Ты есть Я

То, что Суд - это просто игра для соблюдения правил, стало понятно с первой секунды. Судья — Маргарет — даже не пыталась сделать вид, что ее интересует дело, и что она собирается обдумывать обвинения. Она кривилась каждый раз, когда ее взгляд натыкался на Рафаэля или любого другого из Нижнего Мира. В зале суда собралось не так много народа. Нефилимы, человек десять, не считая Лайтвудов и Клэри, Саймон, Магнус, Люк, маг института и трое из Дивного народца — Охотники не хотели шумихи вокруг этого дела. Адвоката Рафаэлю не предоставили, ведь он не собирался отказываться от обвинений, а суду совсем не хотелось затягивать процесс. Обвинитель зачитал свои требования и материалы дела, предоставил показания примитивного и персонала больницы. С особым удовольствием он выделил тот факт, что друзья обвиняемого пытались сбить следствие (которого даже и не было), выдумав историю о каком-то там зелье. Он подчеркнул, что Магнус является не только Верховным магом, но еще и практически родителем Рафаэля (что было произнесено так же с особой интонацией), а значит, его показания вообще нельзя принимать во внимание. Судья на протяжение всей речи обвинителя ехидно улыбалась и посматривала в сторону Льюиса и Бейна, она явно испытывала удовольствие от их злости и бессилия.       Выслушивать свидетелей за Сантьяго она так же отказалась, мотивируя это тем, что сам Рафаэль не желает отрицать вину, а значит, и разговаривать здесь не имеет смысла. Саймон был готов разорвать ее на части. Его злость достигала просто предела, и в какой-то момент он просто перестал реагировать на шумы вокруг. Он полностью сфокусировал свое внимание на Рафаэле, который сидел в клетке справа от Маргарет. Он лениво развалился на лавочке, на его губах застыла презрительная улыбка, он даже не спорил, когда его обвинили в том, что Клан он захватил силой — Рафаэль молчал и улыбался, отлично понимая, ему просто не позволят выйти отсюда живым. Когда дело дошло до оглашения приговора, судья даже не стала думать, она просто поднялась со своего места, и вот тогда-то Саймон и вышел вперед. — Я требую «суда невинного»! — Рафаэль недовольно поморщился, качая головой. Обвинитель удивленно смотрел на молодого вампира, а судья сначала на секунду замерла, а потом громко засмеялась, картинно утирая слезы с лица. — Вампирчик, ты хоть знаешь, что просишь? — сквозь смех спросила она, опускаясь обратно на стул. Саймон кивнул. — Да. У меня есть маг, нефилим и оборотень, что дадут за меня слово. Я вампир меньше года. Все условия соблюдены, — твердо проговорил он, не сводя взгляда с лица Маргарет. Та причмокнула губами и посмотрела на Рафаэля. — Трус, — бросила она в его сторону и снова посмотрела на Саймона. — Сколько дней ты вампир? — Двести восемьдесят семь дней, — спокойно ответил Саймон. Он знал, за его спиной сейчас стоят Магнус, Люк и Алек, трое, кто готов дать за него свое слово, и это придавало ему сил. — Почти триста ударов, — покачала головой судья, — Хорошо, кто готов из нефилимов взять на себя ответственность за этого вампира? — Я — Александр Гидеон Лайтвуд, — судья неодобрительно покачала головой. Тишина в зале оглушала, большинство просто не понимало, что происходит. — Ужасно, — выплюнула женщина,. — Кто из магов, я так понимаю можно не спрашивать, мистер Бейн? — Да, — кивнул маг. — Оборотень? — Люк Гэрроуэй, — разлетелся голос оборотня по залу. — Бывший нефилим, не лучше своего дружка, — пробормотала Маргарет, отлично зная, что оборотень ее услышит. — Хорошо, как бы я не была против, условия соблюдены, — скривилась женщина. Рафаэль вдруг резко подскочил на ноги, и Саймон понимал его беспокойство, им слишком легко позволили это сделать. Саймон был уверен, нефилимы до последнего будут отрицать даже саму возможность спасения Рафаэля. — Что-то не так, — пробормотал Магнус за его спиной, Саймон едва