Счастливый день Регулуса Блэка

      В жизни Регулуса Блэка было мало счастливых дней. Ужасных, просто плохих, обычных и даже хороших сколько угодно, а вот по-настоящему счастливых было, если честно, всего два, и всё из-за Сириуса, Регулус не мог сосчитать все счастливые моменты, которые брат у него украл. Когда они были ещё совсем маленькими, любое достижение Регулуса, которым он спешил похвастаться перед родителями, меркло на фоне очередной выходки Сириуса, да, именно выходки, иначе старший братец не мог, он вечно бросал вызов родителям, но тогда их это только умиляло. А Регулус тихо злился и готовил план мести, обычно всё сводилось к тому, что он «случайно» разбивал какую-нибудь древность, зная, что Сириус благородно возьмёт вину на себя. Позже Регулус раскаивался в своих подставах, всё же насколько бы не превосходил его Сириус, тогда они были братьями.       Всё изменилось в первый по-настоящему украденный Сириусом день, день когда Регулуса распределили на Слизерин. Шляпа почти не думала, Регулус тоже, он всегда мечтал быть слизеринцем, его, конечно, немного расстраивало то, что они с братом будут на разных факультетах, но в конце концов Сириус первым начал, попав на Гриффиндор. Вскочив с табурета, сияя от счастья, Регулус отыскал глазами брата, и вздрогнул от его взгляда злого? расстроенного? презрительного? этого Регулус понять не смог, только почувствовал как вся радость резко выветрилась и весь оставшийся вечер её пришлось усердно изображать, чтобы не показаться новым товарищам неблагодарным. Тогда Регулусу казалось, что всё кончено, Сириус никогда его не простит. Но потом брат со своими дружками в очередной раз прицепился к Снейпу, нельзя сказать, чтобы Северуса на Слизерине особо любили, но всё же он был своим, и кто-то из ребят громогласно заявил, что отомстит этому предателю Сириусу. Регулус вскочил раньше, чем успел подумать, в запале крикнув, что любому кто тронет его брата придётся иметь дело с ним... Досталось Регулусу тогда крепко, нарывы и волдыри покрыли всё тело.        Сириус перехватил его по дороге из больничного крыла, на вопрос: «Что случилось?» – Регулус ответил придуманной старшекурсниками легендой про неудачную попытку сварить жабье зелье, с мадам Помфри и Слагхорном это сработало, декан, конечно, отнял баллы за пренебрежение техникой безопасности, но при этом посоветовал не отчаиваться и поведал довольно забавную историю, как на третьем курсе чуть не лишился носа, но Сириус лишь скептически ухмыльнулся, впрочем расспрашивать дальше не стал. Больше они не разговаривали до самого Рождества.       Регулус никогда особо не любил Рождество, и дело было не в том, что оно совсем не чувствовалось в мрачном доме на площади Гриммо, как говорил Сириус, просто суета которая неминуемо поднималась в предпраздничные дни действовала на нервы и даже родные стены не могли защитить Регулуса от толп гостей, спешивших поздравить благороднейшее семейство Англии. Так что, когда вечером двадцать четвертого декабря в окно комнаты Регулуса постучались, он совсем не обрадовался и открыл только потому, что узнал изрядно покрасневшую на холоде физиономию брата, Сириус ввалился в комнату с целым сугробом снега и тут же, схватив покрывало с кровати, закутался в него.       – Матушка – как можно более язвительным тоном начал брат – почему-то снова заперла меня в комнате.       – Ты облил дёгтем Нарциссу!       – Я пытался помочь, мы все чёрные, а она белая, непорядок. За чистотой крови надо следить, – Сириус казался искренне возмущённым тем, что его стараний не оценили.       – Цвет волос к чистоте крови не относится, – серьёзно ответил Регулус, но брат пропустил его слова мимо ушей.       – Так меня действительно за это под арест? Ты уверен?       – Конечно, мама же на весь дом кричала, когда двери запирала.       – Я не слушал, – отмахнулся Сириус – Что же, тем лучше, значит всё веселье ещё впереди.       – Ты что-то ещё натворил?       – Разумеется, – лицо брата расплылось в счастливой улыбке.       – Что?       – Увидишь.       – Сириус!       – Регулус! Я вообще не за этим пришёл.       – А зачем ты пришёл?       Сириус залез в карман и достал оттуда зеркальце, повертел в руках, прищурившись посмотрел на брата, как бы оценивая, а потом словно нехотя протянул ему.       – Это тебе, что-то вроде подарка на Рождество.       – Я что похож на девчонку? – нахмурился Регулус, отталкивая протянутую руку.       – Только когда тебя причёсывает Цисси, – усмехнулся брат.       – Я бы на тебя посмотрел, когда она тебя причешет!       – Не дождёшься.       – Дождусь.       – Нет.       – Вот...       – Что?       – Ничего.       – Договаривай.       – Отстань.       – Вот, что?       – Ничто.       – Регулус!       – Сириус!       – Если ты решишь ей помочь, я помогу Белле с её давней мечтой.       – Какой?       – Посмотреть превратится ли маг обратно в человека, если его убить, предварительно трансфигурировав в какого-нибудь зверька.       – У Беллы нет такой мечты, – неуверенно протянул Регулус, от кузины можно было всего ожидать.       – Есть.       – Нет.       – Есть. Я сам слышал. Она хочет попробовать на мне. Но уверен: если я скажу, что тоже хочу посмотреть и предложу тебя, она оттает. Знаешь, общее хобби сближает.       – Белла не станет этого делать. И ты не станешь.       – Стану, если ты не возьмёшь это зеркало и станешь помогать Циссе.       – Я не стану ей помогать.       – Но ты хочешь.       – Нет.       – Да.       – С чего ты взял?       – Я знаю.       – Чего?       – Я всё знаю.       – Идиот.       – Дурак.       – Я не буду, я сам что-нибудь придумаю.       – Ты же не умеешь?       – Что не умею?       – Думать.       – Умею.       – Тогда почему не думаешь?       – Я думаю.       – О чём?       – О том, что ты меня достал.       – Я всех достал, общие мысли не считаются.       – Тогда я думаю... думаю... – Регулус задумался о чём он думал, но к сожалению в голову ничего не пришло. А Сириус, воспользовавшись паузой, всучил брату подарок.       – Не так усердно, всё равно ничего дельного не придумаешь. Возьми зеркало, оно магическое.       – И что? – Регулус повертел зеркало в руках, до него наконец дошло, что он думает о том как бы покрасивей заткнуть брата, но, увы, этого он ему сказать не мог.       – Мы сможем общаться, второе такое же всегда будет у меня. Так что, если захочешь поговорить или опять соберёшься варить зелье, – на последних словах Сириус весело подмигнул брату, но потом вдруг стал серьёзным, – просто назови моё имя.       – Спасибо.       Регулус тоже посерьёзнел и перестал злиться, стало тепло и уютно, несмотря на холодный воздух, пробирающийся в комнату из не до конца закрытого окна (у Регулуса просто не хватило сил опустить его до упора), несмотря на лужи от растаявшего снега, несмотря на крики матери, отца и гостей раздающиеся в районе столовой... несмотря на все эти полгода, и предыдущие одиннадцать лет. В тот день Регулус впервые понял, что оказывается его брат умеет не только отбирать счастливые моменты, но и создавать их. И когда усмехнувшись Сириус сообщил, что шум внизу видимо его рук дело, и поспешил вернуться к себе в комнату также через окно, Регулус думал только о том, что сам ничего не подарил брату, они никогда не дарили подарки друг другу... раньше, теперь всё будет по-другому, в этом Регулус не сомневался. Через пару часов так и не сумев заснуть, он достал подарок и чётко произнёс:       – Сириус Блэк, – брат появился в зеркале через несколько секунд.       – Чего тебе?       – Ты спишь?       – Да... всё-таки не умеешь ты думать.       – А знаешь, что сделал Слагхорн, когда учился на третьем курсе?       Это был первый счастливый день, а точнее ночь, в жизни Регулуса Блэка.       Следующего счастливого дня пришлось ждать ещё несколько лет, не смотря на все чаяния младшего из Блэков они с братом рассорились уже на следующий день, речи о подарках, разумеется, больше быть не могло.       На третьем курсе профессор Слагхорн оставил Регулуса после урока, чтобы пригласить в Клуб Слизней, Регулус не то, чтобы особенно этого хотел, но профессора он уважал и как человека, и как зельевара, так что это приглашение должно было стать одним из самых приятных воспоминаний, но как назло следующее занятие было как раз у четвёртого курса Гриффиндора и ввалившийся вместе с приятелями Сириус радостно поздравил брата с тем, что теперь он наконец-то сможет исполнить их давнюю мечту и превратится-таки в жабу.       