Error

- Как вы себя чувствуете? - В палату зашла молодая девушка в белом халатике. Она была неожиданно красивой: идеальная фигура, стройные, длинные ноги, очаровательная улыбка, блестящие, рыжие волосы, собранные в косу. - Хорошо... - Я попыталась сесть, но это тело меня подводило, скорее слабость, чем паралич или еще что похуже. - Ну, не совсем. - Лучше пока не вставайте, я позову доктора, хорошо? - Она вылетела в коридор. И до сих пор я не могла сообразить, что же со мной произошло. Я осмотрелась: рядом ещё одна пустая кровать, две белые тумбочки, раковина со старым зеркалом, часы, висящие над дверью, показывают без пяти девять, но через окно в комнату проникают солнечные лучи. Утро. - Рафаэлла Уилсон? - Буквально через пять минут передо мной стоял мужчина, лет под сорок, но заметно следящий за своей внешностью. - Да. - Вы помните, что произошло? - Не особо. - Врать не хорошо, в тот момент я так не считала. А какая бы девушка не постеснялась рассказать абсолютно чужому человеку, что её отшили? При том ещё и брат, пускай и сводный, на отношения с которым в принципе рассчитывать не стоило. Он признался мне в любви? Ересь. Всего лишь сладкий сон. - Мы, к сожалению, сейчас не можем поставить конкретный диагноз и назначить лечение. Вам придется сдать некоторые анализы, ваши родители дали согласие. - Здесь мне нравится намного больше, чем в обычных больницах, где с тобой не считаются, только потому что ты младше. Да и как эти хамоватые санитарки могут гордиться тем, что у них раньше климакс начнётся, если уже не начался? Или это еще одно проявление беспощадной женской зависти?

***

Спустя несколько минут разъяснений, доктор удалился к следующему пациенту, поспешно бросив взгляд на медсестру, которая тоже вскоре ушла. Я снова осталась одна, в абсолютно пустой палате. Только надоедливое тиканье и шум ветра за окном. Четыре белые стены, будто сдавливают меня. Сна ни в одном глазу. Оставалось только ждать. Но чего? Возвращения домой? Где отец не будет даже догадываться о моем присутствии, где мама наоборот гиперопекает (как случается после каждый моей серьёзной болезни), а брату я не смогу смотреть в глаза, и каждый раз, когда мы будем сталкиваться, я буду сгорать со стыда. Но я уже пепел, всего пару белых клочков, едва заметных невооруженным глазом. Меня уносит ветром, нет сил сопротивляться. Остается только поддаться течению.

