпировка... Дева нахмурилась, отложив грифель и рассматривая последний свой набросок. Зачем-то она повернула его под другим углом, а потом и вовсе развернула так, что верх рисунка оказался внизу. По-видимому, что-то не нравилось ей, потому что она тихо вздохнула, отложила лист и задумчиво уставилась невидящим взглядом вдаль, куда-то поверх тирионских крыш, в небо, где уже начинали появляться первые серебристые лучи Телпериона. - Нерданэль! - громким шепотом раздалось откуда-то сверху. Вздрогнув от неожиданности, эльдиэ подняла взгляд. Лицо ее, впрочем, не выразило ни испуга, ни даже изумления. - Слезай, кто бы ты ни был, - спокойно сказала она. - Нечего на дереве сидеть. - Нерданэль, это я, - ветки чуть раздвинулись. А вот теперь дева уже удивилась: - А почему таким путем? Мне казалось, ты уже вышел из того возраста, когда через ограду перелезают потому, что через ворота неинтересно... - Феанаро дома? - Да, он в мастерской, - кивнула Нерданэль и добавила иронично, - и я тебя уверяю, ему не понравятся визитеры, которые прибывают в дом таким образом. Так ты к нему? - Сначала я к тебе... - О, тогда такие визитеры ему не понравятся еще больше, - дева улыбнулась. - Ноло, слезай и объяснись наконец! - Сейчас, - послышался шелест листвы, и в траву ловко приземлился на ноги молодой эльда, перехватив плащ рукой, чтобы не зацепиться им. - А детский опыт не забывается, - заметил он. - Ты еще от детства-то недалеко ушел, - Нерданэль с сомнением покачала головой, но в ее голосе проскальзывали искорки смеха. - Всё твоей матери расскажу, а то она мне до сих пор сетует, что твое совершеннолетие уже несколько лет как отпраздновали, а благоразумия у тебя не прибавляется. - Не надо маме, - молодой эльда тоскливо вздохнул, впрочем, зная, что свою угрозу Нерданэль не выполнит. - Я сейчас все объясню... Мне вообще-то Феанаро нужен. Он совсем занят или не совсем? - Уже должен быть не совсем, - Нерданэль коротко взглянула на небо, привычно определяя время по свечению Древ. - Скоро будем ужинать, а мне удалось его приучить, что если забудет о времени и не придет — сам виноват... - А он... в каком настроении? - осторожно спросил Нолофинвэ. - Мне бы с ним поговорить... - Последний раз, когда я его видела сегодня, был в хорошем... Что-то случилось? - встревожилась дева. - Случилось... то есть нет, не случилось... но пойти с этим к отцу я не могу. - Ноло, ты влюбился, что ли? - ласково, но без обиняков спросила Нерданэль. Видя, что собеседник тут же замолчал, перестал смотреть ей в глаза и неловко отвернулся, она с улыбкой продолжила: - Понимаю. Тебе нужен мужской совет, но пойти к отцу с этим ты не решаешься, а старших друзей, которым ты мог бы довериться, у тебя нет. Ох, Феанаро не лучший советчик в данной ситуации... по себе знаю. Но я его позову, никуда не денется. Постой, а если бы... а если бы Феанаро был в дурном настроении, ты бы полез обратно на дерево и через ограду? Кстати, ворота-то открыты, Майтимо еще где-то носит... - Лучше так, чем прийти и просить о беседе, - последовал мрачный ответ. - Которой может не получиться... А про ворота я не знал, я с другой стороны приехал... - Так ты не из дома? - приподняла брови Нерданэль. - А, со свидания... - Не со свидания! Нерданэль внимательно поглядела на собеседника, и несколько удивилась его внешнему виду. После неприятной истории, когда Феанаро пришлось спешно покинуть дом своего наставника Махтана, а Нерданэль — выдержать нелегкий разговор с отцом, у нее впервые в жизни начались свидания. До этого возлюбленного она видела в лучшем случае в походной или рабочей одежде, а то и вовсе в ее минимальном комплекте — при любом удобном случае, завидев дочь хозяина дома, Феанаро и рубашку скидывал, и волосы старался распустить, будто зная, как она любуется их матово-черным блеском в отсветах печей... Своего он добился — рассудочная и сдержанная дева, мало чем