Космический долбоёб

      Никогда не говорите Чжухону, чтобы он приготовил сюрприз. НИКОГДА. К сожалению, эта истина пришла ко мне слишком поздно, когда эта без трёх кило семидесятикилограммовая мартышка уронила сковородку в три часа ночи на кафель и начала громко ругаться, а потом шикать на себя же из-за грохота.       Сначала я не обратил на это внимание и думал, что Чжухон просто решил устроить ночной дожор курочки, которую сегодня приносил по доброте душевной Кихён. Я прижал к голове подушку и попытался снова уснуть, но не смог. Теперь меня беспокоили не только фраза «эта херня теперь расползлась по стенкам» из уст хёна и запах горелого. Я до последнего пытался не обращать на это внимание, ведь Чжухон же уже взрослый двадцатидвухлетний мужик, который уж точно разберётся, как подогреть себе покушать, или что он там, чёрт подери, делает ночью на грёбаной кухне. Только странные звуки, писк плиты, которая, видимо, молит о помощи, и попутные маты на англо-корейско-чжухоновском не внушали доверия. Совсем. От слова «нихуяшеньки».       Кажется, я очень вовремя вышел из комнаты, чтобы проверить, как там дела у старшего. Я даже не знал, падать ли мне от смеха на пол или плакать от того, что сейчас происходило. За что? За что мне свалился на голову идиота кусок, который пытался потушить нечто, что почти превратилось в угольки?       Впервые видел такие большие глаза у Чжухона. Наверное, он уже с жизнью попрощался, когда огонь стал ещё сильнее после попытки потушить всё это безобразие водой. «Идиотина, кто же масло-то горящее так тушит?» — сонно пробубнил я практически у самого уха старшего, чтобы тот уже наконец заметил моё присутствие.       — Как это выключить, Чангюн? Выруби быстрее, — встревоженно проговорил хён, нервно тыкая на плиту. — И потуши скорее, пока дом не загорелся.       Иногда мне кажется, что старший из нас двоих — это я, причём лет так на десять-пятнадцать. Ну потому что не может же взрослый парень до такой степени тупить. Я выключил сначала блокировку, а затем и всю плиту. Зато теперь Чжухон понял, почему он не мог нажать ни на одну кнопку. Он приложил к лицу ладонь.       «Вот я затупок», — проговорил хён, а я одобрительно кивнул. Потом кивнул ещё раз, вспоминая про затупка, когда Чжухон начал рассказывать, по какой причине у нас теперь будет на одну сковородку меньше. О да, это так в чжухоновском стиле уснуть под звуки телевизора и совсем забыть про то, что он вообще-то кашеварил.       Помимо угольков в подсолнечном масле мой личный шеф-повар успел сделать нечто из теста. Автор творения до сих пор пытается убедить меня, что это был вишнёвый пирог. Но по тому, как полусырое тесто — по сравнению с остальными блюдами пирог выглядел ещё очень даже симпатично — начало шевелиться, как только хён вытащил выпечку из духовки, я уже и не был уверен в начинке. Было больше похоже, что Чжухон всё-таки выловил соседского чихуахуа, который иногда оставляет любовные послания в виде жёлтых лужиц на нашем входном коврике, и решил приготовить что-нибудь мясное.       Ах да, как же я мог забыть про тёмно-зелёную жижу в тарелке, на столе, а ещё на полу, стене, шкафах и его лице. Я мысленно прикинул, сколько нужно времени, чтобы убрать весь этот творческий беспорядок, и немного (сильно) прихуел.       Чжухон всё сразу понял по моему выражению лица. Он виновато опустил голову и начал бубнить:       — Кихён говорил, что лучше всего приготовить для именинника торт, но ты сам знаешь, как я готовлю.        — Звучит так, будто бы ты готовил подарок на день рождения мне… — проговорил я, а затем снова посмотрел на странную жижу на столе, отдалённо похожую на миёккук*. — Подожди, ты правда что ли готовил мне подарок?       Когда хён вяло кивнул, я просто не мог сдержать смех. Нет, мило, конечно, со стороны Чжухона приготовить мне такой сюрприз. Это трогательно, неожиданно, приятно и все дела. Беда в том, что до праздника ещё как минимум месяца четыре.       — Хён, ты космический долбоёб.       — Что?       — Подарок, говорю, космический. Спасибо.       Он смущённо улыбается, протягивает самый большой кусок пирога и наблюдает за моей реакцией. Я откусил немного и на некоторое мгновение готов был потерять дар речи. Пересолил, сволочь. Пересолил пирог с вишнёвой чихуахуа. Лучше бы просто любил, не устраивал сюрпризы и берёг меня от преждевременной седины и несварения желудка.