Часть 1.5
30 августа 2016 г., 15:33
Анника, как звали белую крольчиху из берёзовой рощи с северной окраины леса, исчерпав большую часть вложенных в неё сил, улеглась у очага и чистила испачканную сажей шёрстку, пока Саоми взад-вперёд бродил по комнате, стараясь уложить в голову всё, что сегодня узнал. Короткий рассказ Анни был ценнее всех тех лет, что он слушал истории стариков из деревни. Но, хотя в самом рождении, существовании и характере драконов было очень много сложностей, которые можно было исследовать, осознавать, созревать для них вечность, юношу интересовало несколько более насущных вопросов с учётом услышанного.
Во-первых, как теперь себя вести? Можно было продолжить отстранённое существование в пределах одной пещеры без всякого там побратимства. Напротив, сближение с драконом дало бы больше интересной информации.
Во-вторых, стоит ли попросить об изменении некоторых условий? Изредка выходить наружу хотя бы для охоты. Хотя, кого он обманывает: поймать в лесах зимой хоть какую-нибудь живность он был не в силах. Смотреть на Анни как на пищу он тоже не мог. Попроситься домой? Помогать семье во время наступления, а затем, когда все закончится, снова вернуться к нему за расплатой? Отпустит он, как же. Саоми так и представлял саркастический хохот в ответ.
В-третьих... вопрос несколько интимного характера. Где теперь спать? Вернуться в свой холодный уголок и снова заболеть или же потеснить хозяина и спать, прижавшись к его широкой спине? От представления последнего юношу даже передернуло. Нет, пожалуй, и каменный пол сойдет. Хорошо, что Анни не слышала его мыслей, иначе засмеяла бы похлеще самого дракона.
Внизу, в пещере, послышался шум и топот, от которого у обоих «пленников» на мгновение замерло сердце. Не было в мире таких звуков, с какими можно сравнить шум ветра, создаваемого огромными кожистыми крыльями, и тяжёлые шаги, раскатисто облетающие каждый уголок пещеры.
– Саоми, быстро спустись вниз! – От этого громового голоса юноша подпрыгнул на месте и завертелся, не зная, что делать.
«Ты только оденься», – посоветовала Анника, на всякий случай прячась под кровать. – «И не заставляй его ждать».
Набросив на плечи шубу и натянув на ноги сапоги, Саоми юным крольчонком проскакал вниз, предчувствуя очередные неприятности на свою голову.
Дракон, массивным телом заняв весь вход, был похож на большого дикого кота в момент, когда тот готовится к прыжку.
– Чем медленней ты идёшь, тем больше у меня желание прыгнуть, – промурлыкал он и ощерился, во всей красе демонстрируя огромную зубастую пасть. – Хороший мальчик, правильно, беги со всех ног. У меня для тебя кое-что есть.
Вспомнив, что вчера с почти такими же словами дракон предлагал ему живого кролика, Саоми настроился на какой-нибудь окровавленный труп козы, поэтому удивился, когда с острого изогнутого когтя ему в руки соскользнула пара больших подмороженных холщовых мешков.
– Пока ты спал, я со спокойной совестью спалил три вражеских корабля в трёх морских милях от берега. Нужно было умыкнуть вещей побольше, но это всё, что я успел поймать, пока посудины не пошли ко дну. Эх, всего лишь полдень, нужно заняться северной границей. Ну, бывай.
Исчез он так же быстро, как появился, но Саоми ещё долго смотрел в прояснившееся небо, тёплым голубым пологом расстелившееся за пределами пещеры. Как же здорово, когда можешь взмыть в высоту, пронестись над лесами, горами, морем. Когда полёт это само проявление свободы. Как же это прекрасно. Родись он драконом, мог бы парить над снежными вершинами, кронами древних деревьев, милями волнующихся вод, и этого было бы достаточно, чтобы чувствовать себя счастливым.
Интересно, а счастлив ли этот чёрный дракон? Что он ищет в своей жизни?
«Лентяй он, и точка. Если бы я не пришёл, проспал бы тут ещё полгода, – мысленно ругался Саоми, волоча тяжёлые мешки по ступенькам. – Прилетел похвалиться и посмеяться в очередной раз».
В пещере на него опасливо косилась Анни, наблюдая за тем, как мешки грузно тащились вслед за юношей. Пожалуй, она представляла, что они доверху забиты кроличьими тушками её только что испустивших дух собратьев. Однако к невиданной радости обоих первый мешок был доверху заполнен подмороженными овощами, на которых красовался свёрток с заиндевевшей рыбой, а во втором мешке словно бы лежали чьи-то личные вещи: шерстяное одеяло, пара длинных рубах и тёплых штанов, рукавицы и маленький мешочек, в котором обнаружилась курительная трубка и горсть табака. Все вещи были с корабля, потопленного драконом, и, естественно, одежда и трубка принадлежали моряку, а еда хранилась в трюме среди груза, каким наверняка являлись награбленные в сожжённых городах вещи.
Держа в руках чужое одеяло, Саоми думал о том человеке, которого оно укрывало каждой ночью. Он утонул? Сгорел? Или, замерзший, все ещё борется со смертью среди холодных волн? Как же это страшно. Невыносимо страшно. Но пощадил бы этот самый человек его семью, если бы добрался до берега? Горел бы уже не корабль, а их собственный дом, огонь проглотил бы всё, как ненасытное чудовище с раскалённой пастью.