интересовавшаяся вне пределов собственной мастерской, голову потеряла совершенно. Но потом, когда Махтан и Финвэ договорились, когда Феанаро приезжал в дом уже в качестве ее жениха — и это можно было назвать свиданиями, он выглядел уже совершенно иначе — то ли по своей воле, то ли по воле собственного отца. Присутствовали уже и изящная вышивка, и плащ с гербом короля Финвэ, и венец принца нолдор. Впрочем, когда Махтан уже махнул на них рукой и дозволил дочери с женихом встречи наедине и вне Тириона, от роскошных одежд Феанаро избавлялся не менее быстро, чем от простой рубашки в бытность учеником Махтана. Нерданэль удивилась тому, что Нолофинвэ был одет подчеркнуто просто. Даже с какой-то долей небрежности, хотя обычно так не выглядел. Даже тогда, когда они всей семьей, вместе с королем Финвэ и его домочадцами, ездили на охоту на два дня, Нолофинвэ выглядел не так, хотя явно оделся удобно — для похода и охоты... И темные волосы сейчас частью незамысловато прихвачены на затылке, частью распущены, хотя обычно заплетался брат мужа вовсе не так... Все это вызывало вопросы, но сейчас Нерданэль, подняв голову — собеседник был выше нее — и перехватив взгляд из-под ресниц, замерла. Вот оно! То, что нужно! - Ноло, ну-ка иди сюда! - повелительным тоном произнесла она. - Куда?! - Сюда, на террасу. Садись... вот, на перила и садись... - Зачем? - Садись и не спрашивай! Нолофинвэ напряженно посмотрел на увлеченную деву, но на перилах устроился, привычно закинув ногу на перекладину. - Голову чуть поверни влево. Да, вот так, и смотри на угол дома. Расслабь правую руку. И вообще расслабься, чего ты так напрягаешься? - Если Феанаро сейчас сюда придет... - Да поговорю я с ним, не волнуйся, - отмахнулась дева, хватаясь за чистый лист и оставленный грифель. - Выслушает он тебя... Смотри поверх меня! Нет, подбородок не поднимай! Вот, так и сиди... Замечательно... Феанаро точно так же на перилах здесь сидит, у вас одинаковая привычная поза... - Так ведь и отец так же сидит, - пояснил юный эльда. - Когда думает, что его никто не видит. - Король Финвэ мне не дастся... а Феанаро и минуты спокойно посидеть не может... - на листе появлялись резкие, четкие штрихи, в которых уже угадывалась мужская фигура. - Феанаро тебя, правда, повыше, но сейчас это неважно... - Мы еще и на лицо не похожи... - Вообще-то похожи, как братья, - отстраненно ответила Нерданэль, всецело поглощенная занятием. - Но я не лицо рисую. Мне никак не удавалось ухватить эту позу... Ноло, не шевелись! Нолофинвэ тяжело вздохнул, стараясь не шевелиться и смотреть на угол дома, как было велено. Когда королю Финвэ захотелось иметь портрет семьи, правда, было хуже. Отец и мать позировали, сидя в креслах, маленький еще на тот момент Арьо придремал на руках у матери — таким он, кстати, и получился на портрете — со склоненной к плечу Индис золотоволосой головенкой и закрытыми глазами; а вот им с Феанаро пришлось стоять. Хорошо еще, лучшая художница Амана, дева из Альквалондэ, и впрямь была достойна своего звания лучшей — ей потребовалось всего три таких «сеанса», а заканчивала портрет она уже без непосредственного присутствия моделей. Теперь картина висела в холле первого этажа дома Финвэ, и несмотря на то, что прошло довольно много времени с ее написания, Ноло до сих пор невольно содрогался, взглядывая на нее и вспоминая свои мучения. Но на сей раз все кончилось быстро. Настроившемуся на долгую пытку эльда даровали довольно легкое избавление еще тогда, когда он был еще вполне в силах терпеть и пока не намеревался молить о пощаде. - Майтимо опять куда-то запропастился, - вздохнула Нерданэль, откладывая рисунок. - Если еще не слышно, что дом берут штурмом маленькие нолдор. В прошлый раз он с друзьями принес ежонка. Еще до этого — отбившегося от матери лосенка... До этого — котенка... Ежонка отпустили в лесу, лосенка выкормили молоком и тоже