A.P.M.

- А теперь объясни мне, ради всего Святого, Ким Сорин, что за хрень тут только что произошла? - Марго стояла, уперев руки в бока, перед рэпершой, которая всеми силами пыталась раствориться на месте. - Ну... я же, вроде, все сказала... - Значит, как мы уходим, ты сюда парней толпами водишь? - нахмурилась Рия. -  Блять! - выругалась Сорин. - Да вы все реально неправильно поняли! - Я тебе поругаюсь, мелкая! - Марго сверкнула взглядом. - Ты подумала об имидже группы? А если пойдут слухи? Ты понимаешь, что из черной полосы айдолам сложно выйти! То, что случилось хотя бы один раз, привяжется к тебе навсегда. - Да что я такого сделала-то?! - непонимающе воскликнула Ким. - Он сам пришел! - Меня это не волнует, - отрезала вокалистка. - Пока ты молода, тебе нужно быть осторожной в своих действиях. - Ладно, хватит, - MG подошла к макнэ и взяла ее за руку. - Если будем много ругаться, то тоже будет нехорошо. Ты, кажется, хотела показать мне песню, - она обратилась к пристыженной девушке, - которую написала, давай лучше займемся этим. - Ты права, - Марго устало потерла глаза руками. - Прости, Рин, но больше, чтобы такого не было. Парни никогда до добра не доводят, тем более в таком юном возрасте. - Хорошо, хорошо, - буркнула рэперша. Проводив взглядом айдолов, которые направились в гостиную, Марго наконец взяла тот злополучный шампунь из комнаты Рин, и отправилась в ванную. Девушка наполнила ее до краев и с наслаждением опустилась в теплую воду. Теплый пар поднимался вверх, собираясь у потолка. Марго вынула из воды руку и протянула ее вверх, словно пытаясь коснуться кончиками пальцев светильников над головой. Девушка набрала в легкие по-больше воздуха, закрыла глаза и осторожно сползла под воду. Здесь было тепло и уютно. И никого вокруг. Звуки теперь вообще не доносились до нее, только легкое потрескивание, звучащее где-то на грани слышания. В памяти вокалистки начали всплывать мимолетные образы. Постепенно они обретали четкость, приближались к ней,  становились более материальными и яркими красками окрашивали ее затуманенный разум. Ким Тэхён. Черт, опять он. Почему именно этот человек сейчас возник в ее сознании? Может, потому что она стала проводить с ним больше времени. Они ходят вместе на съемки, ночные вылазки и даже в компании иногда пересекаются - не удивительно. Но... парни никогда не были частью ее жизни. Марго обошла стороной то время, когда все ее одноклассницы были влюблены и начинали встречаться. Девушке было просто не до этого... Разве теперь что-то изменилось?... Разве у нее появилось на это время?... Нет. А вот у Ви оно появилось. И он начал тратить его на нее. Странно... Внезапно мягкие и плавные размышления вокалистки прервал выстрел. Девушка резко вынырнула из воды, расплескав ее во все стороны. Хватая воздух губами через облепившие лицо волосы, она вцепилась в бортик ванной. Ей потребовалось еще несколько секунд, чтобы понять, что это был всего лишь отголосок ее воспоминаний, а сейчас в общежитии абсолютно спокойно. Девушка откинула волосы с лица и вздохнула. Истории Рии и Сорин были довольно классическими: девушка с талантом, ненавидимая теми, у кого его нет. Но ее жизнь отличалась от их. Если в ней и была ненависть, то она носила не завистливый характер, а скорее убийственный мотив. Марго мысленно перенеслась в то время, когда ей было только тринадцать. Тогда она впервые услышала выстрел...и увидела тех людей... * * * 8 лет назад. Район гетто. Сеул. - Ёнхи~! - госпожа Со позвала свою дочь, которая играла на заднем дворе их маленького домика вместе с полутора-годовалым братиком. - Обед уже на столе! Идите обедать! - Пойдем, Хамён, - девочка взяла брата на руки. - Сегодня ты должен съесть всю мисочку риса, чтобы быть таким же красивым, как мама и я. - Ён..