Наследники Сантива.

      Бестелесная медлила. Зверь скрипел зубами смотря на нее. Волшебники на крышах переглядывались, а колоритный отряд на улице медленно отступал вглубь храмового квартала.        Скелет махнул лапой, перерубая столб тьмы пополам, но она лишь рассыпалась дымом и появилась перед отрядом магов. Король Барриэль не задумываясь метнул убийственное проклятие, но оно пролетело насквозь, не причинив вреда. Похоже тьма усмехнулась. Мэтр, перестав шипеть от боли, очертил вокруг силуэта оберег, но тьма лишь вздрогнула, и барьер лопнул как стекляшка, сбрасывая полосатого пейта на землю корчиться от боли. Король Абирхейл взмахнул рукой, очерчивая прямой барьер, о который ударилась тьма. Красноволосый подключил вторую руку, выписывая на стене барьера защитную печать, и пошагал вперед, сдвигая границу барьера, и отталкивая тьму от группы на улице. Маги на крышах получили приказ эвакуировать лазарет как можно скорее, и с облегчением покинули свои места.        Сантивийские и Шивральонские отряды магов плели сложное заклинание пут, готовясь метнуть его в черный туман. Ларибэлль и Рэджаэль тихо переговаривались, а их фамильяры неотрывно следили за происходящим.        Мэтр Серафим поднялся на ноги, сопровождая это звучной руганью. Секундой позже он полоснул когтями по поврежденной лапе, и на землю полетела обуглившаяся когтистая конечность.        — Саммерфил? — вздрогнул король Барриэль.        — Плевать! — Гаркнул полосатый.        Красноволосый король оглянулся. В его взгляде читался испуг, но Фамильяр самой магии кивнул своему владыке, останавливая заклинанием кровь из обрубка левой лапы. Отрезанная конечность зашипела и воспламенилась черным огнем.        Отброшенная барьером тьма накинулись на умертвие, вновь раскаляя его кости.        — Брысь! — Скрипнул голос из-под маски, разорвав часть черного тумана, но та вновь облепила его белые кости.        Вторя хору голосов двух отрядов магов за спиной, мэтр Серафим на распев читал заклинание призыва. Над каменной кладкой улицы полыхнуло зеленое пламя, предвещая появление элементаля огня.        Магическое существо сформировалось в воздухе, и шумно приземлилось на землю, вытягиваясь в свой гордый трех метровый рост.        — Зверь! — Гаркнул мэтр. — Не сочти за нападение! — Полосатый отдал жестом приказ магическому существу, и в скелет метнулся элементаль, окутывая его изумрудным пламенем.        Зверь сцепился лапами с элементалем, и принял на себя его пламя. Белые кости затрещали от жара, а само пламя тут же обесцветилось. Тьма взвилась столбом, и набросилась на магическое существо мгновенно сжирая его в черном тумане.        — Сука! — Рявкнул мэтр отступая на несколько шагов.        — Поддерживаю! — Выдал король Барриэль отправляя воздушного элементаля и наблюдая как его постигла та же участь.        — Освободите место! — Сказал Рэджаэль. Владыки расступились видя сложную вязь заклинания что плел черноволосый принц. Мортимер стоял на коленях в преображенном образе, задрав руки над головой. В этом полукруге висела магическая линза окантованная тройным рядом символов родного языка золотистого. Рэджаэль ударил обоими руками по сердцу своего заклинания приводя его в действие. Мощная волна света ударила в линзу, выходя с обратной стороны концентрированным белым лучом, скрывшим в ярком свете черный туман вместе с умертвием.        Заклинание продлилось всего мгновение, растянувшееся для всех в минуты. Когда свет угас, ни скелета, ни тьмы в обугленной полосе камня уже не было. Рэджаэль с Мортимером упали на камень без сил.        — Где он? — Шипя выдавил мэтр Серафим.        — Наверху… — Робко сказала Ноа задрав свою черную маску в капюшоне.        Над домами зависло умертвие расправив костяные крылья. Складывалось впечатление что он мог отращивать конечности по своему желанию. Скелет неотрывно смотрел на Рэджаэля, медленно спускаясь на каменную кладку перед ним. Колоритная компания тут же ощетинилась заклинаниями.        — Этот парень… — В шипящем голосе скелета проскочила нотка удивления.        — Ты не тронешь его! — Утвердительно сказал король Барриэль.        — Этот парень смог изгнать Тьму? — Скелет наклонился поднимая костлявыми лапами голову бессознательного Рэджаэля. Мортимер прибывающий в полубессознательном состоянии вцепился руками в костлявые лапы зверя.        — Не убивай… Молю тебя… — Златогривый держался из последних сил, пытаясь оттянуть лапы умертвия от лица своего мага. — Это была… Моя идея… Не убивай его… — Оборотень потерял сознание падая на лапы зверя.        — Как интересно… — Умертвие отпустило Рэджаэля и убрало лапы из-под оборотня, теряющего контроль над преображением, и превращающегося обратно в пейта. Он игнорировал бьющиеся о его голову проклятия и боевые заклинания.        — Парень! — Зверь окликнул своего слугу.        — Да хозяин! — Тут же выскочил из-за угла сероглазый.        — Аура исчезла?        — Да хозяин! — Черноволосый вытянулся в струнку перед умертвием.        Ничего больше не сказав, зверь пошел вперед, к северным вратам. Короли расступились, приказав страже пропустить умертвие в храмовой квартал. Аура исчезла, а значит опасности своим присутствием умертвие не несет, правда если продолжит придерживаться своих принципов. Вступать в бой лишний раз не хотел никто из присутствующих.        Слуга умертвия собрал двадцать ржавых когтей, что сбросил в бою его хозяин.        — Оставь один. — Бросил не оборачиваясь зверь. — Подарок от меня магу света.        Служка улыбнулся и положил перед бессознательной парой самый длинный коготь из всей кучи, после чего бодро последовал за хозяином.        Зверя сопровождали все кто ранее преграждал ему путь. Щитовики выстроились по бокам, развернув щиты в его сторону, и скрывая его от глаз людей в лазарете. Владыка Барриэль шел позади с международной группой магов и внуком. Король Абирхейл остался возле бессознательной парочки, колдуя над обрубком конечности своего фамильяра. Аренгина довольно быстро вывела из квартала всех кто может передвигаться своим ходом, и засела с магами поддержки в зданиях.        Зверь ухмыльнулся видя все это. Крылья что он призвал остались при нем, сложенные на подобии птичьих, закрывали его плечи, образовывая костями длинный игольчатый хвост.        Ко всеобщему облегчению, зверь прошел через город к северным воротам без происшествий. Приказом были открыты ворота, и группа сопровождения оставила зверя на выходе из города. POV Рэджаэля.       Я чувствую нежные прикосновения теплых рук, разгоняющие кусачие мурашки бессилия по моему телу. Так приятно, что не хочется открывать глаза.        — Рэджаэль? — Сказал мягкий голос рядом с моим ухом.        — Морти… — Меня заткнули поцелуем, все же заставив открыть глаза. Златогривый в образе оборотня сидел у меня на паху. Судя по всему, все закончилось, и раз мы еще живы, то зверь либо мертв, либо пощадил нас. Краем глаза я заметил шевеление и разорвав поцелуй обернулся.        На соседней койке сидел владыка Абирхейл. Он сидел к нам спиной, и смотрел на спящего мэтра. Похоже, мы в лазарете. Окна зашторены, и поэтому тут так темно. Обернувшись, красноволосый король вяло улыбнулся и кивнул.        — Зверь ушел. — Тихо сказал владыка и положил руку на обрубок, что являлся остатком лапы его фамильяра.        — А тьма? — Я приподнялся на кровати, придерживая сползающего от усталости Мортимера.        — Изгнана вашим заклинанием. Все закончилось, пока что.        — Мэтр?        — Лишился левой лапы, предотвратив распространение порчи. — Владыка помрачнел.        — Владыка Абирхейл… — Мы с Мортимером сели на край кровати. — Кто была эта Тьма?        — Помнишь историю что рассказывают каждое празднество?        — Это… Она?        — Нет. Это было ее проявление. Всего лишь миазм. Она поглощает любое существо до которого дотягивается, и желает пожрать весь мир. Она и есть непутевое дитя великого дракона.        — Значит, это все же не просто сказки…        — Именно. Ты как будущий король должен понимать это.        — Я уступлю этот титул брату. Он более достойный претендент.        — Кто знает, кто знает… У тебя прекрасный потенциал.        — Мы это уже давно решили между собой.        — Вам виднее. — Владыка улыбнулся. — А сейчас отдыхайте. Вижу, вам есть что сказать друг другу. — Красноволосый подмигнул, и проведя острыми ногтями по груди своего фамильяра, встал с кровати направившись к выходу. Мы с Мортимером переглянулись и сильно покраснели, понимая что он имел ввиду.        Король Абирхейл оставил нас одних, и лишь тогда мы осмелились подойти к спящему королю магов. Остаток его лапы был заботливо перевязан бинтом. Я вспомнил что отсутствующая конечность обратилась в пепел. Значит это и есть порча. Страшное проклятие.        Постояв немного возле полосатого короля магов, и убедившись что он действительно спит, мы вернулись в койку. Мы и правда жутко устали. То заклинание начисто опустошило наш энергорезерв. Только сейчас я понял как сильно мы истязали себя страхом перед неизвестной силой. Зверь и правда страшен, но все обошлось гораздо лучше чем могло бы быть.        