отпустили, а котенка пришлось оставить... теперь по дому еще и это пушистое рыжее недоразумение носится... Нерданэль продолжала бормотать, критически оглядывая собственный набросок. Впрочем, она явно приходила в себя после творческого порыва, заставившего ее забыть обо всем. Наконец дева помотала головой и подняла осмысленный взгляд: - Мне позвать Феанаро сюда? - Не знаю, - нервно ответил Нолофинвэ, сползая с перил террасы. - Но я хотел бы говорить наедине. - Я не буду мешать, - заверила Нерданэль. - Тогда останься здесь, я сейчас позову мужа. - Н-ну? - Феанор, уже явно умывшийся, переодевшийся и пригладивший волосы после работы, с подозрением обозревал единокровного брата. - Нерданэль мне сказала, что пока я тебя не выслушаю, ужина мне не видать, и всего остального тоже... Тебе вот прямо сейчас надо было?.. Кстати, ты чего вырядился, как эльда из поселений? Речи у Нолофинвэ заранее заготовлено не было, тем более что в голове после всего вчерашнего и сегодняшнего все так мешалось, что он бы ее и не запомнил, даже если бы смог продумать. Да и проницательность старшего брата, который весьма точно охарактеризовал его наряд, сразу же ударила по самооценке. Неужто так видно? Вдруг... а вдруг и она подумала то же самое? - Нерданэль сказала, что ты тут влюбился и не знаешь, что теперь делать, - тоскливо произнес Феанор, присаживаясь на место Нерданэль и ставя на стол кувшин и два кубка. - Тебе уже можно, так что наливай и рассказывай. Феанор заинтересованно оглядел рисунки и расчеты жены, которые слегка шевелил предвечерний ветерок, обеспокоенно сгреб их в кучу и придавил сверху металлической коробочкой с грифелями, чтобы за ночь не разметало по саду, как уже бывало. - Я действительно не знаю, что теперь делать, - в присутствии того, кому Нолофинвэ вот прямо сейчас собирался поверить тайны и просить совета, руки слегка дрожали и голова кружилась. У него действительно не было иного старшего друга или советчика, и он был абсолютно уверен в том, что Феанаро не выдаст его отцу, случись что; что сохранит всё в тайне, если его об этом просить; но вместе с тем брат никогда не щадил его чувств, не пытался даже хоть чуть-чуть быть тактичным. Наслушаться от Феанаро можно было такого, после чего в залы Мандоса добровольно отправиться захочется, Нолофинвэ это уже прекрасно знал на собственном опыте. - Извини, если я буду неделикатен в этом разговоре, - заранее предупредил он. Феанор только чуть приподнял бровь, устало откидываясь в кресле и берясь за наполненный кубок: - Неделикатен? После того, как чуть ли не на голову моей жене свалился? После того, как отрываешь меня от законного отдыха и вынуждаешь решать твои проблемы? - Если ты не хочешь — я уйду сейчас же... - Ну уж нет, - Нолофинвэ жестко перехватили за руку. - Я уже сюда пришел. Понимаю, влюблен, голова не соображает, но не настолько же? Сиди спокойно. И рассказывай. - Что... рассказывать? - Я думал, ты на той женишься... - пожал плечами Феанор. - Ну, та, что с тобой всегда танцевала на приемах. Золотоволосая такая, из Валимара. - А, Хэлвэндэ... нет. Она мне подруга... но знаешь, Феанаро, я уже не уверен. Это тоже меня гнетет. Я так разочаровался в ней... нас познакомили еще в детстве, и мы всегда понимали друг друга. Но сейчас... - Да, я помню, она вроде родственница тебе, - Феанор чуть скривился и сам потянулся за кувшином. - Дочь сына брата моей матери. - Чего-о? - Дочь сына Ингвэ. - Вот так и говори. Неплохая партия для тебя, хоть и дальняя родственница. Кого на замену нашел? - Не на замену! - тут же вспыхнул Нолофинвэ. - Мы с Хэлвэндэ действительно понимаем... понимали друг друга. - Видел, как вы целовались на празднике Отцветения. Я мешать не стал — мне что, больше всех надо, что ли... Даже отца разговором занял и в сторону увел. Щеки юного эльда зарделись, но он взял себя в руки: - Я никогда ничего не обещал Хэлвэндэ. И не я первым