Архисложные отношения

Лидия оказалась права. Посланники Конклава объявились на пороге Института уже вечером с требованиями выдать им Александра. Им пришлось рассказать все обстоятельства, по которым это невозможно осуществить немедленно, чем те оказались очень недовольны. Катарина смогла пробиться к Магнусу, и была в ужасе – даже после известия о смерти Алека он был куда более здравомыслящим, нежели сейчас. Все, чего ей удалось добиться – это обещания, что он не станет больше так закрываться от других. Для этого ей даже пришлось ударить по самому больному – напомнить, что однажды он так уже сделал, и к чему это привело? Только после этого напоминания Магнус все же начал отвечать на звонки. А весь Нижний Мир стоял на ушах. Охотника и неизвестную искали все, от Благой Королевы до бездомных отбросов: благодарность и долг Верховного Мага Бруклина – это вам не кот чихнул. Трясли всех, кого только могли заподозрить. А затем кто-то особо умный додумался начать искать среди примитивных… Это была одна из тех ночей, когда Магнус решил выйти из дома и лично проверить подозрения насчет некоторых «магичек». Сомнительно, но быть запертым по своей воле в четырех стенах он не мог. Стоило только ему отойти от дома всего на квартал, как рядом оказалась неразлучная троица. - Вы за мной следите, что ли? – на замысловатые жесты и сарказм сил не было, поэтому вопрос прозвучал довольно грубо. - Не совсем, - честно призналась Клэри прежде, чем ее успели остановить. – Нам просто сообщили, что ты вышел из дома. - И зачем? – магу было все равно. - Чтобы ты не натворил глупостей, - без обиняков заявила Изабель. – Хватает того, что сейчас творится в Институте. Лидия с трудом сдерживает этих старых недоумков от намерений арестовать тебя. Только то, что они еще отдают себе отчет, к чему это приведет, и тормозит это желание. - Изабель… Живым я им не дамся. Убить меня у них сил не хватит. И в итоге все приведет к той самой войне, которой они так страшатся. Передайте им, чтобы оставили меня в покое. В конце концов, то, что сейчас происходит, касается меня. Не Магнуса Бейна, а Магнуса Бейна – Верховного Чародея Бруклина. Это вызов моему статусу и положению, а значит – они не вправе вмешиваться. Любая их попытка посягнуть на Александра и Макса… Договаривать Бейн не стал, но его мысль была понятна и так. - Магнус, не сходи с ума, - жалобно протянула Клэри. – Все и так сложно, а если ты начнешь убивать всех направо и налево, все станет вообще плохо. - Бисквитик, ты вообще понимаешь, о чем просишь? – остановился посреди улицы и почти весело посмотрел на нее Магнус. Но от этого веселья в кошачьих глазах тянуло настолько смертным холодом, что никто не смог выдержать этот взгляд. – Сидеть дома, в четырех стенах, каждая из которых помнит его смех и улыбку, где с каждой вещью, каждым местом связано свое воспоминание о нас двоих. Времени, когда мы были вместе и счастливы. Дом, который опустел. Порог которого уже никогда не перешагнет один нефилим и маленький ребенок. Потому что кое-кто, не буду показывать пальцем, оказался слишком гордым трусом, чтобы поговорить. Или просто выслушать хотя бы по телефону. Я не знаю, за какие заслуги мне был подарен этот второй шанс, но мне абсолютно, вот представь себе, все равно, через сколько трупов придется перешагнуть, чтобы я смог исправить весь этот затяжной кошмар. - Магнус, ты просто сейчас не в себе и наговариваешь на себя, - попыталась успокоить мага Изабель. – Мы найдем эту неизвестную и вернем себе Алека. - Иззи, прекрасная и восхитительная… - теперь Бейн смотрел с той же жуткой улыбкой и на нее. – Мне будет безумно жаль, однако, если ценой их возвращения будут ваши жизни… Конечно, я потом оплачу вас, и даже уроню пару слезинок, но вот шеи я вам сверну не задумываясь и не колеблясь. При этих словах Джейс уже потянулся за оружием, когда у всех троих одновременно пиликнули телефоны. Первой достала свой Клэри и испуганно вскрикнула. Следом в один голос выругались Изабель и Джейс. - Магнус, потом разберемся! Сейчас необходимо попасть в Институт – сработал общий сигнал тревоги! Не став спорить, Бейн