Четвёртый член «Люби меня»

Атмосфера в кабинете президента Такарады была нервная. Лори, расхаживая широкими размашистыми шагами по помещению, что-то экспрессивно вещал в телефонную трубку. Его внучка, Мария, одетая как Алиса, сидела на мягком розовом диванчике за маленьким, почти кукольным столиком и в компании дворецкого Себастьяна, наряженного в костюм кролика, попивала чай из миниатюрных чашек. Яширо, невесть откуда взявшийся в этом обществе, сидел скрючившись на детском стулике и с меланхоличным видом жевал пирожное, видимо смирившись с насильно надетыми ему на голову кошачьими ушками, которые ему невероятно шли. Все трое синхронно поворачивали головы в соответствии с траекторией движения президента, вслушивались в разговор и невозмутимо предавались сказочной церемонии чаепития. - Нет, Куу, ты не понимаешь! Даже у меня великого сводника всея Японии кончились идеи, как, наконец, устроить жизнь этой парочке, - говорил он в трубку, беспощадно вытаптывая недавно купленный ковер в виде цветочной поляны. Выглядел он, к слову, как Шляпник: неряшливо одетый, с высокой шляпой и безумными глазами. – И Хиллами они были, и в нескольких фильмах парочку играли… Черт, я их даже в отпуск двоих на курорт отправлял, а они дальше «Могами-сан» и «Тсуруга-семпай» не продвинулись! Полгода беспрерывных идей, и никаких результатов, – совсем на ультразвуке взвизгнул он. – Куу, что делать? Они сами же просили не вмешиваться! Ну… по крайней мере заметно… На той стороне ему ответил голос американского папы Кёко: - Друг, я не верю, что ты сдаешься! Неужели все так плохо? - Да! Великий и ужасный монстр любви Лори Такарада в тупике! Куу, если тебе дорого счастье сына, придумай ну хоть что-нибудь! - Может им под видом контрактов брачный договор подсунуть? – без воодушевления проговорил Хизури. – А как подпишут – к стенке припереть. Ну, как? - Да пробовал я! Но Рен же каждый документ по несколько раз перечитывает. Спалился так один раз, ей богу, чуть не убил! Хорошо еще на первое апреля свалить удалось! - А если по старинке? – совсем безнадежно поинтересовался Хизури. - Это как? - Это когда мы их снотворным напоим, баиньки в одну кроватку уложим, а утром скажем, что Куон как приличный мужчина должен на Кёко жениться. - Не-е. Я даже боюсь как на это Могами отреагирует. Она же порядочная девушка! - Ну не знаю, пошатнажировать обоих? - Чем? Идей нет! - Ты пока подумай, друг. А завтра я прилечу – вместе обсудим, - заключил Куу. – Всё, мне идти нужно, Джулия вернулась. Если она узнает – то сразу же их в под венец уведет без всякой романтики! До встречи. После завершения разговора Лори обиженно посмотрел на замолкший телефон. К его разочарованию, друг не помог, оставалось лишь снова фантазировать. - Дедушка, придумали что-нибудь? – подала голос Мария. - Нет, но завтра Куу лично сюда приедет. Может, новый план разработаем, - грустно сказал Такарада, идя к сказочной распивающей чай компании. Он присел на розовый диванчик внучки и устремил печальный взор в бесконечность. - Босс, вы не расстраивайтесь, - проговорил обычно молчаливый Себастьян. – У нас все получится. С Канаэ и Яширо вышло же? – Юкихито при этих словах покраснел. Да, если бы не интриги президента не был бы он сейчас женихом одной из самых очаровательных актрис LME. - Он сказал шантажировать… Но чем? – задал риторический вопрос президент, однако компания заговорщиков поняли его как адресованным себе. - Проклясть их так, что заклятие снять можно будет только после свадьбы Кёко и Рена, - выдвинула оккультную идею Мария. - Не поверят, - ответил ее дедушка. - Может, Котонами пригрозит Кёко, что они перестанут быть подругами, если не признается Рену? – предложил Яширо. - Было, проходили! - вновь отрезал Такарада. – Канаэ сама же первая через неделю сдалась. - Похитить Могами и шантажировать ею Тсуругу? – это уже Себастьян. - Нет, нет, всё не то! – патетически и с надрывом сказал президент. – Неужели им не суждено услышать друг от друга прекраснейшие в мире слова «Люблю тебя»? – и он кинул полный отчаянной надежды взгляд на собеседников. Те молчали, только Мария поглаживала складочки голубого платья, не сочетавшегося с розовым цветом обивки мебели… - Постойте-ка… - пробормотал Лори, силясь поймать затаившуюся мысль . – «Люблю тебя» и розовый, «Люблю тебя» и розовый… «Люби меня»! Эврика! – Такарада вскочил и вновь забегал по кабинету. – Придумал! – провозгласил он непонятливо смотрящим на него сообщникам. – Ну, теперь Рен, ты попал, - ехидно сказал президент. «Я все придумал. Теперь Рен точно не отвертится», - главный сводник Японии злорадно принялся строчить SMS другу. *** Два дня спустя в тот же кабинет постучался актер номер один Тсуруга Рен и вошел на аудиенцию. Он посмотрел на многообещающую улыбку своего босса и его сияющий вид и заподозрил подставу. - Рен, - хитро сказал Лори. – У меня для тебя задание. Вот посмотри, - он протянул ему какой-то подозрительный сверток. Мужчина внимательно посмотрел на Такараду, не решаясь следовать очередной игре президента. Но, рассудив, что бомбы там быть уж точно не может, он взял пакет и разорвал бумагу. - Что… это? – спросил Рен, неверяще глядя на подозрительно знакомую ярко-розовую ткань. - Если ты через три дня не признаешься в любви Могами-сан, ты станешь четвертым членом «Люби меня». *** Десять минут спустя в том же кабинете двое друзей – Лори и Хизури торжественно чокались бокалами с вином и живенько обсуждали произошедшее. - Нет, ты все-таки гений, - сквозь слезы от смеха проговорил Куу. – Теперь можно готовиться к свадьбе. - А то! – подмигнул ему довольный Такарада.