решился тогда... - И правильно, не обещай... пока уверен не будешь. Ну, так что там у тебя за новая дева? - Феанаро, скажи мне, как можно определить, что это... что это то самое? - Нолофинвэ поднял смятенный взгляд. - Я уверен, что не обманываюсь, но... я не знаю, как оно должно быть. - А когда ты с ней познакомился? - Вчера, - с готовностью ответил сводный брат. Феанору очень захотелось прикрыть глаза рукой, но тут ему вспомнилось развевающееся на ветру платье, незаплетенные темно-рыжие волосы, тонкие ключицы, что обрисовывала нижняя рубашка из-под платья... первая встреча на берегу Эльдамара. - Рассказывай, - приказал Феанор. - Мы гуляли с Хэлвэндэ... не в Тирионе. Она сказала, здесь неподалеку живут ее знакомые, ее подруга, Анайрэ. Это на юг от Тириона, где поля и сады... - Тогда я эту семью, скорее всего, не знаю, - Феанаро покачал головой. - Я тоже никого не знаю из поселений... Мы познакомились... Знаешь, я сейчас даже не могу вспомнить, как зовут младшую сестру Анайрэ. Хэлвэндэ нас всех представляла друг другу, но я, кажется, даже не услышал. Я у них был в гостях до смешения Света, а Хэлвэндэ ушла. Кажется, обиделась на меня. - А потом?.. - А потом... - Нолофинвэ все больше начинал открываться. - Она говорила, что сейчас самая пора уборки урожая, она так в этом разбирается! Говорила мне про циклы даров Йаванны... Сегодня, еще ночью, я ушел, написав отцу, что вернусь поздно. Все равно не спалось... Приехал к ее дому, ждал неподалеку. В траве прятался... Феанор с сомнением взглянул на собеседника. Очевидно, тот приближался к какому-то кульминационному моменту своей истории, потому что все больше начинал нервничать и машинально растрепывать рукой и так уже разметавшиеся от ветра волосы. - Ну, не тяни уже! Судя по тому, что ты вернулся вечером, вы провели день вместе, так? - Да, я ей помогал на полях... она показала, что нужно делать, и у меня быстро стало получаться. - Вот ты и нашел свое призвание, - ехидно прокомментировал Феанаро. - Теперь понятно, почему ты так вырядился. Впрочем, правильно сделал... А от меня-то ты что хочешь? Или ты еще не всё рассказал? - Не всё, - признался младший брат, чуть прикрывая глаза. - Когда она омывала ноги в ручье и сняла платье, я нарушил обещание не глядеть. И, кажется, она это поняла... Знаешь, когда несколько лет назад отец со мной проводил беседы... в общем, у меня все как-то не так пошло, как говорил отец, как должно быть. - Он и со мной такие беседы когда-то проводил, - отмахнулся Феанор. - Я прислушиваюсь к отцу, и его слово для меня многое значит... но только не тогда, когда он говорит, как должны складываться отношения между эльда и эльдиэ. Кто бы говорил... - Вот поэтому я к тебе и пришел, - брякнул Нолофинвэ. - Представляю, что бы мне отец сказал... хотя нет, не представляю. - Ничего бы он тебе не сказал. Ну, не выдержал, ну, посмотрел... если бы дева была возмущена, уж наверное, высказала бы тебе всё тогда же. Или она и высказала? - Нет. - Тогда и не переживай из-за такой ерунды... - Так это еще не всё, - пояснил Нолофинвэ. - Об этом я отцу еще мог бы рассказать, а вот о том, что было дальше — нет. - Ах вот как, - Феанор внимательно оглядел собеседника. - И что в тебе такого, что девы тебя сами уложить пытаются? - Анайрэ не пыталась! Я сам... - Не ожидал от тебя, - Феанаро несколько ошеломленно покачал головой. - И что было? - Всё было... - Совсем всё?! - Да... я ее целовал. Тогда же, у ручья. Она уже платье надела, и мы пошли обратно... не знаю, что на меня нашло. Я не... - Ты мне лучше сразу скажи, - невежливо прервал эту исповедь старший брат. - Она платья больше не снимала до тех пор, как ты ее покинул? - Нет! - Уже хорошо... А то с твоей решительностью на второй день знакомства всё, что угодно, может быть... Ну, что ты еще не рассказал? - Теперь всё, - последовал неуверенный ответ. - Я Анайрэ сказал, что завтра приеду. Мы