Белая Маска

Алик шагал по коридору, держа в руках книгу. — Алик? — мальчик вздрогнул, поворачиваясь к звавшему его Леону. Подойдя к мальчику, мужчина нежно погладил его по волосам. — Где твои прекрасные длинные волосы? — спросил мужчина, продолжая поглаживание. — Я их отрезал, — пролепетал мальчик. Леон цыкнул и влепил мальчишке пощёчину. — Как смело с твоей стороны, — уже холодно пролепетал Леон, он схватил мальчика за волосы. Алик зажмурился, прикусывая свою губу. Леон выдохнул, он заколол чёлку мальчика серебристой заколкой открывая его лоб. Мальчик открыл глаза, он смотрел на Леона — Леон? — спросил мальчик и крепко обнял мужчину. — Я так скучал по этой вашей личности, — шепнул мальчик, выронив книгу. — Я с тобой что-то сделал? — спросил мужчина, посматривая на красную щеку мальчика. — Все хорошо, — пролепетал мальчик. Леон присел на корточки, он чмокнул мальчишку в лоб. Мужчина провёл пальцами по ошейнику Алика. — Тебе нравятся ошейники? — придерживая запястье у своего правого виска спросил мужчина. Алик вздрогнул. — Да, — солгал мальчик, он отпрянул от мужчины и подняв книгу, побежал в библиотеку.