хи, ну~на, - сказал мальчик, схватив сестру за нос. Семья Со жила на окраине Сеула. Район этот не был довольно хорошим и безопасным, но прожить в нем было можно. Господин Со был человеком веселым, но легкомысленным и слабохарактерным. Он не мог себя контролировать и частенько напивался, хотя можно ли назвать человека пьяницей, если его несет всего-то со второй кружки пива? В молодости он был очень красив, но сейчас на его лице отпечаталось бремя суровой жизни и алкоголизма, которые с каждым днем становились все больше и больше. Госпожа Со - женщина мечтательная и сентиментальная. В молодости она перечитала романов про любовь, поэтому и вышла замуж за Со Хаккёна, который сейчас и сидел перед ней за столом. Их дети - Со Ёнхи и Со Хамён. Про них говорить пока рано, так как их характеры еще не сложились в силу малого возраста, но Ёнхи уже была довольно хорошенькой на лицо, да, к тому же, красиво пела. Ее глаза блестели той самой девственно-чистой искрой, смотрели на мир ясно, без тени боли и сожаления.  - Папа, завтра в школе пройдет конкурс красоты, - восторженно заговорила Ёнхи, - ты же придешь, да? - Конечно, солнышко, - потрепал по голове дочь Хаккён, - я обязательно должен увидеть твою победу. - Па..па, - сказал маленький Со, уплетая за обе щеки рис ложкой. Мирный семейный обед прервала дверь, которую с ноги вышиб огромный китаец. Таких здоровых людей Ёнхи никогда раньше не видела. Девочка вытаращила глаза на этого человека и, как замороженная, смотрела, как в комнатку вбегают какие-то люди с большими черными пистолетами. Один из них подбежал к столу и пнул его со всей силы. Стол перевернулся прямо на господина Со, посуда посыпалась на пол с оглушительным звоном. Тут-то Ёнхи и очнулась. Девочка заплакала. Хамён тоже. - Заткни своих маленьких ублюдков, пока я не вышиб им мозги! - зыркнул на госпожу Со один из громил. Женщина поспешно приложила ладони ко ртам своих детей. Слезы ручьями катились по щекам Ёнхи, но она не могла сказать ни словечка от страха, паролизовавшего ее, словно ток. Девочке казалось, что даже если она сделает вздох, ей тут же наступит конец. - Где деньги?! - коротко спросил один из незнакомцев у господина Со. - С...скоро все от..отдам, - заикаясь, ответил тот. - Меня это не колышет, - ответил тот же человек. Видимо, он был здесь главным. Он схватил господина Со за подбородок. - Если денег не будет через две недели, тебе и твоей семейке конец, - человек захохотал и провел пальцем по горлу, - а уж женушке и дочурке твоей, мы-то точно найдем работу, - он облизнулся, глядя на маму Ёнхи. - О чем он, Хаккён? - непонимающе, с отчаянием, воскликнула женщина. - А ты не знаешь? - удивился лидер. - Так еще и врунишка, Хаккён-и! Твой муженек, - бросил он, - проиграл нам двадцать миллионов вон (~1 миллион  рублей) в карты. - Хаккён, - потеряно проговорила госпожа. - Как ты...мог? Ты думал о Ёнхи и Хамёне?   - Он, видимо, вообще не думает, - хохотнул кто-то из толпы. - Ага, особенно, когда он сказал, что выставит даже жизнь своего сына на победу. - Хаккён.., - со слезами на глазах проговорила женщина. Ее рука сползла с лица Ёнхи и та тихо всхлипнула. - В общем, ты понял, - посмотрев на часы, сказал лидер. - Жду денежки от твоей славной семьи, - он направился к двери. За ним двинулись и все его люди. С этого момента и без того скудная жизнь семьи Со пошла под откос. Оказывается, отец подолгу засиживался в подпольных казино, где и проиграл такую приличную сумму. Госпожа Со не могла ничего возразить мужу и даже поставить его на место, так как в силу своей синтиментальности и любви к никчемному супругу была просто ни в состоянии сказать ни слова. Сам же глава семейства вместо того, чтобы работать, еще больше уходил в запой. Так что не удивительно, что его уволили. Его жена работать не хотела, так как считала это не женским делом, руководствуясь только ей известными принципами, поэтому вся ответсвенность за поступки родителей легла на детские плечи Ёнхи. Прошло примерно четыре года, и с каждым днем взрослые опускались в глазах девочки все сильнее. Из небольшого домика они переехали в заплесневелую комнату, в которой жили крысы и пауки. Хотя Ёнхи вкалывала на всех подработках, которые только есть, все доходы шли, чтобы покрыть бесконечные долги Хаккёна. Приходя домой уже засветло, с ноющим телом и сердцем, шестнадцати-летняя Ёнхи проклинала своих родителей на чем свет стоит. Отец стал для девушки придурком, вечно сбегающим от проблем к