Призрачный Проходчик.

Когда мне начинало казаться, что я здесь умру, в голове что-то щелкало; тогда я сильнее сжимала рукоять клинка и с громким криком неслась вперед, а мысли о хит-поинтах и жизни вообще улетучивались неизвестно куда. Приходя в себя, я обнаруживала, что до смерти оставалось каких-то 10% от всей полоски здоровья, а рядом уже ни души. После такого мне всегда хотелось смеяться – привычка, притащенная в игру из реального мира, ржать всегда и везде, даже если ничего смешного. Мама назвала это защитным механизмом моего организма. И то верно, я никогда не умела нормально утыкаться кому-нибудь в плечо и плакать, как нормальная девушка; почти всегда я начинала заливаться смехом, нервным и пустым, пока не сползала по стенке, утыкаясь в коленки. Тогда слезы уже просто текли из глаз, как вода, а я лишь изредка всхлипывала, огрызаясь на проходящих мимо людей, которые, после пары-тройки провальных попыток меня успокоить, вскоре перестали подходить вообще. Успокоить меня мог лишь кот, который всегда ложился у моих ног и не уходил, пока я сама не брала его на руки и тащилась на улицу проветриваться. Но тут моего пушистого друга нет. И эмоции тут тоже ненастоящие, лишь смоделированные хитрой программой цифры, точно такие же, как и наши тела. Только тот смех, который рвется наружу после каждой смертельной битвы – о да, он настоящий. И больше ничего. Так я думала, пока мою жизнь не изменили. События, ворвавшиеся в мою жизнь без предупреждения, довольно-таки грубо перелопатили все что можно, вытряхнув из меня все мои предыдущие мысли, как грязь из ковра. У меня даже не было времени сопротивляться – на каждую попытку вернуть все назад я вполне ощутимо получала пятерней по спине; ужас, не правда ли?