Наследники Сантива.

      Светоносная гончая оторвалась от земли Старого континента еще сутки назад, но благодаря ясной погоде, и палящему солнцу, уже подходила к границе Тьмы. На борту чудеснейшего судна на двух континентах, в своих каютах спали люди, под солнечными парусами, прямо на веревках вальяжно дрыхли грайты. Судно раз в две недели, вот уже на протяжении двух лет перевозит всех желающих между континентами, не взимая платы. Ну, во первых потому что мало кто за деньги решится рисковать собственной жизнью, что бы увидеть пускай хоть и новый, но все тот же свет. Управляли судном исключительно оборотни. Таково было их требование, и владыка Мора не мог им отказать.       На борту судна была одна рыжая самочка пейт. Два года она любовалась судном с земли, Ей было интересно, что там, за огромным океаном, и в один из дней, она пробралась на борт. Ее не волновало то что округлился ее животик после недавней вязки с оборотнем. Кошачье любопытство привело ее на Новый континент, где она сошла на землю, держа в лапках тройку больших яиц. Тогда она свила гнездо прямо в скалах, недалеко от того места, где швартовалась Светоносная гончая.       Прошли недели, и из яиц вылупились три котенка пейта. Один был с красно — рыжим окрасом, второй был цвета розового неба, а третий… Третий был золотистым зверьком, и лишь рыжая подводка глаз да пальцы, выдавали в нем материнский окрас. Он рос быстрее всех, и через два месяца был заметно крупнее своих братьев, хотя и вылупился последним, с опозданием почти на три дня. Золотистый заботился о своих братиках пока мать бегала в лес за фруктами, и кушал последний, следя что бы братики не таскали друг у друга фрукты, Да и спать он ложился последним, частнько забираясь на край гнезда, и свешивал вниз лапки, грустно смотря куда-то вдаль. Золотистый зверек с каждым днем вспоминал что-то, и его взгляд становился все печальнее.       Год спустя золотистый подружился с кучкой грайтов. Сначала он гонял задир маленькими огненными шариками собственного изобретения, а после того как случайно спалил повозку с сеном одного фермера, и получил нагоняй от него, грайты стали крутиться вокруг него, уча хитрым шуточкам. Мама золотистого, видя что ее дети освоились на Новом континенте, вернулась домой, чем сильно расстроила золотистого, и ночами согревая своих братиков нежным пламенем золотого цвета, создавая такие шарики над головой — Мама научила.       Каждую ночь ему снились страшные сны об оборотнях умертвиях и страшном, очень страшном зверином скелете. Но так же были и сладкие, нежные сны о человеке, которого золотистый никогда не видел. К утру, зверек забывал его лицо, и сколько бы не вглядывался в лица людей проходивших по дороге мимо облюбованного им дерева, не мог вспомнить ни единой черты его лица, кроме холодных, как белое золото глаз, что смотрели на него с такой нежностью. И Золотистый все бы отдал что бы найти этого человека. Зверек перенял много привычек у вреднющих грайтов, особенно любовь к раздаче тумаков этим усатым вредителям. Те же грайты что отучились портить садовые инвентари людей, и воровать еду из лотков, часто бегали хвостиком за ним. Люди прозвали Золотистого «Кохори» — На старом наречье означало «Защитник». Золотистый гордился тем что его узнавали, и был только рад лопать вкусняшки, которые ему дарили люди на торговой площади. Его братики нашли себе магов и стали фамильярами, И попрощавшись с золотистым, они ушли на Старый континент.       Золотистый Кохори остался один в городе людей и грайтов, и тоска накрыла его новой волной. Его прикормили оборотни на Светоносной гончей, и он несколько раз катался на Старый континент, с трепетом созерцая буйство красок, казавшихся ему такими родными. Но его тянуло обратно, и Золотистый оставил мысль о том что бы исследовать пестрый мир с первым попавшимся магом, вернувшись в ставший не менее родным Мор. На прощание, оборотни подарили золотистому маленький хрустальный медальон, показав как им пользоваться для того что бы преображаться в человека.       Конфуз случился когда Золотистый Кохори случайно преобразился в человека на городской площади, чем вызвал переполох. Голышом оборотни не ходят уже много лет, отдавая предпочтение одежде сшитой на заказ. После этого инцидента, Золотистый стал с осторожностью относиться к подарку оборотней, Да и с гривой ему было очень неудобно - она цеплялась за ветки и камни, и хоть ее нельзя было порвать, или выдернуть, чувствовать это было неприятно. И тем не менее, это не мешало ему любоваться свои отражением в медном зеркале, что стащили для него грайты.       