Я стал раздевать Мортимера. Кольчуга хоть и легкая, но она жутко мешала его гриве, причиняя терпимую боль. Мой фамильяр содрал с меня мантию и так же помог избавиться от кольчуги.        Наконец то можно было отдохнуть. Я соскучился по теплым объятиям моего оборотня. Мы болтали обо всем что только приходило в голову, кроме происшедшего в последние дни. Об академии, ректорах, вкусной еде в общем зале. Я хочу вернуться туда. Еще два года учебы, и я стану претендентом, и еще год до звания мага. Потом можно остаться и продолжать обучение. Это уже отразится на моем статусе, и я получу Шивральонское гражданство. Хотя как принцу Сантива, это мне ни к чему. С другой стороны, когда брат станет королем, я утрачу титул принца, и стану его наместником в каком-нибудь регионе. Я вообще подумывал о том что бы перебраться в родовое поместье, и перестроить его под школу для одаренных магией детей. Престижно и востребовано. Последняя сантивийская академия с подобной практикой развалилась лет пятьдесят назад, чем сильно ослабила приток грамотных студиозусов. Но для этого, стоит задержаться в Шивральонской академии еще лет на пять, а то и больше. Хорошо хоть теперь у меня есть Мортимер, который неплохо схватывает основы магии, и не против быть моим ректором. Вот ведь. Мы станем похожи на владыку Шивральона и его фамильяра. От этой мысли мы оба рассмеялись.        В любом случае это решится не скоро, ведь дедушка не планирует пока что уходить на покой, и упорно исполняет обязанности короля с весьма бодрым видом. А это значит, что после обучения, велика вероятность что мы с братом получим под свою эгиду по взводу боевых магов, и отправимся на границу, как и наша сестра.        Аренгина всегда была властной девкой. В тринадцать лет она повела за собой три курса гвардейской академии на поимку группы бандитов. Удивительным было то, что под ее руководством никто не погиб, и они захватили невредимыми около пяти дюжин головорезов. Аренгина сказала что они сами сдались спустя шесть месяцев глухой осады, а ее доверенный отряд исполнял ее указания настолько точно, что каждая вылазка завершалась успехом, вне зависимости от сложности задания. Нет, она не блистала умом, она прекрасно ориентировалась в поступающей информации, и полагалась на безошибочную интуицию, что досталась ей вместо магического дара.        Как бы мы не хотели поговорить подольше, нас захлестнули эмоции, и остаток дня мы пролежали в обнимку. Нет, секса не хотелось. Мы хотели просто быть как можно ближе друг к другу. Странное желание, но приятное в исполнении. Я расчесывал пальцами гриву моего любовника, а Мортимер водил когтистыми руками по моей спине. Царапины оставленные им несколько дней назад, благодаря целебным лосьонам почти зажили, и когда острые коготки проходили по тем местам, я прогибался от приятного ощущения. Пошлостей совсем не хотелось, наоборот нас обоих поглотило желание сделать друг другу приятно иными путями. Например я несколько часов напролет заплетал золотую гриву моего Мортимера в толстую косу с мелкими переплетениями. Получился внушительной толщины канат, спускающийся по спине до самых ног, и расплетающийся у самого конца. Мой оборотень попросил не укорачивать гриву, ее длинна нравилась ему. Правда с косой он стал замерзать, что дало мне повод почаще прижиматься к нему сзади, закидывая золотой канат на плечо. Приятным дополнением был виляющий от удовольствия хвост, протиснутый между моими ногами.       Благодаря косе, кольчуга теперь налезала без проблем, и не доставляла неудобств, так как волосы на спине были сплетены в тонкие веревки, уходящие вверх. Заставший нас за этим экспериментом Рыжик, одобрительно улыбался, а Ноа, как-то подозрительно отводила взгляд, стараясь не смотреть на полуобнаженного Мортимера. Владыка Абирхейл подарил нам кольчуги, сказав что это меньшее что он может сделать в благодарность нам. Правда за что он благодарен, никто так и не понял.        Спустя пару дней очнулся мэтр Серафим. Владыка тут же стиснул его в объятиях и заговорил на его родном языке. К концу этого разговора, король Абирхейл прятал слезы, когда его фамильяр с непривычки попытался обнять его отсутствующей лапой. Но мэтр отшутился, и призвал изумрудный образ недостающей конечности. Выглядело это немного жутковато, будто призрачная конечность, которая двигалась как живая. Отделавшись от лазарета, наша компания стала подготавливаться к возвращению в Шивральон.