Не в нашем созвездии.

POV Джон             «Не в нашем созвездии быть счастливыми» — сказала когда-то ему Камилла. — Ты когда-нибудь любил, Джон Сноу? — спросила Игритт прижавшись к его груди здесь, на холодном каменном полу пещеры. — Любил, — голос Джона сделался грустным. — Расскажи мне о ней. Кем она была, как ее звали, какая она вообще, — попросила Игритт. — Ее звали Камилла, она была племянницей моей… ну вроде мачехи, что ли. У нее были черные, как смоль волосы, на лице россыпь веснушек. Кожа белая, как молоко, а глаза… Голубые глаза Талли. Когда она была веселой и спокойной они были как два голубых ясных озера. В какие моменты она была подобна ангелу. Но когда она злилась… Она превращалась в Дьявола. Голубые озера становились похожи на бушующий океан. Рот, такой чувственный, с полными розовыми губами перекашевало от ярости и злости. Самым любимым ее занятием было чтение. Но она могла лихо и управляться с луком и так же лихо ездить верхом. А как она пела! Даже лучше Сансы. Она была идеальна во всем, для меня… Единственный ее недостаток — это ее злость. — Что она сказала тебе напоследок? — шепотом спросила Игритт. — Чтобы я был проклят, — с усмешкой сказал Джон. — Ты все еще ее любишь?       «Конечно. Конечно люблю. А ты всего лишь мое задание, порученное Полуруким.», подумал Джон, но в слух произнес: — Зачем мне кто-то когда у меня есть ты? POV Камилла             «Старая я сделалась, миледи Ками. Дядюшка ваш благородный помер, да и мне на покой отправляться пора. Лишь дитятко свое хочется больно увидеть, перед тем как уйти.»       Я просыпаюсь в поту. Не смотря на то, что из открытого окна дует ветерок, мне жарко. Нет, она не может умереть. Только не она. Мой верный оплот, моя обитель. Моя Мэми.             Незваный гость начинает стучать в дверь. Открыв дверь я вижу Тириона. — Миледи, собирайтесь. Мы должны уезжать, — быстро произносит он. — Что? Куда уезжать? — я стою в недоумении. — Я убил своего отца. Королева наверняка знает о нашей с вами дружбе. Она придет к вам. В порту нас ждет корабль, нам нужно уплыть. — Я пойду с вами, но не поеду куда вы там собираетесь. Тирион вопросительно смотрит на меня. — Мэми умирает.             Будто переношусь на десяток лет назад. Опять в комнате витает этот удушливый запах. Зловоние смерти. Мэми немного приоткрывает глаза, но завидев меня они раскрываются шире. — Вот уж толку с вас нет. Опять ходите под солнцем без шляпки. Я начинаю улыбаться и плакать одновременно. Как будто я опять маленькая девочка, а Мэми своими зоркими глазами видит мои оплошности. — Вот уж не думала, что увижу вас снова. Я так много думала про вас. Подхожу ближе к ее кровати и опускаюсь на колени. Одной рукой начинаю гладить ее волосы, а другой беру ее старую морщинистую руку, хватаясь за нее словно еще мгновение, и она раствориться. — Я знаю, Мэми, я знаю… Ты приснилась мне. Поэтому я тут. Ну, Мэми не плачь. Ками тут, все будет хорошо.             Мэми умерла через четыре месяца после моего приезда. Практически все время она спала, мейстер давал ей маковое молоко, чтобы уменьшить боль. Я не знала, где ее хоронить. Похоронить ли ее здесь, в Риверране, или на родине. Было решено хоронить ее здесь. В саду, под большим деревом, где солнце заливает своим светом всю полянку. В детстве, Мэми говорила мне, что хочет быть похороненной в нижней юбке из тафты. Чтобы все думали, что это шелест крыльев ангела, когда она проходила. Я приказала сшить самую лучшую нижнюю юбку из красной тафты. Любимый цвет Мэми.             Я приняла решение остаться в Риверране. Идти мне было не куда, друзей тоже не было. Сандор уехал, Тирион тоже. Даже Бейлиш куда-то пропал. Мне вдруг ясно вспомнилось наше прощание с Сандором. Когда была битва при Черноводной, он покинул город. Он пришел ко мне попрощаться. — Прощай, малыш, надеюсь еще свидимся на этом веку. Я вытащила из волос ленту и вложила ему в руки. Собрав всю лучшую еду, что я нашла в доме, я подала ему сверток. — Поцелуй меня, малыш. На прощание, — сказал он мне тогда и наклонил вперед лицо. Я поцеловала его в обожженную щеку намеренно, пытаясь сказать, что мне безразлично, как он выглядит. Он всегда будет мне другом.             Я не знала, где он. Думая о Сандоре, я вспомнила о Джоне. Где он? Жив ли здоров? Тепло ему, спит он хорошо, ест хорошо? Добился ли он на этой проклятой Стене уважения? Множество вопросов лезли в голову, и ни на один не было ответа.