бутылке, а мать - податливой жертвой своих идеальных мечтаний. Единственный, ради кого она жила был ее брат. Ему к тому времени уже исполнилось пять лет. Девушка делала все, что только было в ее силах, чтобы Хамёну меньше доставалось от этой жестокой жизни, но, увы, у нее не все получалось. - Я слышала, у дедушки есть дом в Инчхоне, - сказала однажды Ёнхи матери, когда они пытались приготовить кхимчи около двери. - Когда я выплачу все долги, мы переедем туда. - Ты что, с ума сошла? - у госпожи глаза на лоб полезли. - Ты что забыла, что дедушка выгнал меня из дома, когда я сказала, что стану женой твоего отца. - А я и не говорю, что ты едешь с нами, - отряхнув руки, сказала Ёнхи. Ее лицо изменилось. Теперь оно стало взрослым. Не та взрослоть отражалась в нем, что вечно изображают подростки,  накуриваясь или напиваясь в клубах и караоке, а именно тот суровый и окрепший лед, что нельзя ничем сломить. Для Ёнхи эта женщина уже давно умерла. Нужно было только избавиться от трупа, что свесил ноги с ее плеч.  - Я же твоя мать! - воскликнула Со, вскакивая. - Ты не можешь оставить меня вот так! - Ты? - девушка окинула ее презрительным взглядом. - Мать - это тот человек, что подает пример своим детям и учит их правильно выбирать дорогу. А что ты сделала для своих детей? Мою жизнь ты уже испортила, но я не позволю тебе загубить Хамёна. У него еще есть шанс на нормальную судьбу, и я его ему предоставлю. - Ёнхи, прошу тебя! - взмолилась женщина. - Как я могу оставить того, кого люблю и потерять вас? Мое сердце разовется навсегда! - Точно так же, как я могу оставить собственную мать, - пожала плечами та. - Ты опять наступаешь на те же грабли, Ёнхва. Открой уже глаза! Мы не живем в сказке, которую ты вечно читаешь по ночам. Девушка повернулась к Ёнхве спиной, чтобы помочь проснуться Хамёну, который открыл глаза, услышав их крики. - Доброе утро, - улыбнулась она ему. Теперь на ее губах играл тот самый огонек счастья, что редкой вспышкой озарял ее лицо, когда она видела брата. Прошло еще полгода и долг был полностью выплачен. Чтобы предотвратить возникновение новых проигрышей, Ёнхи решила запирать отца на чердаке. Сколько тот не молил выпустить его и дать бутылочку соджу, девушка была непоколебима. Со Ёнхва, хоть и скрипя сердцем, все же старалась помогать дочери. Между ними образовалась некая стена презрения со стороны Ёнхи, источая мертвецкий холод.   Пересчитывая один раз все суммы, что нужно было выплатить в ближайший год, девушка пришла к выводу, что не сможет набрать указанное количество денег, даже если возьмет еще работу. Она провела рукой по волосам.  Неужели, это конец? Теперь точно нет выхода. Неужели она так долго вертелась, чтобы все закончилось именно так?... Бессмысленно. Но ведь есть маленький шанс на то, что она переродится. Может в следующей жизни ей повезет больше? Девушка представила себя бабочкой. Легкой и беззаботной. Никакой тяжести и нагрузки, только ветер, цветы и бесконечные зеленые поля. - У меня есть идея, - Ёнхва присела рядом с дочерью. - Предложишь мне пойти на трассу, - печально ухмыльнулась девушка. - Нет...я просто подумала... у тебя хорошая внешность, да и поешь ты просто прекрасно. Я слышала твои колыбельные для Хамёна. У тебя очень нежный голос, - женщина провела рукой по волосам дочери. Та скинула ее руку. - К делу, - отрезала Ёнхи. - Ты можешь стать айдолом.., - прошептала Ёнхва, словно это был большой секрет. - Гонорара с нескольких альбомов хватит, чтобы оплатить это все. А потом, если тебе не понравится, просто по-тихому уйдешь со сцены и будешь заботиться о Хамёне в Инчхоне. - В коим-то веке, ты сказала что-то умное, Со Ёнхва, - покачала головой девушка, посмотрев на мать краем глаза. - Вот только я давно не занималась... не уверена, что получится с первого раза.  - Потренеруйся, - кивнула женщина. - Если нужно будет, я помогу. - Не пытайся строить из себя сейчас мать, - Ёнхи встала и подошла к дверям. - Для меня ты все еще не являешься ей. Итак прошло пару месяцев с указанного момента. За это время Со Ёнхи успела вернуть себе голос. Хоть последние годы девушка провела в сплошном стрессе, это не помешало ей стать довольно красивой. Чистый и мелодичный голос, идеальная фигура и лицо - она словно была создана для того, чтобы быть вижуалом к-поп группы. Первое агентство, что было в списке - Big Hit Entertainment. Почему Ёнхи выбрала его? Она и сама сейчас объяснить не в силах. Может это было самое притягивающее название или метод "пальцем в небо", но скорее всего, - просто судьба. Войдя в здание, она обнаружила, что пришло довольно много желающих получить место. В душе девушка поклялась, что уберет с пути всех.  - Имя? - спросил менеджер, пристально разглядывая Ёнхи. - Ён.., - начала было она, но осеклась. Вообще Со не верила в приметы, но сейчас у нее возникло четкое чувство, что если она назовет свое настоящее имя, то все невзгоды, неудачи и беды из ее прошлой жизни в гетто переметнутся сюда, и последняя надежда сгорит так же быстро, как и появилась. - Меня зовут Марго, - сказала она. Марго - было именем, которое Ёнхи всегда хотела иметь. Свое казалось ей словно бы заклейменным, поэтому она часто подбирала себе другие, подписываясь под сочинениями или другими работами в школе. Но это ей полюбилось "с первого взгляда". По мнению девушки, оно было идеальным. Само прослушивание, на удивление Ёнхи прошло довольно спокойно, хотя девушка надеялась на самое худшее. Под конец ей показалось, что если Кракен сейчас не упадет с потолка, то Высшие силы сегодня, верно, в глубоком запое. Но все было просто замечательно. Через несколько дней Со получила известие по е-mail о том, что теперь она является трейни Big Hit. Она очень обрадовалась этому. Ёнхи вновь старалась работать лучше всех, но теперь уже как Марго. Каково же было ее удивление, когда она обнаружила в агентстве человека, который не уступает ей в выносливости и трудоспособности.   Она появилась словно торнадо. Девушка с кудряшками и еле слышимым диалектом Дэгу. Ёнхи сначала не поняла, почему она не числится первой после одного из тестов, но потом увидела ее имя. Появилась она. Ким Сорин. Со просто бушевала, лишь завидев ее. Девушке казалось, что из-за Рин, которая так много всего умела, она потеряет все. Поэтому она даже не скрывала своей неприязни к ней. Но однажды она прониклась к ней симпатией. Это произошло, когда группа трейни сидела перед входом в студию. Ким сидела на диване и что-то рисовала в блокноте, когда к ней подсели две ехидные девушки и начали приставать. - Твои волосы, - лениво протянула одна из них, - ты что их накручиваешь ночью? - У тебя такое лицо.., ты вообще кореянка? - Ты что смешанных кровей? - Ты что, рисуешь? Боже, тебе не хочется себе руки оторвать? - Как ты вообще сюда попала? Бан Шихёк теперь устраивает прослушивание на помойках? Сорин стойко выдерживала все оскорбления, стараясь не сломаться. Ёнхи поняла, что девушка в курсе: если сорвется, будет еще хуже. В этот момент Марго узнала в ней себя в пятнадцать. Такая же "белая ворона", жизнь и само существование которой казалось неуместным всем, кто находился рядом. - А ну, свалили отсюда! - Марго возникла словно из ниоткуда. - А тебе чего, дылда? - фыркнула девушка. - Ты своим задом, который больше напоминает танк, заняла весь диван, и мне теперь некуда сесть, - Ёнхи развела руками. - Так что если ты его не подберешь и не свалишь отсюда, я просто отрежу ту часть тебя, которая мне мешает. - Ты ведь этого не сделаешь? - сказала девушка, но в ее голосе уже звучали испуганные нотки. - С чего ты взяла? - Тебя выгонят, - поспешила ответить она. - Но ты этого уже не увидишь, какая жалость, - она состроила притворную печаль. - Так что свали отсюда, - внезапно рявкнула Марго. Фыркая и возмущаясь, но девушки все-таки ушли прочь. - Привет, - сказала Марго. - Привет, - тихо ответила Сорин. - Меня зовут Марго, если что, твое имя я знаю. - Вообще, я тебя тоже знаю, - подняла голову Рин, в ее глазах были заметны слезы. - Ты очень красиво поешь, хотела бы и я так. - Много хочешь, - отрезала Марго, повергнув Сорин в ступор. - Итак много умеешь, еще и вокал себе загробастать хочешь? Не, обойдёшься. - Спасибо, - Ким рассмеялась. Так они стали друзьями. Теперь Ёнхи чувствовала