заметно кивнул. — Хотя, — вдруг протянула судья, перебирая какие-то бумажки на столе, — Палач, мы совсем забыли про него. Внутренности Саймона скрутило, то, что судья так выделила этот вопрос, его насторожило. — Итак, по последней поправке, палачом может стать только тот нефилим, кто примет эту роль добровольно, — она усмехнулась, явно наслаждаясь разыгравшейся перед ней трагедией. Саймон понимал, из всех нефилимов, только его друзья согласятся помочь спасти Рафаэля, значит, кому-то из них придется нанести ему почти триста ударов плетью. Он сглотнул, быстро перебирая имена в голове: Клэри, Иззи и Джейс. Он бы, конечно, выбрал Джейса, его он больше ненавидеть уже просто не сможет. — Так что, нефилимы, — судья смотрела только в сторону его друзей, — кто из вас станет палачом Саймона Льюиса? — в ее голосе слышался откровенный смех. Магнус за спиной Саймона что-то зашептал, Алек быстро обернулся, внимательно смотря на сестру. Лайтвуд за секунду все обдумал, из них, лучшая, кто обращается с плетью — это Иззи. Джейс нанесет больше вреда Саймону. Изабель поняла все, девушка закусила дрожащую губу и сделала шаг вперед. — Палачом буду я, — голос раздался совсем с другой стороны зала. Саймон быстро нашел взглядом того, кто вызвался. Трой. Он спокойно подошел к Саймону и стал сбоку от него. — Я согласен стать его палачом на суде невинного. — Блекфор, — зашипела судья, и Саймон спокойно отметил, что фамилию этого нефилима слышит впервые. Маргарет недовольно кинула листок, который сжимала до этого в пальцах, на стол. Она сверлила взглядом мужчину, но Трой явно не собирался уходить. — Отлично, палач найден, — женщина снова скривилась, как от зубной боли, и Саймон вдруг понял — у них получилось, они смогут спасти Рафаэля. Но Сантьяго явно не разделял его радости. Мужчина вдруг оказался практически вплотную к решетке, и его глаза характерно блестели. — Маргарет, — то, что он обратился к женщине по имени, удивило Саймона. — Не смей произносить мое имя, — взвилась та, поднимаясь во весь рост. — Ты опозорил моего отца, когда спас ту девку, неужели ты думаешь, что я позволю тебе улизнуть от суда? Она засмеялась, кидая Саймону листок со своего стола. — Извиняться не буду, я вам отказываю в суде невинного. По последней поправке, вампир не может выступить за вампира, — она довольно улыбнулась, наблюдая за реакцией Саймона и его друзей. Вампир быстро пробежал по строчкам взглядом, опустился к дате и тихо застонал. — Вчера. Они приняли эту поправку вчера. Клыки появились сами собой, злость разрывала молодого вампира изнутри. Она с самого начала все знала и позволила им выставить себя полными дураками. Игралась с ними, дразнила. Он сделал шаг вперед, но окрик Рафаэля заставил его замереть на месте. — Не думай даже, Саймон. Клан не может остаться без нас двоих, — Сантьяго покачал головой, и Льюис готов был разреветься от полного бессилия, больше вариантов у них не было. — Итак, если спектакль окончен, то я озвучу приговор, — Маргарет оскалилась. — Рафаэль Сантьяго, суд приговаривает вас к немедленной смерти. Встречи с Ангелом желать не буду, в Аду их нет. — Саймон, Саймон успокойся, — рука Клэри крепко сжимала его ладонь, а Саймону казалось, что все это просто сон. Магнус рядом с ним шевелил пальцами и губами, явно готовя какое-то заклятие. Рафаэль в клетке стоял, опустив голову вниз, смирившись с приговором. Лишь Алек так и продолжал держать в руках листок, что кинула им судья. — Охрана, я… — Стойте, — перебил судью Алек. — Суда невинного требую я. — ЧТО? — судья удивленно смотрела на Лайтвуда, и не она одна, казалось, все внимание зала приковано только к нему. — Я — Александр Гидеон Лайтвуд – требую суда невинного для вампира Рафаэля Сантьяго, Главы клана Нью-Йорка. Моим магом прошу считать Магнуса, оборотнем — Люка, вампиром — Саймона, а нефилимом, — он быстро обвел взглядом