***

К обеду я вновь смогла вставать, ходить и все остальные действия, на которые в жизни мы не обращаем внимания. Какое счастье провести рукой по бархатистым лепесткам цветов, глотнуть чистой воды, почувствовать стопами холодный пол. Сегодня подавали рисовую кашу и чай. В обычной жизни я редко такое ем. Я села за единственный полностью свободный столик. Большую часть столовой оккупировали пенсионеры, были и взрослые люди, и дети гораздо младше, но моих ровесников на горизонте не предвещалось. Тут появилась она. - Привет, ты не против? - Нет, конечно... - Беки. - Она протянула мне руку поздороваться, без малейших подозрений я протянула свою в ответ. Только когда наши ладони соприкоснулись, в моей дурной голове промелькнула мысль, что даже у этой милой, веснушчатой девушки может присутствовать целый багаж кожных заболеваний. - Раф. - Наконец-то свой человек! Знаешь, какая здесь скукотища. - А ты тут давно? - Это третий день, могут уже домой отправить, но в школу не особо хочется... Химичка реально достала. Доебывается, типа лабораторную не сдала, хотя я все сдавала, а потом вдруг находит ее. И так постоянно. Зла не хватает! - Случайно не миссис Фостер? - Да точно она. Ты тоже учишься в Уильям-Е-Орр? - Ага. Странно, мы давно учимся в одной школе и ни разу не виделись. - Странно? Не, это еще не странно! У меня в классе есть девочка, вроде нормальная была, но шла я как-то на тренировку, наверное, еще летом. Знаешь «Fit Hall», который еще рядом с новым торговым центром? - Да, там на выезде. – Я не занимаюсь спортом, не хожу в тренажерный зал или на йогу. Но помню это место. Мы с Салли пару раз проходили мимо. Этакий клочок роскоши и стиля среди бедности и бесконечных, пыльных строек. - Так вот, сидит она на какой-то заброшенной стройке и жжет спички, а потом начинает ржать в голосину. Нет, серьезно, я перепугалась до чертиков. – Она замолчала и уставилась на меня. – Правда, я не из тех, кто распускает ложные слухи. Не понимаю этого. Вот, блин, есть в «Б» классе такая. Она к одной девчонке прицепилась пару лет назад и все никак не отстанет. Да ей никто и не верит больше. - Из «Б»? Одна из моих одноклассниц. Мне иногда бывает стыдно за них. Слушай, ты не помнишь как её зовут? Просто любопытно. - Как же её… Ну, темненькая такая! Блин, честно, не помню. Но я была один раз у нее на днюхе. Мы были еще совсем малолетками, больше чем сейчас, играли в бутылочку. А эта психанула. Истеричка ибанная. Замахнулась и разбила об пол бутылку… - Ярость в её голосе смягчилась, заместо нее пришла печаль. – У меня до сих пор на лодыжке остался небольшой шрам от осколка. - Постой-ка, её не Ури зовут? - Да, она. - Мне кажется, мы уже виделись, я тоже была на той вечеринке. - Эй, погодь! Только не говори, что ты та самая блондиночка, которая с Сульфусом… - Она снова засияла игривостью. И я была по-настоящему рада её улыбке. - Да, та самая. - А это правда, что ты ему давала… -Беки! -Не сердись, я не могла не спросить. Но он хорошо целуется, не так ли? - Ну, да. - Да уж в этом он хорош чертяга. - Что?! Т-тоесть ты с ним тоже? - Нет, конечно! - Но только что… - Ревнуешь? Да, успокойся, Раф, я раньше общалась с его бывшей. Она милая, но в последнее время ее снова подменили. - Привет, Беки. Я сегодня так замоталась, спокойно выдохнуть некогда... - К нам подсела рыжая медсестра, которая заходила ко мне сегодня утром. - Кстати, Раф, к тебе гости!