Так прошел еще один год, но тоска лишь росла в сердце маленького оборотня. Ему казалось что он в пустую проживает свою жизнь, что где-то в мире его ждут. В то же время он понимал что это все глупости, и ему нужно срочно найти себе занятие по душе. Золотистый Кохори стал изучать свой магический потенциал, и ушел в это с головой, чем обеспокоил свою шайку исправившихся грайтов. Одиннадцать месяцев пейта носило по родным землям, и он где только можно, решал конфликты между волшебными звери людьми, учась новым трюкам и заклинаниям. Он был счастлив, чувствуя себя в своей тарелке. И слухи о странном зверьке золотистого цвета дошли до ушей владыки этих земель. По непонятной причине, люди, пытались изловить золотистого, на что тот жутко на них разобиделся. А грайты помогали, они плевались косточками фруктов в преследователей, воровали оружие, и с превеликим удовольствием делали лужи в казармах людей.       Видя что за сумасшествие творится вокруг, Золотистый Кохори решил лично узнать зачем он так понадобился владыке Мора, направившись в столицу — Морград. Путь дался ему легко, так как он научился многим фокусам маскировки у грайтов — охотников. Столица встретила пейта пылью повозок и суетой людей. Окрасив свой мех золой, он беспрепятственно прошелся к самому замку владыки мора, и выждав до ночи, перелез через стены, чудом не попавшись стражникам.       Златогривый спрыгнул на землю, и застыл, пораженный буйством красок внутреннего сада. Он помнил как выглядит флора на Старом материке, но даже там он не видел столь прекрасных цветов, и столь ароматных плодов. Чуткий носик пейта повел его по саду, изучая совершенно новые, сладкие запахи. Кохори остановился перед гигантским деревом названия которого он не знал, и быстро забрался в его крону. Большинство фруктов пахли кисло, другие горько, но те, что пахли медом, были неимоверно сладки. С довольным урчанием, золотистый слопал их с десяток, совершенно позабыв о цели своего визита. Выплюнув последнюю косточку, Золотистый Кохори уловил взглядом огромную статую, и замер с недоумением. Статуя изображала безгривого оборотня, гордо вытянувшегося во весь рост. Собственно, грайта поразило не то что статуя оборотня стоит в королевском саду, и не то что она выполнена в два человеческих роста, и даже не то что она отлита из чистого золота, и защищена тысячами заклинаний. Кохори был поражен тем, что лицо этой статуи, напоминало ему собственное отражение, но оно было старым, будто его владельцу на момент запечатления было за двадцать с гаком, в исчислении возраста пейтов конечно. Самому Кохори в облике оборотня можно было бы дать на вскидку лет девятнадцать, и считать его мальчишкой.       Золотистый спрыгнул с ветки и подошел к статуе. Он видел много лиц, и даже повидал людей с другими дарами магии на Старом континенте, но не видел ни одного похожего на себя. Даже оборотни были слегка похожими на его оборотнический облик, но это совсем другое. Кохори опустил взгляд на постамент, на котором гордо стояла статуя, и без труда прочел неизвестные ему буквы. Мортимер 493г — 498г.       Тоска в душе Кохори извернулась с новой, болезненной силой, когда его лапка прошлась по золотым буквам. Это имя было ему знакомо, Но Кохори не помнил что бы слышал его когда-либо. Золотистый тяжело вздохнул и осел на попу прямиком на холодный мрамор. Он любовался изваянием несколько часов напролет. Каждая деталь на этой статуе была знакома ему, чем вызывала сумбур мыслей в золотистой голове.       Кохори спугнули стражи патруля, и он поспешил ретироваться в ближайшее открытое окно. Только сейчас он вспомнил зачем пришел, и решил найти хозяина этого замка. Было несложно. Слуг в этом месте не держали, а единственный спящий здесь человек метался в своей кровати мучаясь кошмарами. Это слышали чуткие ушки пейта, бесшумно поднимающегося по роскошной винтовой лестнице ведущей в покои. Отвлечь сонную стражу, которая не засыпала из-за нескончаемых стонов спящего владыки Мора, обмануть было легко, и когда они побежали проверять звук упавшего камешка, Кохори проник в покои владыки, усыпив оставшегося в дверях стражника. Он толкнул дверь, которая бесшумно отворилась вовнутрь, и увидел его.       