сразу же открыл портал и шагнул следом – ему все равно было нечего делать, а этим молодым Охотникам помощь может пригодиться. Дверь Института была распахнута настежь. Уже одно это настораживало. А то, что на пороге статуей застыл один из Посланников Конклава – приводило в оторопь. Активировав все руны и приготовив оружие, трое Охотников и маг крадучись направились внутрь. От картинки в главном зале всех четверых передернуло и волосы встали дыбом. Все, находящиеся в помещении застыли статуями. Только то, что они дышали и моргали, показывало, что это живые люди. За длинным столом, напряженно выпрямившись, сидели Лидия и Саймон. А напротив них… Во главе стола, откинувшись на спинку стула с достоинством королевы, спокойно сидела женщина и пила чай из тончайшей фарфоровой чашки с черным рисунком викторианской парочки. Перед ней на столе стоял полный сервиз, как раз на еще шестерых. Магнус сразу вызывал мысли о чем-то волшебном (пусть это и было до «смерти» Алека). Гостья же… Это была не очень высокая дама, лишь немногим выше Изабель и одаренная не столь щедрыми формами. Не такая яркая внешность, как у любой из девушек. Нежная, полупрозрачная кожа, густые каштановые волосы, собранные в красивый валик на затылке, внимательные глаза светло-янтарного цвета. Не юная дева, не умудренная жизнью дама, она могла бы быть одной из многих, если бы не одно но: было, было в ней что-то такое, что даже Бейн склонил перед ней голову в формальном поклоне! Достоинство королевы, привыкшей к почитанию и повиновению, так как на незаметный приглашающий жест рукой все молча расселись по стульям. Еще один плавный жест рукой, и перед каждым стоит такая же фарфоровая чашечка с рисунком дамы и кавалера. - Итак, Магнус Бейн. Ходят слухи, что ты меня искал. Вот она я. Слушаю внимательно. *** - Мне неудобно разговаривать, не зная имени собеседника, - Бейн даже не думал прятать свои глаза под гламуром и пристально смотрел на собеседницу. Кто-то другой под таким взглядом давно бы начал ерзать, как на раскаленной сковородке, но этот орешек оказался крепким – дама откинулась на спинку неудобного стула, как будто это был трон и чуть насмешливо улыбнулась. - Что в имени тебе моем… Но все же, можете называть меня Леона. - Леона… Никогда не слышал о вас. Полагаю, раз до вас дошли слухи о поисках, то наверняка – и причине этих поисков. Я хочу вернуть себе Александра и нашего сына. - А почему я должна это делать? – склонив голову к плечу, она приподняла брови. – Мне эта игрушка еще самой не надоела. В судорожно сжатых пальцах жалобно хрупнула ручка чашки. - Потому что я готов заплатить вам любую цену, - голос Бейна был сдавленным. – Золото, драгоценности, кровь, услуга, чья-то жизнь… Я много чего могу, и мне многое подвластно. Потому что для меня Александр – не игрушка, и уже тем более – их с Максом жизни. - А для меня именно что игрушка, - дернула плечиком Леона и быстро улыбнулась, когда Изабель дернулась встать со стула и только сильная рука Лидии не дала ей этого сделать. – Я его заприметила давно, еще до его встречи с тобой. Красивый, наивный, невинный мальчик, еще не испорченный извращенными догматами вашего Конклава. Я уже тогда собиралась забрать его себе, но в его жизнь вторгся ты, Бейн. Наблюдать за вами оказалось куда интереснее, чем просто взять поиграть Алека. Но когда ты так непринужденно отказался от него… Я даже не сразу поняла, что ты элементарно не в курсе его положения. Когда же до меня этот факт дошел… Я вовремя успела, и пусть пришлось приложить достаточное количество сил и времени, однако я смогла не только вернуть ему руку, но также спасти ребенка и саму «мамочку». - Если все именно так, то почему ты отпускала его на охоту? – у Клэри было куда меньше уважения, хотя бы в силу непонимания, насколько же могущественна гостья. - Каждый развлекается, как умеет, девочка, - не оскорбилась женщина. – Если бы я просто заперла его в четырех стенах, он бы быстро сошел с ума от бездействия, тоски и скуки, и даже его сын не спас бы положения. Но позволить ему капельку свободы и возможность – ты просто понятия не имеешь, сколько