расстались там, где я коня оставил. Он ей очень понравился, и я обещал, что завтра ее покатаю... после того, как закончим с работой, разумеется... По другую сторону от дома раздался какой-то грохот, будто кто-то колотил по воротам тараном, и оба эльда, сидевшие на террасе, вздрогнули, замолчали и инстинктивно повернулись в ту сторону, хотя ничего увидеть не смогли бы. Впрочем, через несколько секунд всё разъяснилось — раздались победные детские вопли, и вслед за этим во внутренний двор на большой скорости внеслась компания из четырех маленьких нолдор. Тогда, когда они поравнялись с террасой, тот, что несся первым, запнулся обо что-то в траве и упал, раздался душераздирающий мяв, и на земле образовалась шевелящаяся куча-мала. Из нее стрелой вылетел подросший рыжий котенок и мгновенно вскарабкался на перила, испуганно поджимая хвост. Феанор вздохнул, сделал неопределенный жест рукой, который можно бы бы понять и как «извини, что нас прервали» и как «сиди здесь, я сейчас разберусь», встал и подошел к перилам, тяжело оперевшись на них руками. К его плечу тут же начал обиженно ластиться котенок. - Здравствуйте, - раздалось из травы, и того, кто выбрался из кучи первым, Финголфин с удивлением опознал как маленькую эльдиэ. - Привет, Ристанис, - кивнул Феанор. - Цела? Цела... вытаскивай своего брата оттуда и идите домой, а то ваши родители опять будут недовольны вашим поздним возвращением. Где там Нельо? Ах, в самом низу... Феанор пригляделся, и очевидно, его что-то обеспокоило, потому что он мгновенно оказался по другую сторону перил, на земле, перемахнув через ограду и не утруждая себя спуском по лестнице вниз. - Так, быстро прощайся с друзьями и иди в дом... Не болит? - Нет, - послышался упрямый детский голос. - Ой... я сам! - Сам об кошку расцарапался?.. Феанор поднялся обратно уже нормально — по лестнице, и заметив улыбку на лице младшего брата, истолковал ее неправильно. - Женишься на своей Анайрэ, у тебя тоже так будет, - пробурчал он. - Или на другой какой решительной деве... - Нет, - сразу же отверг такое предположение Нолофинвэ. - Только на ней. - Ту ваниэ ты тоже целовал... - Знаешь, Феанаро, это... - юный эльда словно удивленно прислушался к себе, - совершенно разные вещи. Даже сравнивать нельзя. - Знаю, - задумчиво кивнул старший брат. По лестнице на террасу как раз поднимался маленький его сын, с расцарапанным лицом и в разорванной тунике, прижимая к себе покорившегося своей судьбе и покорно свисавшего котенка. Он с интересом взглянул на гостя, которого видел нечасто: - Здравствуйте... - Здравствуй, Нельяфинвэ, - улыбнулся тот в ответ. - Рад тебя видеть. - Нельо, у тебя волосы почему мокрые? - недовольно спросил отец. - Купались, - пропыхтел тот, сражаясь с котенком, который решил предпринять неожиданную попытку побега. - В фонтане, что ли? - Нет, в реке. - Уже хорошо... А сапожками вы сознательно поменялись? Крохотный рыжеволосый эльда с удивлением взглянул вниз: - Нет... - Тогда завтра поменяйтесь обратно. Иди, Нельо, мама тебя ждет на ужине. - А ты придешь, отец? - У меня гость... закончу — приду. Сын повелению подчинился, уходя в дом. Уже в дверях котенок все-таки вывернулся из рук у мальчика и, сиганув между стоек перил, исчез в саду. Смешение Света прошло свой пик, и на траву, кусты и деревья все уверенней ложились тускло-серебристые лучи. Яркий огонь Лаурелина постепенно мерк. - Феанаро, я тебя, наверное, отвлекаю, - встревоженно сказал Нолофинвэ, стоило маленькому нолдо покинуть общество отца и дяди. - Тебе нужно быть на ужине... - Как хозяин дома я сам разберусь, где и когда мне нужно быть, - отмахнулся Феанор, но слова его прозвучали немного неуверенно. - Налей, кстати... Возвращаясь к твоей истории. И что тебе не так? - Что мне теперь делать, Феанаро? - вопрос прозвучал растерянно. - Мне не к кому больше обратиться, кроме тебя. Что ты посоветуешь? Феанор явно