Комнаты театра

Эти нарисованные глаза, эта чертова улыбка… Рисунок на стене, этот «смайлик», разве он не показывает свою усмешку? Он видел, как его друг приходил сюда, рассматривал книги врага. Помнит их встречу, слышал тут все… Если и есть кто-то лишний в этой квартире, то точно — безжизненный рисунок. — Шерлок? — кажется, Джон повторял сто тысяч раз имя Холмса, чтобы отвлечь его от стены. — Ты в порядке? — Да. — механически, как запрограммированный робот, бросает короткий ответ Холмс. Шерлок виделся с Мориарти всего лишь в чертогах разума, но это не даёт ему покоя. Будто главный злодей был здесь наяву и что-то оставил… Но зачем? Наверное, Джон привык, что его друг употребляет наркотики, слава Богу, очень редко. Вначале Ватсон пытался спрятать их, смешивал с травами Миссис Хадсон и т.п., но Шерлок находил. Бесполезно что-либо делать против Холмса. Джон тяжело вздыхает, переворачивает страницу газеты. Помня, что сегодня нужно с Мэри решать вопрос об имени будущего ребёнка, он сидит у Шерлока. Быть может, ему это комфортно: сидеть здесь, ждать, когда Лейстрейд придёт сюда, запыхавшись, скажет всего лишь два заветных слова: «Новое убийство». Шерлок встаёт со своего кресла и быстрым шагом направляется к окну. Его пальцы нервно сжимают халат. Джон убирает газету от своего лица, наблюдает за Холмсом. Шерлок перестал следить за своими движениями, стал, как… Обычным человеком, который умеет чувствовать? Но эти эмоции он открывал только дома, не стесняясь Джона. — Что-то не так? — обращается Ватсон к своему другу. Шерлок не отвечает. Он продолжает смотреть в окно, как какое-нибудь преданное животное, которое ждёт хозяина. Его пальцы продолжают сжимать халат, с каждой секундой, всё сильнее и сильнее. — Ты теперь будешь играть в секретного шпиона? — Джон пытается скрыть злобу в своем голосе. — Открой одиннадцатую страницу своей газеты, прочти статью. — быстро проговаривает Шерлок, не отводя взгляд от окна. Ватсон закатывает глаза, но выполняет просьбу. — «Он умер, но остался живым»… — Джон шёпотом прочитывает название статьи и медленно пытается осмыслить. Он умер, но жив — такого не возможно. Если человек не подстроил свою смерть. Джон помнит один такой случай… Или два казуса. — Все дело в том, — начинает Шерлок, — что этот мужчина умер! Я позвонил Лейстрейду, чтобы тот узнал об этом убийстве поподробнее, но… Этот мужчина живой! То есть, — уже через секунду Холмс сидел в кресле напротив Джона и разводил руками, как психопат, — его убийство подстроили. И он сам не знал об этом! Он пришел домой и… — Вывод всего этого, что его убийство подстроили? — перебил Ватсон, убирая газету в сторону. — Да. — тяжело вздыхает Шерлок, переводя взгляд на недопитую чашку чая, которая уже давно остыла. Миссис Хадсон не была их домработницей, но чай почему-то продолжала носить. — Для чего? Холмс не отвечает, он откидывается на спинку кресла, собирает пальцы в замок. Снова отправляется в чертоги разума, чтобы добить себя мыслями. Слишком много вопросов, слишком мало ответов. Если бы Джон знал, что его друг, Шерлок Холмс, запутался, то рассмеялся бы. Бедный Ватсон, он так верит, что знаменитый детектив способен на все? — Ох, прошу прощение. — тишину, которая длилась шесть минут, потревожила Миссис Хадсон. Она испуганно смотрела на Холмса. — Шерлок, там тебя ждёт Лейстрейд, говорит, это очень важно… Джон встаёт со своего кресла, устремляется к окну, чтобы узнать, с чем мог приехать их приятель, раз уж так важно. Если бы это было простое дело или ещё чего, то он бы непременно поднялся. —…О, Боги… — прокомментировал ошарашенный Ватсон. На улице стояло три полицейских машин, одна скорая. Даже нервный Лейстрейд наводил ужас и непредсказуемость. Он ходил возле двери, протирая лицо платком. К этой картине не хватало Майкрофта с вертолётом, тогда можно было бы подумать, что квартиру заложили бомбой и теперь происходит обезвреживание; или у младшего Холмса передозировка наркотиков. Шерлок переводит взгляд на часы: — Опоздали на шесть минут. Лицо Джона застыло в удивлении. Нет, он давно знал, что Шерлок многое не договаривает, делает это «приятным» сюрпризом, но столько машин из-за какого-то подстроенного убийства? Даже название «важное дело» не описывает насколько оно сверх важное. Лейстрейд ловит взгляд Джона, нервно улыбается. Тот в ответ отрицательно качает головой. Брови Ватсона от происходящего готовы улететь прочь. Холмс встаёт со своего кресла и заменяет халат на пиджак. — Ты готов, Джон? — обращается Шерлок к своему компаньону. — К новой игре? — уверенно спрашивает Джон, поворачиваясь к другу. Шерлок уже стоял возле двери, что-то писал в телефоне. Миссис Хадсон нервно пробормотала себе под нос и удалилась из комнаты. Она была не меньше удивлена, не больше встревожена. Хотя понимала, что они вернутся, ибо кто проплатит квартиру за следующий месяц? — Да. Мэри разрешила, но только ненадолго, чтобы к шести был дома. — Шерлок убирает в карман телефон и улыбается фальшивой улыбкой. Переминаясь с ноги на ногу, Джон подошёл к Шерлоку, пригрозил пальцем: — Я, надеюсь, что это действительно займёт немного времени. Холмс снова расплывается в улыбке, быстро спускается по лестнице, кричит вслед Миссис Хадсон, чтобы та ждала его к семи часов вечера. Джон тяжело вздыхает, спускается по лестнице, вслед за Шерлоком Холмсом.