Признайся, ведь все мы безумны

       Эдвард Нигма и команда экспертов прибыли на место преступления. Небольшой темный грязный переулок был перекрыт парой офицеров. — Доброго утра. — вежливо поприветствовал их Нигма. — Мы уж думали, нам тут вечность придется стоять. — сказал один из полисменов. — Какое же оно доброе, мистер Нигма? Или Вы уже совсем сбрендили? — сказал другой полицейский, по имени Том Доггерти, и начал смеяться. Нигма одарил его кривой улыбкой. — Отложим этот бесполезный разговор, офицер Доггерти. Мне и моей команде нужно осмотреть место происшествия. Если вы не против. — говоря эти слова, Нигма подошел почти вплотную к полицейскому. Глаза Эдварда Нигмы потемнели от злости. — Ээм… Да, пожалуйста. — сказал Доггерти, отступая назад и приподнимая ограждающую ленту.        Среди грязи, мусорных баков и луж лежало тело мужчины. На вид 30-35 лет. Сквозное пулевое ранение в голову, точно промеж глаз. Одет в офисный костюм. Эдвард аккуратно взял в руки кожаный портфель, лежавший рядом с трупом. Как он и ожидал, внутри было удостоверение личности, кошелек с деньгами, а также какие-то рабочие бумаги. Вокруг было полно отпечатков ног. Но судмедэксперт не обнаружил ни одного женского… — Интересно… — подумал Эд. Тут же он увидел какие-то красные следы под воротником рубашки убитого. Он начал расстегивать рубашку, то что он увидел там, удивило его. На груди убитого был написан чей-то номер алой сливовой помадой и отпечаток губ, того же цвета. — Очень интересно… — думал про себя Нигма.        Сделав все необходимое непосредственно на месте. Он отправился обратно в департамент. — Надеюсь мне разрешат осмотреть труп, а если нет, то я все-равно это сделаю. — подумал Нигма, заходя в залу. — Привет мистер Нигма! — слишком громко поприветствовала его заключенная. — Ну как вам этот никчемный мужчинка? — весь отдел косо пялился то на него, то на нее. Чтобы не привлекать к себе внимания, он проигнорировал девушку и направился к своему столу, чтобы начать печатать отчет. — Ну брось, Эдди! Не стесняйся этих тупоголовых копов! — Заткнись! — к решетке подошел один из офицеров. — Еще хоть одно слово и ты направишься в Блэкгейт! — Быть может там будет повеселее? Как думаешь? — довольно сказала девушка, прислонившись к решетке. — Мисс Пэйн, не вынуждайте меня применять силу. — строго сказал офицер, на что она послала ему воздушный поцелуй и добавила: — Как скажешь дорогой… Как скажешь. — сказав это, она медленно начала отходить от решетки, подняв руки.        Эдвард решил зайти в архив к обожаемой мисс Крингл. Он привел себя в порядок и постучался. — Мисс Крингл? Могу ли я войти? — вежливо спросил он. На его лице сияла улыбка. — Зачем спрашивать, ведь вы уже вошли, мистер Нигма. — безразлично ответила Кристен. — Вы не против, если я немного побуду здесь? Хочу найти какие-то похожие детали, у меня новое достаточно интересное дело… Точнее странное… Да, странное. — промямлил он, нервно улыбнувшись. — Да, но только потом положите все по местам, не меняйте мою систему, очень Вас прошу. А то после Вашей помощи, я еще месяц все восстанавливала. — Ээм… Да, да, разумеется. — сказал Нигма и начал свою работу.        Юноша просидел в архиве вплоть до окончания рабочего дня. Он был полностью погружен в свои мысли и улики нового дела. Как вдруг раздался голос мисс Крингл: — Мистер Нигма, Вы нашли то, что искали? — Что нигде, но везде, кроме того что где-то? — задумчиво спросил Эдвард. — Простите? — Это загадка. Вы можете ее угадать. — сказал Нигма, пожав плечами. — Боюсь, что мне ничего не приходит в голову. — Ответ: Ничего. Вы были близки. — улыбнулся Эдвард. — Чтож, мой рабочий день закончен, я ухожу домой. Вы уберете все документы на место, мистер Нигма? — Да, разумеется. Хорошего вечера, мисс Крингл. — До завтра.        Эд просидел в архиве до полуночи. Закрыв последнее дело, в котором так ничего и не нашел, он снял очки и потер глаза. — Черт… Еще отчет… Результаты по отпечаткам будут завтра. И по этим следам от помады, но я не сомневаюсь, что это «ее губ» дело… — вслух размышлял он. — Ладно, пора домой.        Убрав все папки на место, он вышел из архива и направился в главный зал, к своему столу. Нигме все не давали покоя вопросы: зачем она привела полицию? Не кроется ли за этим, что-то большее? — Засиделся над загадками…? — откуда-то из темноты донесся голос мисс Пэйн. — Мне запрещено беседовать с заключенными. — робко сказал юноша. — Ой, да брось. Здесь все-равно никого нет, кроме нас. — она наконец-то показалась из темноты. — Мне тут так скучно, вот бы с кем-нибудь поболтать… — Не думаю, что я лучший собеседник. — сказал Нигма, наводя идеальный порядок на своем столе. — Быть может, ты считаешь, что это тебе со мной будет скучно? А? — игриво спросила она. — Неужели эта блондинистая мисс Крингл интереснее? — в глазах блестели искорки безумия. — Мисс Крингл? Что вы знаете о ней? И почему вообще о ней заговорили? — спросил Эдвард, наконец подняв на нее взгляд. — Ну неужели, я смогла тебя чем-то заинтересовать? — сказала девушка и злобно ухмыльнулась. — Нет, это неважно, а мне пора. — Хочешь загадку, Эдди? — Меня зовут Эдвард, а не Эдди. — серьезно сказал юноша. — Очень приятно, а меня Джейн Маргарет Пэйн. — сказала она слишком театрально, закончив это реверансом. — Ну так мне загадать? — Ну… — он боролся с соблазном. — Да, давайте. — уверенно сказал он, подойдя ближе к решетке. — Я крепка как скала, но рушусь об слово. Что я? — Слишком просто. — довольно сказал Нигма. — Это тишина, она молчит… Но к чему эта загадка мисс Пэйн? — Зови меня просто Джейн, тебе можно доверять, не так ли? — К чему эта загадка? — Скоро твоя мисс Крингл замолчит на веки вечные… — сказала она шепотом и разразилась злобным смехом, отходя в темноту камеры. — Что?! Не смей трогать ее! Она вообще не причем! Она ничего даже не знает! — умоляюще закричал Нигма. — Ооо… А я и не буду ее трогать Эдвард… Ведь ты все сделаешь сам… Все сааам… — из темноты доносился ее шепот. — Ты сумасшедшая! Абсолютна чокнутая! — сказал Нигма, резко развернулся и направился к выходу. — Это мы еще поглядим, кто из нас безумнее, мистер Нигма! — крикнула она вдогонку. Эдвард остановился в дверях, словно хотел, чтобы точку в этом разговоре поставил он, но что-то не позволяло ему это сделать. Что-то зародилось в нем, что-то иное… Но что? Он еще не понимал.