***

— Как тебя зовут? — спросил мальчишка у трясущейся девочки, которая выходила из покоев его матери. Девочка смотрела на мальчика, она быстро опустила глаза. — Ури, — дрожащим голосом шепнула девочка. — Красивое имя, — улыбнулся мальчик. Он приподнял её лицо за подбородок. Девочка смутилась, она приподнялась на носочки и начала обнюхивать шею мальчика. — А ты вкусно пахнешь, — пролепетала Ури, она открыто посмотрела мальчику в глаза. — О чем ты? — смотря так же открыто в глаза девочки, спросил мальчик. — У тебя вкусно пахнет кровь. Ты чистый? — спросила Ури, заводя руки назад, сжимая ладони в замке. — Ага, — коротко ответил Алик. Он посмотрел на девочку, за её спиной стояла словно её отражение девочка, которая была окутана в плащ, как некогда было окутано отражение Леона. Ури достала перочинный ножик и начертила крест на груди мальчика, потом на своей. Повалив мальчишку она соединила нагрудные кресты. — Да наступит судный день, — через слезы шепнула девочка, она воткнула острие в сердце мальчика. Алик закричал, его алая кровь начала чернеть, а Ури оттолкнуло ударной волной, беря в плен её голос. Ури попыталась закричать, но не смогла. — Леон, прошу, помоги, — захлёбываясь в крови молил о помощи Алик. Ури подошла к леденеющему телу мальчика. Она обернулась, к ней шёл Леон. На руках у него была остывающая Эн. Он положил девочку рядом с телом брата. — Вытащи нож, — попросил Леон, Ури кивнула и вынула ножик. — Эн умная девочка, она уже совершила с ним обряд, — ухмыляясь прошептал Леон. Ури начала чертить круг вокруг тел. Леон оттолкнул девочку и вперёд вышла та самая тень в плаще. — Ника, дальше дело за тобой, — сказал Леон. Ника поклонилась мужчине и широко улыбнулась. Она разделила круг на шесть секций, начертив у каждой секции свою руну. -Спасибо моя хорошая, — пролепетал Леон, он погладил девочку по волосам. Ника вновь подбежала к кругу. В первую секцию она положила карманные часы, тень девочки словно создала прожилки от чего секция засветилась кремовым цветом. Во вторую секцию Ника положила камень, сегмент камня загорелся фиолетовым цветом. В третий сегмент девочка положила браслеты, их сегмент загорелся жёлтым, дальше шла карта шута, её сегмент загорелся красным. Леон положил в следующий сегмент цветок, который загорелся серым. Ника успешно положила цепь в последний сегмент, который загорелся синим. Центр круга, где лежали брат с сестрой загорелся чёрным. Чёрная кровь детей начала бурлить, вырисовывая контур круга и их сегментов. Линии цветов перемещались в тела детей, создавая на их телах цветные руны, исчезающие артефакты превращались в пепел, соединяясь с помощью бурлящей чёрной крови в единое целое. — Леон?! Леон, что ты творишь! — закричала черноволосая женщина, она быстро подъехала на коляске к мужчине и ужаснулась. — Что ты сотворил с моими детьми? — закричала женщина, она начала бить кулаками Леона, который терпел её припадок. — Амелия! — не выдержал Леон. Он опустился на корточки, сжимая её запястья в своих ладонях. — Все ради великого будущего, когда артефакты соединятся и. — Леон замолчал, Амелия яростно на него смотрела. Женщина вырвала свои запятая и влепила мужчине пощёчину. — Как ты смеешь?! Как смеешь ты использовать в своих целях невинных детей! И это я не только об Алике с Эн говорю, — указывая на Нику и Ури кричала Амелия — Убиваешь, используешь и все их руками! — Амелия влепила мужчине ещё одну пощёчину. -Смерть двоих детей, ради миллионов. Их будут считать героями, — восхищено говорил Леон, не обращая внимания на пощёчины Амелии. — Правда что ли? Я радоваться должна по-твоему? Ты думаешь, что жизнь детей, да и не только детей любого человека ценить не надо?! Пусть подохнут одни, а другие на их крови счастливы будут? Считаешь что с помощью философского камня сделаешь этот сгнивший Мир лучше?! Думаешь что-нибудь изменится? Ты не ради других ищешь создание его, а ради самого себя, хочешь все и вся подчинить, -холодно говорила женщина. Она сползла с коляски и взяв всю свою волю в кулак, заставила сделать себя до селе ей не возможный после родов шаг. Она делала шаг за шагом направляясь в круг, пересекая его черту. — Стой! — закричал Леон и схватил женщину за руку, вытаскивая из круга. Перед ним возникла Ури и укусила за руку. От боли Леон отпустил Амелию и с яростью взглянул на Ури. — Да как ты смеешь? — спросил Леон. — Я не позволю вам трогать госпожу, и уж тем более я не прощу вас и тебя Ника за то что игрались моим телом с помощью тени, — губами шептала девочка. Амелия тем временем уже дошла до средины круга, она ухватилась за половину философского камня — Амелия! Нет! — кричал Леон, но чёрная кровь уже обволакивала тело женщины. Касание Амелии не давало пропуск свету секций, сегменты артефактов погасли, а чёрная кровь все так же обволакивала её тело. Амелия посмотрела вниз, её ноги были обращены в камень. \Какое твоё желание? \спросил женщину осколок камня — Позволь моим детям переродится счастливыми, — попросила Амелия. \Твое желание закон\камень начал распадаться на мелкие осколки, которые моментально превращались в пыль и развивались на ветру. Из тел детей будто вылезло яркое белое свечение. Перед глазами уже почти окаменевшей Амелии возникло два облака. В первое облако полетело свечение Алика, оно вселилось в женщину, которая давно вместе с мужем мечтала о ребёнке. Сияние Эн вселилось в женщину, которая так же мечтала о ребёнке. — Спасибо, — шепнула уже затвердевающими губами Амалия. Камень превратился в прах, а женщина стала каменной статуей. Леон ударил стоящую перед ним Ури и подбежал к окаменевшей женщине. Он упал перед ней на колени. — Почему? Я ведь был ради тебя готов на все, я тебя так любил. Почему ты бросила меня? Почему не приняла мои совершенствования? — спрашивал Леон. Ника крепко обняла Леона. Ури поднялась на ноги, она щёлкнула пальцами и перенесла статую, как и прах артефактов в разные части света известные девочке из сказок Амелии. — Куда ты ее переместила? — разъярённо спросил Леон и подбежав к девчонке, начал её душить. \Убив меня вы никогда не узнаете где она, а при жизни я вам этого никогда не открою\ сказала Ури. Она щёлкнула пальцами и растворилась. — Твою.- Леон ударил кулаком по полу. — Господин, я их найду и мы обязательно повторим судный день, — шепнула Ника, обнимая мужчину со спины. — Буду с нетерпением ждать, — ухмыляясь, шепнул мужчина. Продолжение следует: