Гарри-слизеринец

Седьмой курс. - Победил? Победил. Победил! Доносилось ото всех уголков школы магии и колдовства Хогвартс. Тонкий, хрупкий белокурый юноша несется по коридорам школы и плачет, и смеется, и кричит и бежит, бежит, бежит. И вдруг... Резко останавливается перед высокими белыми дверями больничного крыла. Осторожно открывает створки и тихо, на цыпочках, заходит в прохладное помещение. На белейших простынях лежит очень бледный черноволосый юноша. На тумбочки аккуратной стопкой лежит новая, свежая форма ученика Слизерина. Блондин проворно оглядывается и без шума подходит к брюнету, осторожно, что б не спугнуть чужой сон, касается жестких от крови волос. - Такой молодой, а уже седые волосы. Такой молодой, а уже несчастный. Такой молодой... мой. Потом юноша проводит кончиками пальцев по ледяной щеке, берет за руку. Напрягается. Прикладывает пальцы к шее брюнета. Его глаза расширяются, он опускает руку, всхлипывает и выбегает из комнаты, оставляя там своего лучшего друга и единственную любовь. Все равно они уже мертвы... *** Драко Малфой тоскливо провожает взглядом Гарри Поттера, спешащего к столу гриффиндорцев, куда зачислила его Старая Шляпа. - Как же хорошо, что Поттера не зачислили в Слизерин, иначе мое обучение в Хогвартсе было бы просто отвратительным... хотя куда еще хуже. Именно так, спустя семь лет, на выпускном вечере скажет Драко Малфой и соврет, потому что... «- Я люблю тебя, Драко. - Я тебя тоже люблю, Гарри.» Эти тихие голоса так и будут звучать в голове юного предсказателя.