Пчелиный яд

      Что не так с Маринетт Дюпэн-Чэн?       С какой стороны ни взгляни, у нее не все дома, раз она задается такими вопросами. Она может быть взбалмошной, неуклюжей, неуверенной и беспечной, но Маринетт Дюпэн-Чэн всегда исправляет допущенные ошибки. И в этот раз будет так же.       Однако после всего того, что случилось с Хлоей (и из-за Хлои), неужели она и правда хочет втянуть в борьбу близкого человека?       — Ты же помнишь, что сказал Хранитель, Маринетт? — взволнованно спросила ее квами.       — Конечно, Тикки. Он просил отдать Камни чудес тем, кого я сама считаю достойными. — Она взвесила на ладони изящную деревянную шкатулку. — И раз он мне доверился, то я должна закончить начатое.       Односторонних игр в «прятки» больше не будет, подумала Маринетт. Выходка Хлои и так привлекла всеобщее внимание, а ведь этого удалось бы избежать, если бы Ледибаг и Квин Би обладали равными знаниями друг о друге. По крайней мере, это было бы честно.       Но раскрыть Хлое свою тайну Ледибаг не могла. Как и Адриану. Да, вот тут она ошибалась с самого начала: вся в мечтах о том, как они с Адрианом будут вместе бороться со злом, Маринетт не учитывала собственной трусости. Она боялась с ним заговорить. Боялась дотронуться. Боялась поцеловать. Сделать все это смогла только Ледибаг. И о том, чтобы открыть свое лицо Адриану — такую себя, такую Маринетт — не могло быть и речи. Выходит, к кому бы ни попал Камень пчелы — к Хлое (случайно) или к Адриану (намеренно), все закончилось бы игрой в «прятки» и полным провалом.       Вот поэтому ей нужен еще один напарник, с которым она почувствует себя на равных. Первым, разумеется, был Кот Нуар. Нужен еще один верный, близкий, надежный… настоящий друг.       Однажды она откроется и Коту. А пока…       — Пожелай мне удачи, — попросила свою квами Маринетт, сунув в карман шкатулку с Камнем чудес Вольпины.       Слишком долго она не решалась его отдать.

* * *

      «Я СТАНУ СПИЛБЕРГОМ», — прочла Алья в новом сообщении от Нино и нервно рассмеялась. Ее руки дрожали от волнения, пока она зашнуровывала уличные кеды. На вопрос мамы, мол, куда это дочь собралась в такую темень, Алья ляпнула первую пришедшую на ум отговорку. Нельзя сидеть дома, когда в Париже такое происходит! Она должна срочно попасть к зданию телеканала, поймать Хлою и все досконально разузнать!       Алья так и видела, как трафик «Ледиблога» взлетает вверх и пробивает насквозь купол стратосферы.       На лестнице она попыталась еще раз набрать Маринетт, но та по-прежнему не отвечала. Адриан тоже. Как это на них похоже: пропасть в самый интересный момент…       Хлоя — Квин Би, билось у нее в голове. Это же просто рехнуться можно. Хлоя — Квин Би. Эта пакостная девчонка — защитница невинных.       Хлоя… Маринетт?       Нет, разумеется, Буржуа не могла быть Маринетт; просто Алья, спустившись на первый этаж и распахнув дверь, неожиданно столкнулась с лучшей подругой. Дюпэн-Чэн стояла с поднятой рукой: явно собиралась нажать дверной звонок.       — Вот и ты, наконец! — Алья забегала по крыльцу, как шарик в пинболе. — Ты уже видела?! Да конечно же видела, ты тоже в шоке, правда? Я и представить не могла: Хлоя — Квин Би! Так, нам нужен велосипед, не стой столбом, Маринетт! Маринетт?       Старшеклассница с непонимающим видом уставилась на протянутую ей шкатулку.       — Поднимемся наверх, — предложила подруга, упорно не поднимая глаз.       Что-то в ее голосе резко снизило температуру кипения Альи; но все-таки, даже предчувствуя надвигающуюся бурю, которая вот-вот изменит всю ее жизнь, она попробовала возмутиться.       — Да какое наверх? А Хлоя? Ну и странная же ты!       Маринетт и впрямь странно улыбнулась.       — Не волнуйся, Алья. То, что лежит внутри, гораздо больше тянет на сенсацию. Можешь мне поверить…