Обними меня

Пробуждение было наполненно Люциусом, пахло Люциусом, дышало Люциусом. Ощущая тесные объятия, поцелуи на коже, Северус довольно зажмурился. Он привык к тому, как Малфой любит прикосновения, тесные, жаркие. Он знал, как это важно для любимого. И что скрывать, нежился, таял. Осьминожьи объятия, сонное бормотание… Мягко толкаясь в жаркую глубину тела, мягко двигаясь… Северусу нравилось такое пробуждение. Дыхание Люциуса, его руки… Не разжимая объятий, лишь поудобнее устраиваясь, чтобы проникновения были глубже, настолько глубже, что мягкий стон сорвался с губ Северуса. Лаская мошонку, член Северуса, сейчас такого уютного, домашнего, Люциус прикрывал в блаженстве глаза, не желая набирать темп. Они обожали именно такой медленный утренний секс. Тягучий, вязкий… Наполненный еще не ушедшим сном, наполненный тонким естественным ароматом тел. Стирая белесо-перламутровые капли с покрасневших от бесстыдно-откровенных ласк губ, целуясь, отдыхая, немного сонно улыбаясь… Любовно обводя родинку на плече Люциуса, вдыхая аромат его тела, белоснежной гривы волос. — Люц… — Ммм…? — Ты мне ничего не хочешь рассказать? — очерчивая подушечками пальцев контур лица возлюбленного. Малфой молчал. — По-моему мы договорились… — теперь многозначительно касаясь кольца из платины. — Ты будешь смеяться, — поджимая красивые губы. — Никогда… И мы же ведь договорились - ничего не скрывать. Я вижу — ты хочешь мне рассказать, давно хотел. А теперь когда мы заключили брак… И ты периодически куда-то пропадал… — Наследие… Оно вынуждает… Ты и сам знаешь… Северус кивнул. Наследие требовало равновесия. И магам следовало проводить определенный период времени в облике, который несло наследие. — Только попробуй заржать… Голубые глаза Малфоя угрожающе сверкнули. А затем тихий вздох, сияние… И неосознанно закусив губу, Северус завороженно смотрел на очаровательное создание. Белоснежный мех, трогательные ушки, розовый нос… Да нет, он весь был трогательный. И очень красивый. Коала. Пушистый, голубоглазый. Напоминающий игрушку. Северус с трудом подавил улыбку, опасаясь, что Люциус может обидеться. Но восхищение и теплоту в глазах было не скрыть. Пусть он взрослый мужчина, но любовь не знает пола, возраста… — Иди ко мне, — понимая, что непреодолимо хочет дотронуться до мягкого меха, зарыться в него носом, вдохнуть запах. Запах своего Люциуса. Коала подозрительно смотрел на Снейпа. Словно ожидал подвоха. А потом вновь совсем по-человечески вздохнул и прильнул к магу, довольно жмурясь. — Так вот почему ты так обожаешь объятия. Коала… Мягкий, красивый… — шепча комплименты супругу. А коала чуть улыбнулся и плотнее прильнул к магу. И поглаживая мех, Северус чувствовал, как его затопляет нежность. А потом они вновь целовались. Северус и Люциус. И разведя бедра Люциуса, открывая его во всем бесстыдстве и красе, Северус жадно припал ко входу, словно желая довести до оргазма одними ласками и прикосновениями. И ощущая ладони на коже, слушая, как ахает и шумно выдыхает возлюбленный при каждом особо глубоком толчке, Северус неумолимо приближался к краю. И чуть позже любовался Люциусом — взлохмаченным, зацелованным, с краской на щеках, груди, с каплями семени на животе, уставшим, но неизменно прекрасным, желанным Люциусом. *** Сегодня Снейп задержался — слишком много дел накопилось в лаборатории. И нигде не обнаружив Малфоя, и зная, что тот уже вернулся из Министерства, поспешил в сад, буйно разросшийся в парке особняка. — А, вот ты где… Коала нашелся в самых густых зарослях. Задремавший на ветке дерева, смешно свернувшийся калачиком. Но услышав знакомый голос, тут же проснулся. И пожевал протянутый магом лист зелени. — Пойдем-ка в дом, а то погода портится. Северус уже не скрывал улыбки. Люциус больше не стеснялся своего наследия и со спокойным сердцем находился рядом с супругом. И бережно подхватив на руки белоснежное плюшевое создание, и надежно укрыв его плащом, Северус Снейп поспешил укрыться от непогоды.