***

Я зашла в палату. На кровати сидела Сладкая. - Привет, как ты? - Хорошо, правда. - Мы все так волновались! - Мы? Постой-ка, ты здесь одна? - Нет, мальчики пошли поговорить с доктором. Я молилась, лишь бы Сладкая настолько дурочкой, что бы притащить сюда Сульфуса. Бога нет. Молитвы тщетны. Дверь тихонько отворилась. - А вот и мы! Дамы, извините, что задержались! - Вошел мой любимый братишка в весьма приподнятом настроении, тем не менее попытка спародировать одно из главных качеств Мефа - вежливость, обернулась провалом. Мефисто тоже пришел, кроме того он держал в руках бумажный пакет подарочного вида. - Позволь преподнести тебе скромный подарок, надеюсь он скрасит прибывание в этой больнице. Я развернула упаковку. Мой внутренний ребенок ликовал. Киндер, несколько шоколадок Ritter short, две баночки диетической колы, без которой я не смогла бы существовать, консервированные ананасы, связка бананов, M&M's и еще кучу разных вкусняшек - я разложила между собой и Сладкой на простыни. - Мы подумали, что тебе будет этого не хватать. - И вы не ошиблись! - Я давно не была настолько счастлива. Казалось, навсегда разучилась радоваться мелочам, но этот дар вновь ко мне вернулся. Оставалось только одно "но" - Сульфус. Вдруг у Сладкой завибрировал в кармане телефон. Когда она взглянула на экран, на ее лице застыла гримаса ужаса. - Это мама. - Голос Дольче дрожал. Меф подошел к ней сзади и положил руки на плечи. - Все будет хорошо. Она все таки взяла трубку. Разговор был недолгим, и большую часть времени Сладкая молчала. - Мне уже пора. - Тебя проводить? - Мефисто тут же откликнулся. - Да. Раф, извини... - Я понимаю. Они ушли. Мне не впервые становится жалко Сладкую. Ее жизнь казалась розовой и безоблачной, но это не так. Раньше меня ни за что бы не привлекла перспектива становится ее подругой. А сейчас... Я вижу ее боль и то, как она сдерживает слезы. Ей нужна поддержка, может я и не самая лучшая подруга, но я не оставлю эту девочку одну. Правда и я сейчас наедине с главным страхом последних четырех часов. - Тебе, наверное, тоже пора? - Да, но... - Но что? - Раф, извини, это из-за меня ты в больнице. Между нами многое произошло в последние дни, но я не хочу переставать с тобой общаться, ты мне очень дорога как сестра. Мы ведь можем быть друзьями? - Конечно, что за вопрос! - Хорошо. Он обнял меня. Даже через зеленую больничную ночнушку я чувствовала тепло его тела и холод пальцев на своих лопатках. Но я не смогла пересилить себя и обнять его в ответ. Я слишком боялась, что не сдержусь, что сделаю все только хуже. - Я поговорил с врачом. Попьешь глицинчику, и все снова будет в норме. А завтра тебя уже выписывают. - Он замолчал, но позже добавил. - И еще, мама с папой не смогут сегодня прийти. Ты только не расстраивайся, я поговорю с ними. - Ничего страшного, это часто раньше бывало. У них работа и свои дела. А потом мама начнет чрезмерно ухаживать, извиняясь за то, что не могла раньше. - А отец? - Мне кажется, ему всегда было наплевать на меня. - Раф, раньше я жил бедно, ты сама знаешь, но рядом всегда была моя семья: мама и Салли. Что бы ни случилось они были на моей стороне, всегда поддерживали, заботились... Их больше нет. Теперь ты - моя семья. Я отдам тебе то тепло, что передали они.

***

Время близилось к одиннадцати часам вечера, я листала "ELLE" под белым светом фонарика на телефоне, журнал я одолжила у Беки. Мы весь вечер провели вместе, пока нас не разогнали по комнатам, ибо комендантский час. Сейчас мне больше хотелось расслабиться, освободиться от мыслей. Что творится с Дольче? Точно ли Мефисто гомосексуалист? Сможем ли мы с Сульфусом сдружиться? Было ли это сном? Вдруг в дверь тихонько постучали, после она с еле слышным скрипом приоткрылась. Я автоматически выключила фонарик. - Ты спишь? - Ко мне заглянула медсестра (как оказалось она - тетушка Ребекки) у не в рукам был предмет причудливой формы. - Еще нет. - Тебе передал какой-то мальчик. Он симпатичный. И вот еще записка. - Я почувствовала в руках гладкие листья и клочок бумаги. - Спокойной ночи. И не засиживайся долго! Как только она ушла, я снова включила фонарик. Мое любопытство в тот момент зашкаливало. В первую очередь взгляд упал на божественно красивый и нежный букет ирисов. Мне нравятся такие цветы, которые не так часто дарят, как те же розы или лилии. Я мигом развернула записку, подчерк сразу показался знакомым. Моя Дорогая Раф Я хотел прийти к тебе сегодня и у меня почти что это вышло. Мне не удалось преодолеть дракониху на регистратуре. Но может быть мне удастся пробраться к тебе ночью, так что не пугайся если вдруг. Очень хочу тебя поскорее увидеть. На самом деле, это не единственная причина моего прихода. Ты мне нравишься и не как сестра, подруга или раб. Я хотел предложить тебе встречаться. Знаю, твое сердце занято, но попытаться стоит. Я буду ждать твоего ответа, каким бы он ни был. P.S. Сладких снов, принцесса. Твой Марк Фостер