зал, — Клэри Фрэй, она не является ни моим кровным родственником, ни парабатай. Я не привлекался к суду, имею награды за войну и являюсь Охотником, закончившим обучение в академии, — Алек еще раз прочитал условия, указанные в последних поправках. — И я не имею детей, хотя какое это имеет отношение к суду, я не понимаю. — Александр, — удивленно выдохнул Магнус, выхватывая листок из его пальцев. — Ты не посмеешь, — зашипела судья. — Ты понимаешь, что защищаешь вампира? — Я знаю, кого я защищаю, — спокойно ответил Алек, не сводя взгляда с судьи. — Трой, вы мне не откажете? — Я буду палачом, как и сказал ранее, — усмехнулся мужчина, кивая Алеку. Рафаэль в клетке издал что-то подобное рыку, привлекая к себе внимание. – Сто пятьдесят ударов за вампира, Лайтвуд, ты это осознаешь? — судья все еще пыталась его отговорить. — Сто пятьдесят ударов за друга — я осознаю это так, — гордо вскинул голову Алек, даже не думая отказываться от своих слов. — Да будет так, — тихо прохрипела судья, падая на свой стул. — Суд невинного будет свершен, нефилим берет на себя преступление вампира, и смерть заменена ударами плетью Рагуила, рукой его будет вызвавшийся палач. Алек просто кивнул после ее слов. Магнус сжал его руку, он все время стоял рядом с ним, не пытаясь сказать и слова. — Спасибо, — Бейн смотрел в глаза любимого и все больше понимал, его Алек — это подарок ему Ангелов. — Я тоже виноват в том, что произошло, — Алек сжал губы, — и я не хочу, чтобы ты просто умер от тоски и чувства вины. Подготовка к обряду много времени не заняла. В креплениях на потолке закрепили цепи — именно они будут удерживать Алека в момент ударов. Лайтвуд спокойно снял с себя рубашку, открывая торс, усеянный рунами и шрамами, Клэри было ринулась к нему, чтобы нарисовать еще одну, но Трой рукой остановил ее. — Нельзя, не давайте им повода, — девушка нахмурилась, но послушно отошла от друга. — Джейс, сними ремень. — Приставать собрались? — округлил глаза блондин. Он вообще не понимал, как ему относиться к этому мужчине. Он помогал им, но одновременно с этим он сам схватил Рафаэля, вызвался палачом. — Смешно, — сухо ответил Трой. — Алеку лучше что-то зажать между зубов, иначе откусит себе язык или задохнется от боли. Джейс не проронил больше и слова, он быстро вытащил ремень и клинком разрезал его пополам. — Можем начинать, если ты конечно не передумал, — зло известила из судья, Алек покачал головой. — Закрепите ему руки. — Отошел, — рявкнул Джейс, когда кто-то их нефилимов решил натянуть цепи. Он сам надел широкие браслеты на запястья брата и подал ему часть ремня, сложенного в двое. — Откройся, я заберу часть боли, ты не обязан проходить через это один. — Спасибо, — Алек крепко сцепил зубы, кивая брату. — Начинай, — махнула рукой судья, когда Джейс натянул цепи. Плеть Рагуила хищно сверкнула, когда Трой достал ее из ларца. Он вытянул руку, пару раз взмахнул ей, приноровился к оружию. Первый щелчок хвостов плети потонул в всхлипе — Изабель спрятала лицо в ладонях, но это помогло ей мало. Саймон считал про себя каждый удар, Алек не издал и звука, хотя давно уже просто повис на удерживающих его цепях. Сто двадцать, и Саймон готов кричать — спина его друга уже содрана практически до костей, а от рун уже нет никакого толка. Джейс позади них сидит прямо на полу, он помогает Алеку, тянет часть раздирающей боли на себя и скулит в кулак, Клэри наносит на его тело руну за руной, и Джейс знает, часть силы этих рун через его тело идет и к Алеку, вдвоем они это выдержат. — Сто сорок четыре, сто сорок пять, — Магнус считает вслух, не сводит взгляда со своего Ангела, теперь на его теле будут еще более ужасные шрамы, словно от рун ему было мало. Маг уже практически готов был отправить Алеку одно из своих заклинаний, но понимал, сделает это и все будет напрасно. И он был благодарен Трою, как бы это ужасно