Проблемы разведения

      Кават получился, честно говоря, не образцом красоты и грациозности. Короткие уши, приплюснутая морда: словно зверь с разбегу бился во все стены корабля; три хвоста, напоминающие крысиные, но с кисточками на концах, и цвет. Цветом зверь был ещё хуже, чем выглядело лицо Вея Хека. Коричневый, напоминавший отходы жизнедеятельности, переходил в ядовито жёлтый, вызывавший ассоциации с желчью или же подкожным жиром, который было видно, если разрезать тело солдата Гринир или Корпуса пополам, а после плавно перетекающий в тёмно-бурый, как свернувшаяся кровь. Аэлос и сам бы не хотел иметь такие ассоциации, но окрас зверя, а так же его вид, сами напрашивались на эту оценку. А ещё его пропорции были слишком странными. Слишком тоненькие длинные ноги; шея, рассчитанная на изящную морду, но несущая на себе лишь жалкое её подобие; тщедушное тельце.       Размышляя о том, почему ему так не повезло или может это из-за того, что он как-то нелестно отозвался о Лотос и теперь пожинает её гнев, Тенно рассеянно почёсывал кавата за коротким ухом, больше напоминающем обрубок. Ещё как назло пришло приглашение посетить выставку в Реле Сатурна, где соберутся другие Тенно со своими питомцами. Аэлоса помнили на таких выставках очень хорошо, потому что его кубрау считались самыми лучшими и многие были готовы отдать десятки пластинок платины за их отпечаток генокода. Но вот за это недоразумение — Тенно метнул быстрый взгляд на мурлычущего кавата — никто не даст даже кредита.       До выставки оставалось три дня и все эти трое суток Аэлос метался по системе, разыскивая отпечатки более симпатичных особей или, если повезёт, саму особь. Но либо торговцы уже расстались с товаром, либо нужно было ждать минимум неделю пока появится новый.       Постепенно смирившись с мыслью, что придётся не идти в Реле, соврав о срочной миссии, а кавата отдать Лотос, Аэлос уже почти смирился с эти решением, но тут ему в ладонь ткнулся холодный нос. Кават, которого он забыл погрузить в стазис, как-то выбрался из-под купола инкубатора и теперь требовал внимания. Нрав у зверя был прекрасный, но вот внешность оставляла желать лучшего. Гладя мягкий бок, Аэлос подумал, что наверное даже сама Лотос откажется от него и избавится, и от этой мысли заныло где-то в груди. В этот момент кават зевнул, растягиваясь на полу корабля, подставляя живот. Тенно выругался про себя, понимая, что не сможет отдать этого уродца.       — Назову тебя Страшилой, — раздосадовано буркнул он, почёсывая тёплый живот. — И только попробуй не откликаться.       Зверь, словно обещая что будет, извернулся, мягко кусая Тенно за ладонь.