14:00

- Боже, Момои, к чему весь этот глупый бабский бред? – Чихиро приподнялся с дивана и, держась дрожащей рукой за больную голову, сел. – Даже слушать этого не хочу. Прекрати. - Что? Ты, наверное, невнимательно слушал меня, но я люблю Тецу и не желаю быть с тобой заодно. – Сацуки, недовольно фыркнув, скрестила руки на груди и нахмурила свои тонкие аккуратные брови. - Можешь проваливать к своему Тецуе, но сама ведь знаешь, что ты ему не нужна сейчас, да и вряд ли вообще когда-то была нужна. Всё это осталось позади, Сацуки, успокойся, пожалуйста. Из глаз персикового цвета снова выступили слёзы. Ведь на самом деле они с Куроко всего два месяца учились в одном университете и назывались просто хорошими друзьями. Но даже это не являлось для девушки ничего незначащим прошлым. После двух месяцев общения Сацуки бесследно исчезла, попав в отряд Маюзуми и забыв о своих друзьях и родных. И о Куроко в том числе, убедив себя в том, что больше никогда не увидит его равнодушных голубых глаз. Удивлению девушки не было предела, когда она спустя год узнала, что и с Куроко случилось подобное. Теперь Момои с огромным усилием убеждала себя в том, что вот уже месяц Тецуя является её самым злейшим врагом, ведь отряд, в который тот вступил, был первым в списке противников Маюзуми, а, следовательно, и в её списке тоже. - Чихиро-кун, ты прав. Извини, - из её рук с грохотом выпала аптечка и она, усаживаясь на колени, принялась быстро собирать все разбросанные по полу препараты и лекарства. – Ты ведь не успокоишься? Так и будешь преследовать Акаши? - Конечно, этот поехавший придурок у меня ещё попляшет. Сразу, как приду в себя, устрою ему незабываемую встречу. Только вот надо, чтобы он ещё кого-нибудь с собой притащил. Тецую, например. Момои с испугом взглянула на Чихиро и с силой бросила в него пачку с таблетками. - Зачем?! - Да успокойся, всё очень просто. Я убью Сейджуро, а над твоим любимым Тецуей сжалюсь и отпущу его. Мне бы хотелось, что бы смерть Акаши увидел хоть кто-то, а тут ещё и тебе выпадает прекрасный шанс увидеть твоего возлюбленного. – Последнее слово он произнёс издевательским тоном. - Нет! Тогда он возненавидит меня, ведь я с тобой заодно. - Тем будет легче тебе, выбросишь наконец-то его из головы, и всё станет как раньше. Всё просто: я убью сразу двух зайцев. Через пару минут полного молчания, Сацуки подала свой обеспокоенный и вздрагивающий голос: - Возможно, но Чихиро-кун ты слишком сильно уверен в своей победе. Согласись, Акаши стал очень силён. - Нет – недолго думая, с заметной злостью отрезал Маюзуми. Но его внутренний голос был полностью согласен с мнением Момои. Сацуки только иронично покачала головой и принялась использовать содержимое аптечки по назначению, а не в целях пошвыряться им в слишком самоуверенных идиотов. *** Прекрасное осеннее уже почти зимнее утро порадовало парней такой же прекрасной новостью от Котаро за завтраком. - Моя блестящая интуиция говорит, что сегодняшний день пройдёт без заданий. Сидевшие за столом ребята радостно переглянулись, мысленно уже намечая планы на этот день. Было солнечное утро двадцатого ноября. Сонные парни сидели за прямоугольным длинным столом, медленно уплетая вкусный завтрак. - Ты уверен, что твоя интуиция нас не подведёт? – спросил Тецуя, поднося белую фарфоровую чашку к губам. - Не нужно ли сначала выяснить действительность нашего непреднамеренного выходного у Акаши-куна? - А где он? Неужели ещё спит? – не прожевав до конца бутерброд, спросил Тайга. - Ага. – Спокойно ответил Куроко, отпивая горячий и ароматный чай. - Тогда об этом можешь не переживать. Акаши много раз полагался на мою интуицию, и она часто спасала нас. Или ты думаешь, что я только могу оружие чинить? – довольный собой Котаро вышел из-за стола и, быстро поднявшись по лестнице, скрылся на втором этаже дома. Повисла недолгая тишина, во время которой Тецуя снова подумал о розоволосой девушке, после чего он решил рассказать ребятам обо всём, но без преувеличений. Его рассказ соответствовал действительности, творившейся год назад. - Мы были с ней хорошими приятелями. И меня сильно удивляет, что она, так же как и я, попала в отряд, хотя все её знакомые и родственники думали, что она попала в какую-то беду. Проще говоря, её считали мёртвой. - Это редкое совпадение, разумеется. – поправляя