Дурные манеры или путешествия в никуда

      Толстой писал, что самое страшное на войне- крик лошадей, но я не на войне и не боюсь. Меня выгнали из дома не дав ни корки хлеба и не напоив ни стаканом воды. Я уехал в Европу, в изысканные города, с богато обустроенными улицами и с приветливыми, добрыми людьми. И первой мною посещённой страной была Финляндия. Скандинавы люди холодные, привыкшие к относительной суровости своего климата и рыбной ловле, но они все равно не такие, как, допустим, наши Сибиряки, они ни капельки не выносливые и не стойкие. Мне, действительно, понравились здешние города, они были холодны своей наружностью, но очень теплы и уютны внутри. Эх, Скандинавия.       Я бы скучал по этим закоулкам, пивным барам и местному диалекту, но мне быстро надоело рассматривать непонятные символы, двери, закрывающиеся перед моим носом, и людей, работающих и не позволяющих работать мне. Ведь страна, из которой я приехал, богата разнообразнейшими природными ископаемыми, в этой стране много денег и все там счастливы и ни в чем не нуждаются- так считают люди, живущие в Европе и ни разу не бывавшие в России. Они не знают, что в России умирают люди от холода и голода, что мы терпим различные напасти, оскорбления, летящие из ртов людей, чей разум одурманен Голландским каннабисом и Французским коньяком. Они слышали о войне, многие принимали в ней участие, во многих семьях погибали бабушки и дедушки, отцы, дети, жены, но они не знают, что творилось в России, они не знают, что именно в нашей, обеспеченной и ни в чем не нуждающейся стране погибло 26 600 000 человек. Но я их не виню, они многое пережили сами, они ощутили Гнев Божий на своей шкуре, но они никогда не поймут наших страданий и потерь. Так, объехав всю Скандинавию, сделав нужные мне выводы, я направился вниз, по течению. В самую гущу бурь и вьюг.