На четвёртом курсе Регулус Блэк стал ловцом, он был ужасно горд собой, его поздравили все, даже кузина Белла соизволила написать письмо, в котором заметила, что, если ему будет скучно на поле, он может, якобы охотясь за снитчем, сбивать других игроков, главное правильно рассчитать траекторию, чтобы не упасть самому, а ещё она написала, что если Регулус постарается и Слизерин завоюет в этом году кубок, она попробует намекнуть Тёмному Лорду, что её кузен уже совсем взрослый. Регулус не был уверен, что он взрослый, но обещание Беллы ему польстило, особенно в сравнении с пожеланием Сириуса почаще получать бладжером. Он, конечно, не ожидал от брата бурной радости, но смотря как тот превозносит своего обожаемого Джеймса, надеялся хотя бы на сухое «молодец» или «не упади с метлы», но никак не на «пусть тебя почаще сбивают».       В первом своём матче Регулус поймал снитч, сбив при этом, честно случайно, зазевавшегося охотника команды Когтеврана, наблюдавший за матчем с трибун Сириус демонстративно отвернулся, когда Регулус на него посмотрел. Зато Белла была в таком восторге (ещё бы, парень после этого две недели провалялся в больничном крыле), что уже к Рождеству выбила для кузена аудиенцию у Тёмного Лорда. Тёмный Лорд, увидев Регулуса очевидно тоже решил, что никакой он ещё не взрослый, но тем не менее встретил довольно приветливо, похвалив победу и чистую кровь, и даже пожелал удачи в будущих играх, пока на квиддичном поле, а там посмотрим.       На следующий день Регулус хвастался своей встречей перед друзьями-слизеринцами, когда заметил, что шагах в десяти от него прислонившись к дереву стоит Сириус, брат поманил его к себе и Регулус нехотя подошёл, он ожидал, что Сириус будет язвить и издеваться, но тот был совершенно серьёзен... серьёзен и холоден, примерно минуту брат буравил его чужим незнакомым прожигающим взглядом, а потом ровным ничего не выражающим голосом произнёс:       – Отдай зеркало.       – Что? – не понял Регулус.       – Зеркало отдай, нам с Джеймсом оно нужно.       – Но это же подарок, – сказал Регулус и тут же понял насколько глупо и по-детски это прозвучало, да ещё и почему-то дрогнувшим обиженным голосом. На секунду Сириус замялся, даже удивился, а может Регулусу это только показалось, потому что в следующий миг он снова стал прежним, точнее теперешним.       – Ты всё равно им не пользуешься, – это было правдой, после той рождественской ночи они не разговаривали через зеркало ни разу. Но ведь дело было не в этом, пока у Регулуса было зеркало, у Регулуса был брат, пусть даже такой как Сириус, но брат, и где-то в глубине души он всё ещё верил, что если разбить вазу, тот возьмёт вину на себя. Но сказать этого вслух Регулус разумеется не мог, вместо этого выпалил банальное:       – Оно моё!       – И толку тебе с него? Будешь с его помощью прижигать головы маглов?       – Чего?       – Ну головы маглов, которые вы с драгоценными родителями будет сажать на колья около дома.       – Мы не...       – Или вы хотите их спиртовать, как домовиков, тогда вам понадобятся банки побольше...       – Сириус!       – Хотя у домовиков большие уши, так что может и маглы с их маленькими ушами влезут, не знаю... когда проверишь скажи мне, мне интересно.       – Мы не спиртуем маглов!       – А я и не говорил, что спиртуете, я сказал будете.       – Мы не будем.       – Будете.       – С чего ты взял?       – Я знаю.       – Не знаешь!       – У тебя уже есть эта ваша метка?       – Нет.       – Но будет.       – Да!       – Вот и спиртовать будете.       – Нет!       – А как же иначе.       – Ты не понимаешь!       – Правда?       – Мы не спиртуем маглов и не будем спиртовать. Они сами!       – Что сами? Спиртуют себя?       – Нет! Убивают друг друга, эти восторженные идиоты, они же из-за любой мало-мальски волшебной вещи готовы глотки друг другу перегрызть. А потом всё валят на Тёмного Лорда, потому что нельзя же сказать, что жертвы сами уроды.       – Даже так... – вот теперь Сириус действительно замялся, казалось он тщательно подбирал слова. – Регулус... – начал было он, но слизеринцу уже было всё равно, он выхватил из сумки зеркало и бросил его Сириусу под ноги, в надежде, что оно разобьётся, к сожалению, снег смягчил падение. Сириус машинально потянулся за зеркалом. Регулус развернулся и решительно направился к своим. – Регулус! Подожди, давай поговорим, – донеслось ему вслед.       – С Джеймсом своим говори! – не оборачиваясь бросил он.       – Поговорю! – был ответ, а может Регулусу он только померещился.       