очки, подал свой голос Мидорима. - Нет здесь ничего удивительного, - вмешался Кисе. – Ты не знаешь ещё, Куроко-чи, но я играю в отряде важную роль. Я ищу новых участников. Помню я то время, когда за этой самой Момои приглядывал один тип, выполнявший ту же роль в своём отряде что и я. Меня эта девчонка не заинтересовала, а его очень даже. Оказывается теперь, он был из отряда Маюзуми. - Не значит ли это, что ты нашёл всех ребят в нашем отряде? - Да. Я же ведь был с Акаши с самого начала. Всех в наш отряд набирал. Помнится, когда мне приглянулся Аомине-чи, у меня был противник - Хайзаки Шого. Так мы тогда Аомине-чи одновременно нашли и нам за него драться пришлось. Как видишь, я победил! - Кисе-кун, раз отряд полностью собран, значит, ты теперь не играешь никакой особой роли? – спросил Тецуя. - Но когда-нибудь мой талант искать подходящих людей снова пригодится. К примеру, вдруг завтра от нас захочет уйти пол-отряда? - Что значит «захочет уйти»? Разве мы можем покинуть отряд по собственной воле? – хмуря тонкие брови, снова задал вопрос Куроко. - Вообще-то да, Акаши должен был сказать тебе об этом. - Ни слова об этом от него не услышал. - Раз Акаши об этом не сказал, значит, так тому надо быть, - Кисе с Дайки переглянулись и вышли из-за стола. – Ладно, Куроко-чи, пока! Аомине и Кисе побежали в коридор, а после за ними послышался негромкий хлопок входной двери. Все остальные разошлись сразу, как начал болтать Кисе, и теперь Тецуя остался сидеть за столом один, взглядом просверливая в нём дыру. - Сколько ещё Акаши намерен что-либо скрывать от меня. *** Куроко тихими шагами подошёл к двери комнаты и также тихонько открыл её. Затаив дыхание он долго и пристально смотрел на открывшуюся взору картину. Сейджуро ещё не проснулся, а одеяло сползло вниз так что, ещё одно движение и оно полностью упадёт на пол, оголив торс красноволосого. Однако, Акаши спал спокойно, немного скрутившись в комок из-за неудобного места. Его тело было столь неподвижно, бледно и прекрасно, будто весь он скульптура из мрамора. Алые пряди, рассыпавшиеся в беспорядке на белоснежной подушке, скрывали прикрытые глаза. Из чуть приоткрытых сухих губ выходили глухие вдохи и выдохи. На спокойное и расслабленное во сне белоснежное лицо падал тонкий луч солнца, проходящий через занавеску. Длинный палец правой руки Сейджуро слегка дрогнул, после чего он перевернулся на другой бок, а одеяло бесшумно упало на пол. Тут до Куроко, наконец, дошло, что он пялится на его красивое мускулистое тело, на спокойное лицо и на яркие волосы. Не просто смотрит равнодушным взглядом, а именно пялится, с жадностью пожирая каждый сантиметр его тела. Он облизнул свои пересохшие губы и несильно потряс головой, после также тихо приблизился к дивану и дотронулся до плеча Акаши кончиком пальца. - Акаши-кун, - шепнул он едва слышно. - Акаши-куну пора просыпаться, - добавил он заметно громче. В ответ он получил тихое хмыканье и недовольные бурчания. Куроко поднял с пола скомканное одеяло, расправил его и накрыл им съёжившегося от утреннего воздуха Сейджуро. Уголки тонких губ Акаши приподнялись, и он выдавил из себя почти неразборчивую фразу: - Тецуя, это ты? - Я, Акаши-кун. – Куроко улыбнулся и направился к своей кровати, взяв с тумбочки книгу. Только вот мысли были совсем не о ней. Такого Акаши ему удалось увидеть впервые. Когда на его лице нельзя было прочитать строгость, он выглядел безобидным и невинным. Тецуя понял, что ему очень хотелось бы видеть такого Акаши чаще. Через несколько минут Акаши приподнялся с дивана и озадачено посмотрел в сторону Тецуи сонными глазами. Не сказав больше ни слова, он встал и вышел из комнаты. А вернулся через полчаса, уже узнав о сегодняшнем выходном от Коки. Зайдя в комнату, он снова глянул на Тецую с книгой в руках, который уютно расположился на кровати. Но сам Акаши уже не был таким, каким был полчаса назад. - Что делать весь день будешь? – спросил красноволосый, садясь за письменный стол. - Ничего особенного, – Тецуя, медленно облизнув палец, бесшумно перевернул страницу книги. Это действие не осталось без внимания гетерохромных глаз. – А ты, Акаши-кун? - У меня дела. Я, пожалуй, уйду к себе в кабинет. - Стой. Я снова должен кое-что у тебя спросить, - Куроко отложил книгу в сторону и сел, скрестив