Валька, Ванька, Петька, и все-все-все!

— Я так рад, что ты приехала!  — Я тоже, очень-очень рада! Только давай зайдём куда-нибудь! Мой капюшон не вечен, да и шарф твой особо не спасает!  — Согласен!       В городе шёл ливень, а под ним — Иван со своей бывшей подопечной, приехавшей в гости — Византией. Византией-младшей, как некоторые её называют.       Они забежали какую-то кафешку, где назойливые официанты чуть ли не с порога начали предлагать блюда недели, лучшее шампанское и т.д., и т.п., и отвязались только после заказа двух чашечек кофе. Неохотно, но отвязались.       А наши гуляльщики уселись за столик у окна и грелись Россия уже снял свой плащ, и выжидательно смотрел на девушку.  — А ты чего куртку не снимаешь? Промокла ведь…  — А я ждала, пока ты усядешься. Смотри!       С этими словами она резко скинула капюшон, и Ваня застыл. Вместо столь привычных взгляду струящихся длинных локонов он увидел едва доходящую до плеч шевелюру.  — Я подстриглась! Ну, как тебе? — как бы в подтверждение своих слов Валя покрутила и немного потрясла головой, — Эй, Ваня! Иван! Ты чего?       Брагинский вышел из ступора, когда обнаружил перед своим носом щёлкающие пальцы. Спохватившись, он отдёрнул руку, потянувшуюся к волосам девушки. После, растерянно взглянув на свою бывшую подопечную, отвернулся к окну.  — Н-нет. Ничего. Красиво получилось. Но разве тебе не жалко? Они ведь такие длинный были…  — Да прям — длинные! Не очень уж они и длинные были. Да и растут они быстро… О, кофий принесли! Кофий — кофеёк — кофейко, кофий — кофеёк -кофейко…       Валька старалась быть как и всегда: весёлой и жизнерадостной. Но выходило не очень. Ванино поведение не могло её не волновать.

***

      Когда ливень кончился, они вышли на улицу, и пошли гулять по городу. Просто гулять. Россия уже развеселился и увлечённо рассказывал что-то про дураков и Америку, но Византия слушала его в пол-уха. Реакция Брагинского на стрижку сильно напрягла, и заставила задуматься.       «Может, у Наташи, или, что более вероятно, у Оли была такая? Или я ему кого-то напомнила? А может…»  — Эй, ты меня слушаешь вообще? Ви… — Ваня оглянулся и застыл, — Валя! На улице он стоял совершенно один. И только на одной луже расходились круги.