пришел в неплохое расположение духа, несмотря на присутствие того, кого не слишком жаловал — и причиной тому были третий кубок вина и то, что у него, тоже, в сущности, совсем еще молодого эльда, просили совета и надеялись на помощь. - Что тебе делать? Да ты и сам знаешь — назначил же свидание на завтра. Отцу можешь сказать, что познакомился с девой, которая тебя заинтересовала... аккуратно как-нибудь скажи. Впрочем, это ты умеешь. Ты с ее родителями познакомился? - Да, еще вчера, и сегодня мы поначалу вместе все работали, с ее родителями и сестрой, но потом постарались отдалиться... - Они не возражают, что их дочь проводит время в твоем обществе? - Кажется, нет, - неуверенно ответил Нолофинвэ. - Неудовольствия не выказывали, говорили приветливо... пригласили на ужин, если я захочу. Правда, говорили о том, что прием у них может не оправдать моих ожиданий... я так и не понял, каких. Я ничего и не ожидаю. - Ноло, - фыркнул Феанор, - ты сын короля. Принц нолдор, если ты забыл. Родители твоей девы вполне могут надеяться, что ты возьмешь ее в жены, но точно так же они могут и опасаться того, что для тебя эти отношения мало что значат... - Мне нужно сказать им, что это не так? - Не вздумай! По крайней мере, пока. Ты с одной уже тут гулял несколько лет... у твоей Анайрэ, кстати, вполне может быть и кто-то еще. - Она бы сказала! Да и не стала бы она... - У нее могли быть причины вести себя подобным образом, - Феанаро пожал плечами. - Не говори так о ней! - А, то есть тебе можно, а ей нельзя, конечно... - Да и видно было, что... - Что? - Что целовалась она впервые. - Разумеется, это ты уже мастер, - иронично ответил брат. - И тем не менее. Кстати, не забудь поговорить с прошлой своей девой и просить простить тебя, иначе рискуешь оставить за плечами врага. - Знаешь, - Нолофинвэ мгновенно собрался и посерьезнел, - я совсем иначе взглянул на Хэлвэндэ. Мы дружили чуть ли не с детства, но я никогда не поверял ей ничего серьезного, словно чего-то опасался. Отец одобрял нашу дружбу и, в общем-то, не скрывал того, что был бы рад нашему возможному браку. Она красива, интересна, но... мне никогда не было с ней за годы так просто и уютно, как с Анайрэ. И еще мне показалось, что когда она нас знакомила... у нее было такое чувство превосходства... что мне стало неприятно. Будто я участвовал в жестоком розыгрыше. - Вполне вероятно, что так и было, - кивнул Феанор. - У этих во всем положительных ваниарских дев порой такие неприятные стороны характера обнаруживаются... Знаешь, лучше не говори пока отцу. Не называй пока ему имени и не рассказывай ничего. - А когда будет можно предложить Анайрэ кольцо? Феанор поперхнулся, поднял взгляд от кубка... - Ноло, ты в своем уме? Ты ее знаешь два дня! Два. Дня. - Ну и что? - непосредственно возразил молодой эльда. - Я потому и спрашиваю, когда можно будет. - Да можно-то когда угодно... Кстати, про кольца говоришь, а сам-то еще работе в кузнице не разучился? - Думаю, получится, - осторожно кивнул Нолофинвэ, но взгляд его стал тревожным. - Мало я тебя гонял в свое время... - Мне хватило, - заверил его младший брат, на которого уже тоже подействовало вино. - Я сам просил тебя меня учить, но в процессе обучения порой ненавидел... - Ничего, вытирал слезы и шел работать дальше. Заметь, с Арьо я даже не связывался, а из тебя еще была возможность сделать нолдо... - А Арьо я сам учил. У него сейчас как раз тот возраст, когда ему все интересно. - Хорошо, что меня там нет. Сам им занимайся. - А тебя он вообще боится. - И правильно делает, - презрительно скривился Феанаро. - Сколько его видел, всегда таким был... Из него ничего путного не получится. У тебя хоть шансы есть.... Так что кольцо своей деве сам будешь делать. - Если принесу и покажу, оценишь? - Приноси. И будь готов к тому, что я тебе скажу по этому поводу. - К тому, что ты скажешь, я всегда готов... Значит, мне сначала