не звучало. Он помнит, как наносили удары Рафаэлю. Как палач специально делал паузы между ударами, позволяя боли проникнуть глубже, как он врезался в плоть всеми тремя концами плети, Трой же все чаще наносил удары по касательной, раня не так глубоко. Сто пятьдесят, и кто первым кинулся к Алеку, понять невозможно. Возможно Саймон, который раздирал свое запястье губами и, подхватив Алека за грудь одной рукой, стал сразу лить свою кровь на раны. Или Магнус, магия которого синим облаком окружила нефилима. Может Клэри, ее стило выводило на его коже руны, неизвестные никому в этом зале, и дыхание Алека, сбившись на секунду, стало ровным, он уснул на их руках. Иззи сама сняла с рук брата браслеты. Один лишь Джейс все так же продолжал сидеть на полу в конце зала, вся его футболка на спине была в крови, последние ударов двадцать он полностью взял на себя, впервые настолько углубив их связь парабатай. — Я помогу, — на спину Алека закапала новая кровь, Рафаэль уже стоял рядом с ними. — Прости меня, — Магнус не смотрел на друга, но всем было понятно, к кому он обращается. — Не стоит, Магнус, ты ради меня поступил бы так же, — Рафаэль сжал плечо Бейна, и тот грустно улыбнулся. — Отдал бы своего птенчика на «суд невинного»? — усмехнулся маг, встречаясь взглядом с Рафаэлем. — Вытащил бы тебя любой ценой, — кивнул Рафаэль. — Убери нас отсюда, не стоит давать им возможность любоваться нашей слабостью. — Джейс, — позвал маг, и когда парабатай его парня подошел к ним, их всех окутала магия Бейна. — Ты бы хоть нас в зал сначала всех перебросил, — Рафаэль, зажатый между Саймоном и стеной, нахмурил брови. — Или хотя бы в комнату, — вторила ему Клэри, потирая ушибленную о раковину голову. — Ангелу нужно в ванну, — надулся Магнус, аккуратно перехватывая Алека за талию. На его спине уже не было открытых ран. — Сами до зала дойдете. — Мне тоже нужно, — пожаловался Джейс, показывая и свою спину. — В гостевую иди, — фыркнул Магнус, ревниво посматривая на Алека. — Нам пора, птенчик, — Рафаэль мягко коснулся своей рукой плеча Саймона. Тот кивнул, беззвучно выскальзывая из ванной вслед за Сантьяго. — Я рад, что все обошлось, — Саймон устало провел рукой по лицу, ему безумно хотелось спать, наконец-то напряжение последних дней отступило, и можно позволить себе расслабиться. — Уж я-то как рад, — усмехнулся Рафаэль, поворачиваясь к Саймону лицом. — Давай куда-нибудь сходим? — Сейчас? Куда? — не понял его Саймон, Рафаэль же знает, в отеле гости, и они обязаны быть там. — Куда захочешь и через пару дней, когда ты нормально отдохнешь, и я решу все дела, — пояснил Сантьяго, делая шаг в его сторону. — Ты меня на свидание зовешь, что ли? — Саймон смотрел на Рафаэля широко распахнутыми глазами. — Что ли, — передразнил Рафаэль, — и как такой глупенький вампир смог стать моим заместителем? — Ты сам меня назначил, — сглотнул Саймон, понимая, что Рафаэль делает еще один шаг в его сторону и пространства между ними остается слишком мало. — Dios, Саймон, просто ответь, ты пойдешь со мной прогуляться или нет? — зашипел Рафаэль, притягивая Саймона к себе за талию. — Прогуляться? Как друзья? Ну, там выпить пива, обсудить последний футбольный матч и фильм какой-нибудь? Или как свидание? Вдвоем, парк, — залепетал в своей манере Саймон, стараясь не дышать так громко и вообще перестать так откровенно прижиматься к Рафаэлю, — или вообще. Позовем Лили, Магнуса, Алека… — Заткнись, — засмеялся Рафаэль, качая головой. — Вдвоем, Саймон. Ты и я. Наедине. Без других людей, — просчитал он сразу все варианты болтовни Саймона. Льюис молча кивнул, кусая губы, которые были готовы расплыться в улыбке на пол лица. — Кивнул и все? — выгнул бровь Рафаэль, чуть сжимая пальцами бок вампира. — Ты же сам сказал — заткнись, — Саймон закатил глаза, копируя манеру Сантьяго. — А я предпочитаю выполнять приказания главы клана.