На Рождественских каникулах Сириус сбежал из дома, Регулус не знал из-за чего началась ссора, он застал только самый конец, когда брат чуть не сбил чемоданом отца, попытавшегося его остановить. После в голове ещё долго звучало брошенное ему «Счастливо оставаться» и грохот захлопывающейся двери. Родители поначалу говорили, что он остынет и вернётся, а вот Регулус сразу понял, что это навсегда, к несчастью, брату было куда пойти.       После каникул Сириус вернулся в Хогвартс, и Регулус как хороший сын, пересиливая себя, несколько раз честно пытался поговорить с братом, но тот вечно был со своими дружками и ничего хорошего из этого, разумеется, не вышло. В конце концов Сириус как-то обронил что-то из разряда «Ты мне не брат», что именно Регулус не запомнил, так как к этому моменту уже был сильно зол. Больше разговаривать с Сириусом он не пытался, только всё мечтал выиграть финальный матч с Гриффиндором, чтобы увидеть как тот бесится. Матч они выиграли и Сириус был явно разозлён, но, увы, его злость была обезличенной, он ненавидел всю команду Слизерина целиком, а на Регулуса, даже не посмотрел, его для него больше не существовало.       После этого открытия Регулус ещё долго чувствовал неприятную сосущую пустоту в душе, но постепенно желание примкнуть в Тёмному Лорду, стать сторонником того, кто впервые за много лет обратил внимание на права чистокровных, поглотило его. В конце шестого курса он добился своего. В конце шестого курса он получил свою метку. В конце шестого курса был его второй счастливый день, который никакой Сириус уже не мог омрачить.       Но теперь, сидя в своей комнате, закутавшись в тоже покрывало, в которое кутался много лет назад принёсший ему рождественский подарок брат, Регулус думал, что уж лучше бы Сириус нашёл способ всё испортить и тогда, не было бы так больно терять счастливый день. Он ведь и вправду верил, что Тёмный Лорд борец за права чистокровных, верил, что пусть его методы иногда жестоки, но справедливы, что все получают исключительно по заслугам, и вообще, Пожиратели Смерти только защищаются, просто иногда лучшая защита – это нападение. Он верил, он был идиотом, идиотом и слепцом , теперь, после того как едва живой Кричер вернулся домой, Регулус вспомнил всю свою жизнь с момента его принятия в Пожиратели и понял, что в ней не было ни минуты правды, а значит и ни минуты настоящей жизни. Сириус как бы сильно он его не задевал, как бы сильно не предавал, по крайней мере был честен. Его вина была лишь в том, что из двух счастливых дней он испортил воспоминание о том о котором не следовало, зато со вторым не сделал ничего.       Сириус. Регулус не разговаривал с ним уже несколько лет. Они были врагами, точнее Регулус верил в это, а Сириус? А Сириусу вряд ли было дело до того кто когда-то был его братом. Ведь был же? Не стал бы Сириус дарить зеркало тому кого никогда не любил. Любил. В голове Регулуса пронеслась безумная и злая идея. Он уже всё решил, он избавится от этой дряни в чаше и умрёт, умрёт потому, что выбора нет, родителям знать об этом ни к чему пусть думают... да пусть, что угодно думают, лишь бы не правду, они её не переживут. Но Сириус, Сириус другое дело, Сириуса ему жалко не было, раз был когда-то братом нечего было отрекаться, раз был когда-то братом будь добр страдать. Он мог всё это изменить, мог исправить, но не сделал, ничего не сделал, так пусть хоть теперь помучается. Регулус вскочил, перевернул полкомнаты в поисках пергамента, чернил и пера и принялся лихорадочно строчить письмо, несколько раз он прерывался, перечитывал написанное, сминал пергамент и брался за новый, но в конце концов всё же закончил, даже свернул и подписал. Потом подошёл к окну, резко открыл и глубоко вдохнул холодный воздух, одна стадия безумия быстро сменила другую и он истерично рассмеялся. Заставить Сириуса мучиться каким-то жалким письмом, можно подумать наивные обвинения только закончившего Хогвартс, но уже успевшего помереть бывшего брата хоть немного его тронут, в лучшем случае разозлят, в худшем развеселят настолько, что он зачитает письмо на каком-нибудь общем собрании своего драгоценного Ордена на потеху публике. Нет, чтобы заставить Сириуса страдать нужно убить Поттера, но Регулус, к сожалению, убийцей не был.       Немного успокоившись он решил сжечь глупое письмо, а после, чтобы не оттягивать время и не подвергаться очередным безумным идеям отправиться в пещеру. В последний раз глубоко вдохнув, Регулус вернулся к столу. Письма уже не было.