нужно просить благословения у ее родителей? - Тебе сначала нужно просто подождать. Будешь ее там целовать у ручьев или еще что... я бы уже не удивился... постарайся не попасться на глаза ее родителям. А то это станет не самым приятным в твоей жизни воспоминанием, - Феанор неосознанно потер левую скулу. - Феанаро, а я могу тебя попросить... кое о чем? - Это о чем? - подозрительно сощурился тот, искоса взглядывая в сторону и реагируя на движение — на перила террасы вспрыгнул рыжий котенок и принялся преспокойно умываться. Шерстка его серебрилась в сиянии Телпериона. - Отец не одобрит, я уже это понимаю... То есть он одобрил бы, если бы не Хэлвэндэ. К Анайрэ после нее он отнесется... я думаю, не очень. Ты не мог бы познакомиться с ее семьей? - Как ты себе это представляешь? - Я могу тебя представить им как своего брата... - Мне вот только этого не хватало. А зачем? - Тогда ты сможешь их пригласить как своих друзей на прием у отца. - А когда он будет? - нахмурился Феанор. - Отец не сообщал. - Я подам ему идею. Ты пригласишь их семью, я познакомлю отца с Анайрэ... - А ты, я смотрю, поднаторел в интригах... - Да какие интриги, - отмахнулся Нолофинвэ. - А Нерданэль всего-то попросила с тобой поговорить, - тоскливо отозвался Феанор. - Когда поедем?.. *** После утреннего умывания Феанаро, как обычно, вышел на террасу, с улыбкой подставляя лицо золотистым лучам. Нерданэль еще спала. Он и не думал будить жену — вчера вечером она сообщила ему радостную весть, и теперь следовало не противиться ее желаниям и оберегать от хлопот по дому. Маленького Нельо Феанор уже разбудил — впрочем, тот просыпался легко; помог ему заплести волосы и препроводил в купальню. Не выдержал, сообщил новость и сыну. Тот, хоть и еще не вступил в беспокойный возраст взросления, был на диво разумен, и к вести отнесся со всей ответственностью. Обещал не беспокоить мать по пустякам, не нарушать тишины громкими играми с приятелями, и с детской серьезностью заверил отца, что присмотрит за будущим младшим братом или сестрой. Жизнь была прекрасна. Свет, что заключил Феанор вчера в кристалле, не гас и не рассеивался, таким светильником можно было даже пользоваться вместо свечи, когда рассеянного серебристого света не хватало для чтения, письма или работы. Это была первая победа, к которой он шел долго. У Феанаро возникли и новые, далеко идущие идеи... слишком смелые, чтобы иметь пока даже призрачную возможность воплощения. Но старший сын короля Финвэ не признавал рамок в творении, не считал что-либо «невозможным». Творец Эру был истинным Творцом, и вряд ли нашлось бы в Эа то, на что он наложил строгий запрет. Ограничений не было. Полет мысли — инженерной, философской, любой творческой — в пределах творения Единого был бесконечным. Феанаро был счастлив. Он чувствовал в себе невероятную силу. Впрочем, он чувствовал ее в себе всегда, с самого детства. Он знал, что может всё, что не встретит на своем пути преграды, которой не смог бы преодолеть. И потому он мало отвлекался на то, что считал не слишком важным — лишь мнение отца, а потом — еще и Нерданэль, горячо любимой жены, могли изменить его суждения. Таковым могло бы быть и мнение матери, но ее фэа безмолвствовала. И Феанаро со временем решил, что и мать одобряет его. Решил так потому, что предположить иное было бы слишком больно. Капли воды, которой он умывался, сбегали вниз по телу, впитывались в белую рубашку, высыхали на лице, обращенном к небу. Он уже знал, какое имя даст второму сыну. Или первой дочери. На закрытых веках мелькали отсветы Лаурелина — великого Древа валар; чувствовался запах созревших плодов в саду, травы, земли... Все было настолько невероятно юным, что казалось, так будет всегда. В тот момент Творец был непередаваемо, абсолютно счастлив. И Эру, наверное, тоже. - Феанаро... - тихо окликнули его. В первый момент он даже не понял, что обращаются к