ноги, - Сядь. - Он положил руку на кровать рядом с собой, указывая на место. - Только быстро, - Акаши сел рядом с Тецу, сосредотачивая взгляд на его лице. – Ну, и что же? - Ты не сказал мне о том, что мы можем покинуть отряд по собственному желанию. – тихо начал Тецуя. - Почему? Моргнув пару раз, Сейджуро снова взглянул на слишком серьёзного Тецую. Он снова почувствовал себя виноватым в его голубых нечитаемых глазах. И ему не нравилось чувствовать это, но поделать он с этим ничего не мог. Ведь он уже достаточно накосячил перед этим парнишкой. Вот чёрт. - Кто тебе рассказал? - Не уходи от темы. Красноволосый тяжело вздохнул, но продолжил: - Вряд ли ты поверишь мне, если я скажу, что просто забыл оповестить тебя об этом. - Я хочу, чтобы Акаши-кун сказал мне правду, - Тецуя сощурился, но даже от этого его большие голубые глаза почти не уменьшились в размере. На самом деле Куроко знал всю правду, знал, но жаждал услышать её из уст Акаши только потому, что правда эта должны быть очень приятной лично для него. - Я побоялся, что ты захочешь уйти, узнав об этом. А мне не хотелось твоего ухода. Я бы очень хотел, чтобы ты всегда был здесь. Я слишком привык к тебе, - Сейджуро ухмыльнулся и взглянул в голубые глаза напротив. – Мне кажется, я до ужаса привязан к тебе. Чёрт, осознавать это так хреново, если честно. - Я не уйду, Акаши-кун, - на губах Тецуи промелькнула радостная улыбка. - Я ведь тоже привязался к тебе. И ещё. – Тецуя остановился, не собираясь договаривать. Акаши хитро взглянул на него, а после взволнованным спросил: - Что за «ещё»? - Акаши-кун всё замечательно понял. Сейджуро спустя несколько секунд хищно улыбнулся и решительно, не прерывая зрительного контакта, приблизился к пухлым губам Тецуи, обжигая его лицо своим горячим и ровным дыханием. Конечно, он всё понял. Ещё как понял. Акаши выдохнул имя голубоволосого и нежно поцеловал его в приоткрытые губы. Не отстраняясь, Акаши поддался вперёд, заставляя Тецую лечь. Тот не сопротивлялся, а дополнял и заканчивал действия Сейджуро. Голубоволосый развёл руки по обе стороны от головы, и Акаши, не медля, схватил их за тонкие запястья, полностью нависая над телом Куроко. Сейджуро глубоко вдохнул приятный и манящий запах тела Тецуи. В их телах начинался и нарастал с каждой секундой пылающий возбуждением пожар. Они слышали собственные громкие и отчётливые сердцебиения. Глубокие выдохи выходили наружу один за другим. Сейджуро, закусив нижнюю губу Тецуи, уже без каких-либо сомнений начал первый неумелый и жадный поцелуй, изучая каждый миллиметр чужого тёплого рта. Их языки страстно сплелись, сбивая обоюдный ритм дыхания. Вскоре тела от переизбытка нахлывнушего возбуждения начали дрожать, требуя больше. Поцелуи следовали один за другим. Красноволосый начал спускаться ниже, оставляя влажную дорожку на шее и плоском животе Тецуи. Всё происходило очень быстро, не из-за того, что они торопились. Нет, вовсе не из-за этого, времени у них теперь было действительно много. Скорее всего, потому что они оба друг для друга были настолько желанными, что медлить было просто невозможно. Тецуя быстро перебирал алые пряди волос одной рукой, а другой пытался стянуть с Акаши футболку, которая уже давно очень мешала. Через несколько секунд он услышал, как Сейджуро медленно растягивает ширинку на его штанах, и после увидел его довольное и одновременно счастливое лицо перед своими глазами. Моментально он стал таким, каким хотел его видеть Тецуя. Наверное, только он может быть причиной столь резких перепадов настроения Сейджуро. И только Тецуе позволено вытворять с Сейджуро подобное. С этого момента точно. *** На плече Сейджуро удобно расположилась голубая макушка Тецуи, на шее которого красовалось множество красноватых пятнышек. Сам Сейджуро вытащил из кармана своих измятых брюк пачку сигарет и зажигалку. Чуть приподнявшись, он зажёг сигарету и прислонил её к своим искусанным покрасневшим губам. - Будешь? – хриплым голосом спросил он у Тецуи. Куроко, не отвечая, тоже приподнялся и сжал сигарету губами, которая всё также оставалась между пальцев Акаши. Куроко сделал глубокую затяжку и после медленно выпустил белый дым наружу, смешно щуря свои глаза. В комнате тут же начал витать сильно ощутимый ментоловый запах. - Акаши-кун. - Что, Тецуя? - Мне кажется, я люблю тебя.