удовольствия мне доставило наблюдение за его вылазками. Особенно, когда вы выяснили, кто этот таинственный стрелок. - Верни мне его, - в тихих словах не было угрозы, мольбы, ненависти, гнева. И тем страшнее было их равнодушие. - Ты предлагал мне жизнь, - внезапно широко улыбнулась Леона. – Если предложение все еще в силе, то я согласна. - Чью? – Магнус не колебался ни секунды. Он был готов сейчас к любому имени, и ему было наплевать, кого придется убить за право вернуть себе своего нефилима и их сына, о котором он знал всего две вещи: ему семь месяцев, и его зовут Макс. Но Леона смотрела на него искристым взглядом янтарных глаз, довольно щурилась и чему-то улыбалась. Наконец, она заговорила. - Давно, когда боги еще ходили по земле и отвечали на молитвы смертных, я знавала одного мужчину. Одно время мы с ним были любовниками, но потом расстались, по обоюдному решению. Он полюбил. Полюбил так, как любят раз в жизни, по его собственным словам. Мне было смешно это слышать, но я была за него рада. Честно, рада. Но на его беду, возлюбленный моего бывшего любовника привлек к себе внимание Локи, который забрал его себе, как игрушку. Он тщетно пытался вернуть себе его, но бог Обмана и Огня оказался глух к его мольбам. И тогда он обратился за помощью ко мне. Локи… обиженный, но так и не выросший из этих обид мальчишка, готовый мстить целому миру за его равнодушие и безразличие. Он согласился отдать этого… я даже не помню его имени… паренька. - И какова была его цена? – у Магнуса по спине потек холодный пот. Даже он не помнил этих времен, о которых им так небрежно упомянули – насколько же старше него эта колдунья?! Вместо ответа Леона вытащила из кармана платья полоску вытертой до состояния замши кожи и повертела ее перед глазами. - Мой любовник не смог одеть его на себя собственными руками. Сможешь ли сделать это ты, Магнус Бейн? Моя цена? Жизнь – за жизнь, игрушка - за игрушку. Ослепительно улыбнувшись напоследок, колдунья с тихим хлопком исчезла, оставив после себя чайный сервиз, отмерших Охотников, сидящих в ступоре друзей и полоску потертой кожи. Встав на подгибающиеся ноги, Бейн тяжело оперся ладонями о стол, сгорбился и опустил голову. Судорожно вздохнув, он рывком выпрямился, протянул руку и сгреб со стола оставленный ошейник. - Магнус, не делай глупостей, - в ужасе пробормотал Саймон. – Она же нифига не сказала, что вернет Алека, если ты напялишь на себя эту штуковину! - Я в любом случае в выигрыше, - шало ухмыльнулся маг. – Если не вернет – я все равно буду рядом. Если вернет – мой ангел будет свободен, как и наш сын. А если… я утоплю Нью-Йорк в крови, сотру его до самого основания, но найду ее. Не смогу сам, что ж, у меня есть отец, который будет рад помочь мне вернуть любимого и своего внука. Лидия, Изабель, Джейс и Саймон сжались и втянули головы, когда Магнус одним жестом застегнул на себе полоску старой кожи. И… И ничего не произошло. Не грянули громы и молнии, не обрушился потолок, и сам маг остался стоять там же, где был. Просто с тем же негромким хлопком, с которым исчезла Леона, появилась удобная кушетка, на которой крепко спал Алек. Чуть согнув одну ногу в колене, он свободно вытянул другую, а на животе у него, в колыбели из крепко обнимающих рук, сладко посапывал одетый в забавный костюмчик тигренка ребенок. И именно карапуз первым ощутил, что что-то не так. Завозившись в отцовских руках, которые только сжались чуть крепче, он приподнял голову, и все увидели симпатичное личико с голубой кожей и невозможно синими глазами под шапкой синих волос. - Макс? – свистяще выдохнул Магнус. Незнакомый звук моментально перевел Алека из спящего режима в боевой. Прежде, чем все успели моргнуть, он уже стоял на ногах, задвинув малыша куда-то под кушетку, а сам крепко сжимал в руках клинки серафима. Ему потребовалась всего минута, чтобы понять, где он находится, и кто его окружает. Еще раз внимательно всех оглядев, он убрал клинки, встал на колено и вытянул сына из-под кушетки. Прижав мальчика к груди, Алек встал на ноги и невозмутимо, будто ничего не случилось, спросил: - Моя комната все еще свободна?