ответсвенность за Сорин, словно бы та была ее младшей сестрой. А потом пришла Квон Рия, и мозаика была собрана окончательно. Их разбитые души идеально подходили друг другу. Но эти осколки, натерпевшиеся несправедливости мира, могли звучать в унисон, создавая мелодию, поднимающуюся высоко вверх, на небеса, такие же чистые и ясные, как голоса и смысл их песен. Но, как и на небе бывают темные тучи, так и A.P.M. приносили некую тяжесть в свою музыку. В этом сказывалась их земная природа, то, что они все-таки такие же смертные и порочные, как и остальные миллиарды песчинок на земле. И с этого неба они обрушились на мир каскадом. Нет. Лавиной. Их музыка накрыла людей. Каждый мог найти в ней себя, свою историю, принять их исповедь и свои мысли. Она помогала найти себя, в то время, как заставляла теряться в собственных лабиринтах. A.P.M. имели огромную власть над человеческим сердцами. И причиной тому стало то, что совершенно разные, еле-мигающие звезды встретились однажды, образовав огненный шар, с бешеной скоростью несущийся к своей цели. Старт группы был весьма удачным даже по мировым меркам. Что-то тянуло людей к A.P.M., заставляя стать частью их фандома. Гонорар, который получила Марго за первые девять месяцев работы, полностью покрыл все кредиты и долги. Теперь мать и Хамён смогут отправиться в Инчхон. Сама она, конечно, не сможет, так как теперь привязана к группе, но у брата будет шанс на новую жизнь. Да, по правде говоря, ей и не хотелось. Девушка поняла, что нашла свое место в мире и будет защищать его так же, как почти всю жизнь защищала Хамёна. Придя в бывший дом с очередного шоу, девушка положила на стол конверт. - Это билеты в Инчхон и деньги на проживание там, - сказала она, садясь за стол. - Но тут два билета, - непонимающе нахмурилась Ёнхва. - Ты едешь с Хамёном, - холодно сказала девушка. - Извинишься перед дедушкой бабушкой и никогда больше даже СМС не прочитаешь от этого придурка. - Но он же все-таки твой отец... - Уже давно нет... Внезапно дверь открылась и в нее, шатаясь, вошел господин Со. Он был в стельку. Это можно было понять даже за километр, так как запах был...ну просто ужасный. - А.....я~, - протянул он слабым голосом.  - В Нью-Йорке буду жи-и-ть, - он вскинул руку вверх. - Как ты могла?! - Ёнхи вскочила со стула. - Мы же договорились! Ты опять выпускаешь его! Я же просила, чтобы вы с Хамёном держались по-дальше.   СКОЛЬКО?! - она схватила мужчину за воротник и с силой встряхнула. - СКОЛЬКО ТЫ ОПЯТЬ ПРОИГРАЛ?! - в ее голосе звучало отчаяние. - Од..один, - сказал Хаккён, поднимая указательный палец вверх. - ОДИН ЧЕГО?! - Два...три...четыре... - ГОВОРИ УЖЕ! - Сто миллионов вон (~5 млн рублей).., - мужчина икнул. - Сто миллионов.., - прошептала Ёнхи,  сползая на пол. - Даже если я стану королевой К-попа, то не смогу выплатить это.., - по ее щеке скатилась слеза. - Что мне делать..? - А что, если ты заработаешь на том, где твой отец вечно проигрывал? - щелкнула пальцами Ёнхва. - Ты предлагаешь пойти мне в казино? - удивленно уставилась на нее Марго. - Я знаю, что ты много наблюдала за этим, когда была в школе и на работе, чтобы понять, где прокололся твой отец. Думаю, сама ты тоже сможешь круто играть. - Да, возможно, ты права, - рассудила Ёнхи, - но есть одно "но": один мой проигрыш, и всему конец. Так девушка стала ходить по ночам в подпольники, чтобы быстро заработать нужную сумму. Так в ее жизни появился недосып, криминальные районы Сеула, карты и Тэхён. Этот парень добавил красок в ее жизнь. Раньше она чувствовала счастье с братом и A.P.M. Но в предыдущих примерах это счастье было некого пастельного оттенка: доброе и "бежевое". А когда она была с Ви, все становилась ярким, девушка стала получать удовольствие от самой жизни. От того, что она существует. * * * - Ты там утонула что ли? - голос Рии вернул Марго к реальности. Как ни странно не мрачной, а вполне обычной. - Нет, похоже просто задремала,  - сказала вокалистка. - А, ну тогда мы тебя ждем, одевайся, - ответила Квон. - Хорошо, - девушка осторожно вылезла из остывшей воды и надела халат. Из гостиной вкусно пахло блинчиками и кофе.