Человек сжимал одеяло руками, а его лицо покрывал холодный пот. Такое знакомое лицо. Лицо, которое с нежностью смотрело на него во сне золотистого. Теперь то он его вспомнил, и подбежал к кровати, совсем забыв про осторожность. Человек резко поднялся на руках, распахнув свои глаза бледного золота, уперев взгляд прямо в глаза Кохори, который пугливо поджал лапки к себе, прямо как маленький котенок. Кошмар человека медленно отпускал его разум, и Кохори наблюдал как глаза человека медленно, очень медленно округлялись, и казалось бы частое дыхание напуганного человека не могло пропасть в момент, но именно так и произошло. Владыка Мора замер, боясь сделать вдох, что бы не спугнуть, как он считал иллюзию.       Но пейт не был иллюзией. Его охватило чувство что его поиски себя окончены, да и не себя он искал, а именно этого человека, что сейчас боялся моргнуть. И тогда Золотистый осторожно ступил на кровать, и идя прямо по одеялу, сел практически прижавшись вплотную к человеку, что не спускал с него глаз. Да и сам зверек признался себе что не может оторвать от него взгляда.       Лапы Золотистого Кохори потянулись к лицу человека. Они дрожали от неизвестных чувств что сейчас по уши окунули зверька в странное предвкушение. Когти очень осторожно подцепили зачарованные очки, что не слетели с его головы даже в таких метаниях. С усмешкой Кохори понял что они бутафорские, и безжалостно выбросил их куда-то за пределы кровати.       Нежно розовые подушечки на лапках коснулись гладко выбритого подбородка человека, и Кохори поддался единственной мысли что вытолкнула все прочие из головы. Золотистый зверек нежно коснулся искусанных во сне губ человека, сперва осторожно, слегка вытянув язычок, и когда человек ответил на его поцелуй, уже более уверенно. На спину Кохори легла тяжелая рука человека, и жадно стиснула между пальцев длинный мех на загривке, до которого добралась нежным движением с преобразовавшимися когтями — ногтями человека, вызвав в золотистой голове, млеющей от нежности настоящий гвалт из воспоминаний. Человек заметил как зверек дрогнул, и успел поймать его обеими руками, когда тот вскрикнул, не в силах сдерживать хаос воспоминаний в собственной голове. Пейт обмяк в руках человека, но перед тем как рухнуть в беспамятство, протянул к его лицу лапку. На его глазах навернулись слезы.       Вот и прошла декада лет одиночества владыки Мора. С того дня как Мортимер объявился в Замке Рэджаэля, прошла неделя. Все это время король Мора провел с ослабшим от воспоминаний возлюбленным. Мортимер просыпался, и говорил с Рэджаэлем в облике оборотня, после чего мирно засыпал снова. Иногда они в шутку боролись как раньше, еще будучи в академии. Кохори-Мортимер свыкался с тем что проживает вторую жизнь, ведь большинство воспоминаний так и остались для него секретом, раскрыть которые мог только лишь Рэджаэль.       К концу второй недели Мортимер уже не нуждался в постельном режиме, но ему так не хотелось покидать крепкие объятия своего возлюбленного. За эти десять лет, Рэджаэль возмужал. Нет больше шмыгающего носом по любому поводу очкарика. Нет, очки то есть — Он просто привык носить их. А все остальное координально поменялось. Бывший сантивийский принц, ныне Король Мора выглядел подобающе — крепкое тело, на котором шрамы грайтов выглядят более чем уместно. Волосы он собрал в толстый конский хвост, в который вплетал золотые кольца — Обычные украшения местных.       И сейчас Мортимер с довольным мурлыканьем повернулся, а объятиях своего возлюбленного, и поцеловал его, с намерением разбудить.       — Уже утро, Твой народ ждет тебя — Улыбнулся оборотень.       — Народу сказали что я приболел — Сонно поерзал король.       — Как по мне, так ты полностью здоров, и готов к действиям — Оборотень отпрянул от своего возлюбленного, ложась на спину.       — Ты уверен? — Он тут же оказался сверху. Пускай Рэджаэль и задал этот вопрос с волнением на лице, сам он явно не дожидался отказа, медленно раздвигая коленом ноги своего любовника.       — Еще бы! Пора заканчивать с твоим целибатом длинною в декаду! — Оборотень поерзал на своей шикарной гриве, и обхватил тонкими ножками талию Рэджаэля, и шлепнул того своим хвостиком по напряженной заднице.       — Зря ты так — Игриво прикусил чувствительное ушко своего любовника Рэджаэль, вызвав тихий писк. — Ведь это твой первый раз в этой жизни…       — В тот первый раз ты был пьяным, и ничего Мне было приятно! — Хихикнул оборотень.       — Да, но в этот раз мне просто сносит крышу твой запах, твои прикосновения… Знал бы ты как я скучал…       — Будто ты один не находил себе места! — Когтистая рука зажала рот короля, и тот с удовольствием прикусил изящный палец своего любовника, после чего его глаза цвета белого золота блеснули похотью.       Сладкий вскрик оборотня пронесся по коридорам пустующего замка…