Маленький, а проблемы большие!..

Тут немного, но завтра/послезавтра будет еще))) З.Ы. Пока каникулы надо пользоваться моментом...) Не знаю, как так получилось, но спать мне совершенно не хотелось, при этом чувствовал я себя бодро, а сна ни в одном глазу не было. Странно. Чтобы не тревожить бабушку своими копошениями, пришлось выбираться из кровати (благо старушка крепко спит) и выходить из спальни. Куда идти, я совершенно не представлял. Стоило, наверно, спуститься вниз и побыть там… Не знаю в общем. Слонялся без дела я около часа. Мне уже надоело, стоило срочно придумать себе развлечение, иначе я бы на стенку стал лезть. Неожиданно вспомнились мои мальчики, и стало совсем плохо. За такое короткое время я успел соскучиться как по детям, так и по жениху… На глазах чуть слезы не стали наворачиваться. Быстро смахнув еще не существующую влагу, очень тихой ланью поскакал в глубь замка. Какой черт меня туда понес, не имею ни малейшего понятия, но занять себе хоть чем-то стоило. Сколько еще я продвигался вперед, не скажу. Забрался довольно глубоко, от чего стало страшновато, но интересней и любопытней, что же там дальше. Знаете, бывает такое чувство, как будто вот-вот должно что-то произойти, так вот оно ко мне намертво приклеилось. От каждой тени я ожидал подвоха, но его никак не следовало, глубоко внутри даже поселилось капелька разочарования… Очередная дверь, которые я периодически открывал, впускать меня отказалась. Еще раз дернув ручку, обиженно надулся. Если ее закрыли, значит там что-то важное, а если там что-то важное, значит мне любопытно. Не удивляйтесь, сам свою логику не всегда понимаю, но суть в том, что даже страх отступил перед желанием попасть внутрь той комнаты. Пришлось срочно придумывать план. Я честно попробовал подергать ручку еще разок, поковырялся в замке найденной недалеко железякой (это было не бесполезно, я как-то пристал к нашему хранителю ключей, и он показал парочку воровских штучек), даже магию попробовал, но все без толку. Вот тогда я обиделся очень сильно. Надул губки, скрестил ручки на груди и топнул ножкой, не удержался и пнул злосчастную дверь. Вот ни за что не поверите, что произошло после этого! Ничего сверху не упало, не взорвалось, не обвалилось, а эта деревяшка всего лишь отварилась. - Вот и шляйся после этого по ночам! – пробурчал себе под нос, заглядывая в щелку. Задержав дыхание, я попытался закрыть дверку обратно, но из-за того, что руки задрожали, лоханулся и ручка, резко выскользнув из руки, громко щелкнула. В гробовой тишине спящего дома это прозвучала через чур громко. Большое ухо дернулось в мою сторону и то, что было спрятано в комнате, проснулось. Огромный зеленый глаз распахнулся и изучающе уставился на меня. Кроме этого, гигантская трехголовая псина никак не отреагировала. Ноги сами собой подкосились, и я еле живой скатился по стеночке на пол. - Хорошая соб-бачка, - миролюбиво одними губами прошелестел я, пытаясь взять себя в руки и скорее смотаться отсюда. - И ты ничего, - раздался в ответ приятный баритон, и мне показалось, что псинка ухмыльнулась (ее оскал был внушительным!). - Ик! – я так не играю! Чего он лыбится? Я тут еле живой от страха, а животинка еще и прикалывается! - Ты чего такой бледный? - Собака страшная… - я и не думал обзываться, просто ответил на вопрос. - Где? – истерично взвизгнула голова и стала оглядываться по сторонам. Остальные две просыпать как-то и не думали. - Эээ… - он что, собак боится? Я решил уточнить для верности. - Я? Что ты! Но они такие мерзкие! Вертятся под лапами и тявкают, тявкают и тявкают, и еще тявкают, а иногда кусаются. Знаешь, как щекотно? Нет, ничего ты не знаешь! – обиделась голова, но зато проснулась вторая. Разведав обстановку одним глазом, она все же соизволила посмотреть на собрата, закатила глазки к потолку и стала пыриться на меня. Ну, я и скосил глазки к носу, надув щеки. А нечего пялится, пусть смотрит в другую сторону. Не оправдав мои ожидания, голова приподняла бровь, если вы себе представляете собаку с поднято бровью, и поинтересовалась: - От брата идиотизмом заразился? – и голос такой ядовитый-ядовитый. - Нет, ядом твоим подавился. - Оно и видно. Ты вообще, королевич, чего в проклятом месте забыл? – а как он «королевич» произносил, так это все водные источники отравить можно! - Дай, думаю, на трехголового хомячка-переростка посмотрю, - как бы между прочим заметил я и, наконец, поднялся с пола. - Болтливая лягушка! – видимо голова на хомячка обиделась. Она фыркнула и отвернулась, только теперь пришел черед просыпаться третьей головушке! - Вы чего посреди ночи вскочили? – не поднимаясь с пола, поинтересовалась третья голова, лениво обводя сонным взглядом комнату. – О, и королевич тут, - улыбнулась (я искренне надеюсь, что мне не показалось) мне обладательница ну ооочень острых и внушительных клыков. Я внушился! - Не спалось чего-то, вот решил в гости заглянуть, - сглотнув набежавшую слюну кое-как проблеял. Вообще от третьей головы исходила непонятная сила, будто это она хозяин тела, а остальные так, приятное дополнение в скучных буднях. Скорее всего, я прав. Две другие головы значительно присмирели, стоило последней проснуться. Даже язвительная средняя голова прикусила язычок и помалкивала, иногда недобро косясь в мою сторону. - Это хорошо, мы тебя ждали, - осчастливили меня, укладываясь так, чтобы видеть двумя глазами сразу. – Дом нуждается в тебе. - Ага, так я все-таки прав, и он живой! – этот факт безумно порадовал, не хотелось еще и тут отличиться, и так непонятно какой стихией обладаю, так еще и с замками общаюсь, ну, почти. - Да, только он в большой опасности. На него было наложено проклятие одной из малоизвестных богинь, и бедняга уснул вечным сном. - А как же… - Он все чувствует через стены, пол, но поделать ничего не может. Раньше он мог выстроить новую стену, вырастить дерево или еще что, а теперь просто наблюдает, незримо оберегая своих хозяев. С каждым годом его состояние все хуже. Не ровен час, и от здания начнут откалываться куски, падая господам на голову, - грустно закончила голова. - И что делать? - Что-что?! Целовать! – вскипела средняя головушка. - Стенку? - Хранителя! - Аааа, - многозначительно протянул я, подходя к собачке. – Тебя как зовут-то хоть? - Цербер мы, - ответила единственная вменяемая голова, пока одна дулась, а другая усиленно делала вид, что меня тут нет. - Я Ми-Ти, очень приятно. Ты ведь покажешь мне, где искать хранителя? - Залезай, - Цербер повернулся ко мне боком и лапой помог залезть себе на спину. Было страшно и высоко, но жуть, как интересно. Шерсть у собаки оказалась на удивление мягкой и теплой. Я зарылся руками в черный мех и крепко сжал его в кулаках. - Тише ты, больно ведь! – проворчала средняя голова, тогда как мы уже стали покидать эту комнату.