– Люди очень жестоки, Анни, – сжав одеяло до боли в пальцах, сказал юноша, с холодной ненавистью смотря на резвящийся в очаге огонёк. – Они не остановятся, когда есть возможность заполучить больше. Они привыкли использовать всё, что им по силам, лишь бы достичь желаемого. Даже прирученную во благо стихию они могут использовать как оружие.
«О чём это ты говоришь?» – заинтересованно исследуя мешок с овощами, спросил зверёк и запищал, когда учуял рыбу.
Саоми покачал головой, не желая объяснять свои мысли, грустно улыбнулся и вытащил крольчиху из мешка за её длинные розоватые ушки, которые оказались нежными и тёплыми на ощупь. Теперь им двоим предстояло готовить ужин и ждать.
***
Дракон явился снова только поздно ночью, когда довольные и сытые Саоми и Анника тёплым, мерно посапывающим во сне клубком свернулись на шерстяном одеяле у очага. Они выглядели так умиротворяюще, что будить их было немного жаль. Хотя, что там, жаль чёрному дракону никого не было, поэтому он, понаблюдав за идиллией с минуту, громко крикнул: – Подъём! Хозяин уже дома! Прислуге приготовиться к встрече! Следующие несколько секунд, очевидно, были самыми страшными в жизни спящих, ибо обоих так и подкинуло на месте. Саоми, перевернувшись на спину и опершись на все четыре конечности, замер, опасливо придвинув к груди колени и опустив глаза. Дыхание у него сбилось, сердце застучало изо всей силы. Анника в свою очередь, шмыгнув за стоявшие рядом ботинки юноши, превратилась в подрагивающий белый комочек. – Хм-м, какие же вы одинаковые, чёрт возьми, – с досадой хмыкнул дракон и, придирчиво рассматривая свои владения, переступил через обоих бедолаг, начавших приходить в себя. Саоми готовил ужин в глиняных горшочках, которые составил в ряд у стены рядом с очагом, мешок с едой утащил в дальний угол, где было похолоднее, а второй разобрал на вещи, которые теперь стопкой лежали на полу у кровати. Дракон, удивленно подняв бровь, взял трубку с табаком, но затем завертел находки в руках с довольным видом. – С-спасибо за еду и вещи, – заикнулся было юноша, но мужчина, усевшись на кровать и занявшись трубкой, снова заговорил: – Смотрю, тебе стало лучше, а своего зверёныша ты так и не съел. – Я не буду есть её, она мне друг. Тем более Вы вложили в неё свою магию, и я знаю её имя. – По твоей логике, зная твоё имя, я тоже не должен есть тебя. – Вам виднее, – уклончиво ответил Саоми, наблюдая, как с кончиков пальцев дракона снова слетали искры, а через мгновение из трубки поднялась тоненькая змейка серого дымка. В самом деле, сейчас мужчина выглядел очень спокойным и уставшим, бояться его вовсе не хотелось. – Знаешь, ты похож на щенка одной северной породы. Эти твои голубые глаза и чёрные волосы, ах, да, и очень уж суровые брови, – он хохотнул, выпустив из ноздрей дым, очень напоминая себя в истинном облике. – Дракон есть дракон, – добавил мужчина, следя за заворожённым взглядом юноши. – Никогда не видел таких собак... – И не увидишь. Они живут с народом через несколько морей. Моря огромны, одни из них штормят, другие покрыты вечным льдом. Зима в тех краях долгая. Горы укрыты снегами весь год, леса густы и темны, а небо безмятежно. Днём оно высокое и лёгкое, но иногда, в чёрные ночи, в нём загораются огни, похожие на всполохи пламени. – Драконий свет... – прошептал Саоми и осёкся: мужчина снова выдохнул облако дыма и косо усмехнулся. – Я слышал эти ваши поговорки. Драконье то, драконье сё... Не скучно ли всё необъяснимое приравнивать к моему промыслу? – Так заведено с давних пор, это слова моих предков, которые очень боялись, но почитали драконов. – Одни боялись, другие почитали, третьи искали сокровища. – Наверное, так... – Но всё же ваши поверья не такие уж древние, ведь они появились тогда, когда я поселился в этих горах. Раньше драконов здесь не знали. Понимаю, что изменить твои представления о нас сложно, но имей в виду, что создавать в небе разноцветные огни просто, чтоб радовать вам глаз, мне, по крайней мере, лень. – Скажете ещё... – Саоми и сам не заметил, как улыбнулся. Такие разговоры ему нравились, и пусть он не мог похвастаться тем, что знает об их мире много, слушать было интересно. – Значит, Вы родились в той холодной стране за морями? – Нет, я просто помню себя в той стране, а потом в этой. – А что же было раньше? – Очевидно, что я возник в этом мире. – А... – Кстати, а почему это ты спишь не на своём месте? – грозно сведя к переносице густые брови, спросил дракон, вытряхивая пепел из трубки прямо в свою ладонь. Пристыженно опустив глаза, словно маленький ребёнок, Саоми, решив, что и правда забылся, принялся извиняться и, подхватив одеяло, направился в свой угол. Дракон, поднявшись на ноги, ссыпал пепел в очаг и подбросил в него пахнущих ароматной хвоей дров. – Нет, Саоми, твоё место вон там, – показал он на кровать и вышел из комнаты, похлопывая себя по штанинам, так, словно стряхивал пыль. Итак, один из сегодняшних вопросов Саоми был решён, однако в его ли пользу – большой вопрос.