нему. Почему-то привычное ему имя, что он носил, разложилось в его голове на составляющие. Душа и огонь. Пламенный Дух, как его уважительно-насмешливо звали те немногие, которых он считал под стать себе. - Благодарю, что хоть в спальню ко мне не ворвался, - Феанор чуть приоткрыл глаза. - Я тут уже несколько часов. Если бы ты в спальне был один, я бы ворвался. - Судя по твоему тону, случилось что-то невероятное, - Феанор вздохнул и присел к столу на террасе, рядом с Нолофинвэ. - Она согласилась? - Она... согласилась. На всё, - странным тоном поведал брат. - Поздравляю, - хмыкнул Феанаро. - Я так понимаю, нынешней ночью ты увидел прямо перед глазами свет звезд Владычицы Варды, познал предвечность и... и там еще с пару десятков эвфемизмов из фривольных тэлерийских и ваниарских баллад. - Да, - коротко ответил Нолофинвэ. Феанор даже приоткрыл глаза чуть шире — наблюдать такого братца ему еще не доводилось. Словно тот повзрослел за одну ночь. Словно все его порывистость и юношеская непосредственность догорели и рассыпались пеплом. Феанаро знал, конечно, что не рассыпались — просто ушли глубже, сокровенней. Ничто никуда не уходит. Даже то, что сгорело и рассыпалось пеплом, навеки впечатывается в души. В материю Арды, с коей легко играют валар, которую можно переформировать или растворить в ней даже саму жизнь, например, отдав себя всего любви или искусству — но ничто не исчезнет навсегда из этого мира, пока не произойдет его обновление. - Анайрэ приняла мое кольцо. - Да, это кольцо было уже ничего. После предыдущих твоих трех попыток. - И меня. - Это я уже понял по твоему оглушенному виду. Отцу уже сказал? - Еще нет. Сразу поехал к тебе. - Зови, как определите день свадьбы, - пожал плечами Феанор. - Надеюсь, пригласишь, после всего того, что я для тебя сделал? Она ничего, эта твоя Анайрэ. Мне она казалась искренней. Кажется, и впрямь тебя любит. - Я не сомневаюсь. - Ты-то понятно, что не сомневаешься. Ноло, иди домой. Если тебе нужно мое благословение, то я уже прямо сейчас благословляю тебя на брак, желаю счастливой жизни, ну и детей там, сколько захотите. - Благословляешь, как старший брат? - глаза Нолофинвэ неуловимо заискрились в свете Лаурелина. - Иногда я даже готов себя им признать. - Это пока ты в хорошем настроении. - А оно у меня хорошее, - просто признал Феанор. - Нерданэль вчера сообщила мне, что у нас будет дитя. - Вот как? - Нолофинвэ привстал. - Поздравляю, Феанаро. Тебя и Нерданэль. Это большая радость. Я могу сказать отцу? - Не говори. Я сам ему скажу, приеду к вам сегодня. - Как пожелаешь. Буду рад тебя видеть в нашем доме. Знаешь, я, наверное, как и ты, когда женюсь, захочу жить своим домом, а не у отца. - Это твое дело. И твой выбор. Хотя, думаю, отец расстроится. - У него Арьо есть, - отмахнулся Нолофинвэ. - Правда, и он уже скоро перешагнет рубеж совершеннолетия. - Что-то наш отец не так делает, - задумчиво сказал Феанаро. - Уверен, даже Арьо захочет уйти, когда вырастет. И даже решительности ему хватит, как бы я к нему с его решительностью ни относился. Что-то не так в этой Арде. И я непременно узнаю, что... Если захочешь, помогу с постройкой своего обиталища. У меня уже есть опыт. - Я был бы рад твоим советам. На перила террасы вспрыгнул огромный рыжий откормленный кот, обмахиваясь хвостом, с недоверием поглядел на принцев, сыновей короля народа нолдор Финвэ, и принялся умываться. - Иди домой, Ноло. Скажи всё отцу. - Сейчас пойду. Феанаро... я благодарю тебя. За всё. Если тебе когда-то понадобится моя помощь... - Не понадобится. - Не зарекайся. Тебе или твоим детям... ты всегда можешь на меня рассчитывать. - Да, ты уже совсем взрослый, Ноло, - усмехнулся Феанаро. - Что же... я запомню. Иди... мой брат. Иди в свою жизнь. Я более не буду влиять на нее. Высоко в небе благословленной валар земли, завершая Смешение Света, набирали мощь лучи Лаурелина. Так начинался день.