Одна из их ночей.

      В эту тихую ночь Шинья никак не мог уснуть. Он прочитал уже около двух книг, но никак не мог успокоиться от странной мысли, что слишком уж беспокоится о Шиноа. В армии то и дело появлялись люди, невзлюбившие его младшую сестру. Конечно, он знал, что члена семьи Хиираги никто не тронет, но всё равно волновался. «Внешне она очень похожа на неё» — подумал парень.       Он снова подумал о Махиру. О том, как в первую же их встречу было понятно — она не для него. Шинья знал, что она любит другого, знал и о том, что происходило между ними. Но он не мог повлиять абсолютно ни на что. И в этом вся беда. Он не уберёг их друг от друга и позволил им уничтожить мир, а сам лишь стоял и наблюдал за всем этим. Он не мог и слова сказать против, иначе был бы отправлен в тюрьму, где продолжил бы волочить своё существование. У него не было свободы, которая была у слабого Глена, у сильной Махиру, у гордого Курето… Но свободы не было и у Шиноа.       И Шинья прекрасно знал об этом. Он знал и о том, что Шиноа как и он сам, восхищается Гленом. Они восхищались тем, как он смог подняться с самых низов и вытерпеть все издевательства над ним и его близкими, как он превратил слабость своей семьи в силу и упорно двигался вперёд, стирая старую историю и записывая новую… Но самое главное, как он смог влюбить в себя Хиираги Махиру.       Думая об этом, Шинья не заметил как в комнату кто-то вошёл. — Шинья-сан, — прозвучало в тишине.       По голосу парень определил, что в комнату вошла его младшая сестрёнка. — Тебе что-то нужно? — мягко спросил Шинья. — Нет, просто уснуть не могу… Думаю о Махиру и о тебе. Если бы конца света не было, то ты женился бы на ней?       Лицо Шиноа было совершенно обычным и не выражало никаких эмоций. Волосы были распущены, а на самой девушке были одеты футболка и шорты, что значило то, что Шиноа действительно не спалось. — Возможно… — А сейчас, когда сестра мертва и твои гены не нужны семье Хиираги… Почему ты жив?       Шиноа виновато посмотрела на Шинью, но тот лишь тихо усмехнулся и с улыбкой ответил: — И сам не знаю… Скорее всего у брата Курето есть планы, в которых я задействован. В любом случае, ещё рано умирать. — Я думаю о том, что же с тобой будет, Шинья-сан. — Не стоит беспокоиться об этом.       Шинья подошёл к Шиноа и погладил её по голове. Девушка покраснела, но отходить не стала. — А что если отец решит свести меня с тобой? Ведь я имею те же гены, что и моя сестра. — Так вот о чём ты думала… Если ты не захочешь этого, то я ничего с тобой не сделаю.       Дабы успокоить девушку Шинья погладил её по щеке, однако она от этого занервничала ещё больше. — Если честно, увидев твое грустное лицо я вспомнил, как будучи ребёнком, ты очень удивилась, когда увидела меня без улыбки, а потом принялась меня смешить. Тогда ты действительно подняла мне настроение, Ши-чан.       Услышав «ши-чан» Шиноа вздрогнула, а потом улыбнулась. Она оглядела комнату и, увидев рисунок с белым тигром, который сама же и нарисовала, она засмеялась. — Ты до сих пор хранишь его!       Шинья искренне обрадовался тому, что ему удалось развеселить сестрёнку. Он наклонился и посмотрел ей в глаза, которые были такими же как и у Махиру. Однако она отличалась от своей сестры тем, что Шинья относился к ней трепетно и аккуратно, а к Махиру он испытывал влечение и восхищение. Но сейчас его сердце уже устало и не могло вновь полюбить кого-то. — Ши-чан! Ши-чан! — смеялась Шиноа.       Её глаза радостно блестели, а сама девушка будто бы превратилась в ту маленькую молчаливую девочку, развеселить которую мог только Шинья.       Шинья же наблюдал за ней и удивлялся тому, насколько же они похожи. Нет, он не винил себя в том, что именно из-за него девочка теперь шутит над подполковником, так что он невольно молится про себя, чтобы не пришёл другой светловолосый парень из семьи Хиираги. Он винил себя в том, что не всегда мог поддерживать улыбку этой хрупкой девушки. Сейчас он видел в ней не маленькую сестру, которую нужно защищать, а уже взрослую девушку. — Мне действительно стало лучше после разговора с тобой, Шинья-сан, — прошептала она. — Ши-чан, — поправил её Шинья и улыбнулся.