Am I wrong?

Мужчина с совершенно белыми волосами сидел неподвижно. Руки его были скрещены на груди, а на коленях лежал планшет, на котором всего несколько минут назад он с удивлением разглядывал размытые фотографии, цветные и чёрно-белые, какие-то обрывки видео-файлов и выдержки из новостных статей. - Хочешь сказать, что весь переполох год назад был из-за неё? – Джун неуверенно покосился на фотографию молодой девушки. Глаза её были полузакрыты, на лице застыло совершенно ничего не отражающее выражение, только вся она была перепачкана в грязи и крови. Лёгким движением пальца, парень смахнул фотографию, чтобы поближе рассмотреть другую. На ней совершенно отчётливо было видно, как ту самую девушку под руки выводят из горящего здания, служившего убежищем работавшим там ублюдкам. В отчётах полиции говорилась, что все доки были полны мёртвых тел. Нечто жуткое и бесчеловечное происходило в том месте. В залах оборудованных рядами морозильных камер и хирургических столов были обнаружены тела десятков пропавших детей и взрослых. Ещё живых жертв содержали в клетках, будто животных в зоопарке. И тем не менее, лицо девушки было абсолютно равнодушным. Ни одного предполагаемого злоумышленника не осталось в живых, ни одного документа, подтверждающего происходившее в доках. Только жертвы, выводимые из здания человек за человеком узкой шеренгой. - Сомневаешься во мне, малыш Джунни? – ехидно спросил столь же молодой мужчина на заднем сидении. – Неужели знаешь хоть кого-то, кто мог бы разыскать информацию на пепелище лучше меня? Джун мог сходу назвать не менее десяти имён, но промолчал. С Пироманом было сложно спорить, особенно будучи запертым в одной машине. Реши тот выкинуть нечто этакое, ему не составит труда отправить к праотцам их обоих. - Всё просто, если она не помнит абсолютно ничего о тех днях и смогла вернуться к нормальной жизни, то почему лишь за ней продолжают наблюдать? Эти ребята посменно следуют за ней, - рука его слегка шевельнулась, указывая в направлении одной из машин, припаркованных недалеко впереди. - Быть может, она всего лишь приглянулась кому-то из старших? - предположил Джун. - Хорошо, если так, - коротко отозвался мужчина с заднего сидения. – Тут уж дело твоё, это ведь ты у нас любишь совать нос в чужие дела. Сказав это, Джайлс решительно распахнул дверь и вышел прочь. Несколько мужчин мгновенно оказались подле него, торопясь сопроводить в машину, что также стояла поблизости. Джун вздохнул и тоже вышел, собираясь закурить. Его не окружили услужливые телохранители, лишь одинокая тёмна фигура, прежде стоявшая в паре метров, слегка шевельнулась в его направлении. - Бист, они всё ещё в здании? – коротко осведомился мужчина, не собираясь что-то обсуждать и вдаваться в подробности. Но ответом ему было лишь молчание, а затем, после столь напряжённой паузы, палец фигуры взметнулся вверх. - Крики, - коротко донеслось со стороны фигуры. Джун вздохнул. Вообще-то, входить в здание и влезать в чужие дела совсем не входило в его планы на сегодня. Пока он планировал лишь наблюдать, а в Паутинке намечалось масштабное событие, которое не могло обойтись без хозяина. Но крики в запустелом здании университета звучали так, будто не принадлежат человеку. Нельзя было разобрать, мужчина кричал или женщина. Подав короткий знак рукой, Джун стремительно скрылся в темноте здания. И в этот момент всё стихло. Мужчина принялся систематически прочёсывать коридоры и лестницы, но не встретил ровным счётом ничего подозрительного. Затем пронзительный крик вновь разорвал тишину. Тёмная женская фигура стремительно пронеслась мимо, с силой задев мужчину плечом. Тот попытался придержать её, но не смог. Задыхаясь, женщина бросилась прочь и растворилась в темноте, постоянно повторяя, что ничего не видела. Джун шумно выдохнул сквозь зубы и отправился в направлении, откуда она появилась. Дверь одной аудитории была настежь распахнута. Секунду посомневавшись, мужчина вошёл в темноту, прислушавшись. Из дальнего угла аудитории донеслись лишь тихие всхлипы, которые прервал громкий звонок телефона. Поколебавшись, он не стал зажигать электрических ламп, лишь слегка подсветил себе фонариком телефона. Девушка в углу испуганно подняла на него глаза, едва не вскрикнув, но затем стремительно зажала рот рукой. Лицо и руки её были в крови, на щеках выделялись яркие дорожки слёз. Из одежды на ней были лишь джинсы, да и на тех кнопка и молния были безжалостно вырваны. Она сидела, прижав колени к груди, одной окровавленной ладонью зажимая себе рот, а другой прижимая к уху телефон, тоже сплошь покрытый кровавыми отпечатками. На лице её застыл ужас, девушка дрожала всем телом. Слёзы её сверкали отражённым светом слишком уж яркого электрического огня. Смутно догадываясь о том, что могло произойти, Джун обвёл взглядом аудиторию. У противоположной стены в луже крови лежало тело. В груди его, у левого края грудины, торчал нож. Руки трупа были забавно раскинуты в стороны, тот словно бы взывал к Небу, умоляя о спасении, будто несколькими минутами назад и не собирался изнасиловать девушку от силы лет девятнадцати. Лицо его было перекошено и скорее напоминало уродливую театральную маску. Его гибель была столь же жалкой, что и его существование. В свете фонарика мужчина насчитал, по меньшей мере, двенадцать ножевых, из которых всё ещё сочилась кровь. К несчастью, парень был ему вполне знаком. Поколебавшись, Джун вернулся к девушке и с удивлением заметил, что, подсобравшись с мыслями, она тихо произнесла что-то в телефонную трубку и, лишь завершив разговор, яростно отшвырнула мобильный прочь. Глаза её вновь наполнились слезами, она совершенно перестала обращать на постороннего мужчину внимание. Лишь когда тот набросил на неё свою тяжёлую кожаную куртку, плечи её слегка дёрнулись. Она замерла неподвижно и невидящим взглядом уставилась куда-то перед собой, словно прислушиваясь. В её внешности не было ничего необычного, слегка загорелая кожа, длинные ресницы, округлые черты лица, небольшой нос и слегка заострённый подбородок. Джун многократно встречал девушек ей подобных, но лишь сейчас с удивлением отметил, что знает одну почти идентичную. В её больших и полных слёз глазах, немного тусклых, серо-зелёных, не отражалось вообще ничего. Напряжённое болезненное безразличие человека, доведённого до крайности. Ему было вполне знакомо это выражение, он видел его уже много раз и никак не мог позабыть. - Как тебя зовут? – позвал мужчина, всё ещё глядя прямо в заплаканные глаза собеседницы, словно желая отыскать в них что-то. - BA136-829-n, – произнесла девушка, не поворачивая головы. Джун нахмурился, но тут же рукой попытался словно расправить образовавшиеся на лице складки. - Какой сегодня день недели? – осторожно спросил он, проверяя сознание девушки, одновременно приблизившись и слегка приподняв рукой волосы, закрывавшие её шею и плечи. Та отшатнулась и всхлипнула, но мужчина уже заметил то, что искал, и вздохнул. Всё было верно, на шее девушки был названный идентификационный номер. - Среда, - коротко отозвалась девушка, с трудом припоминая, что возвращалась домой с дополнительных занятий, которые проходят лишь по средам и пятницам. Она всё ещё была напугана. И не столько случившимся, сколько тем, что пробудило в ней это событие. В груди словно разорвалось нечто горячее и отвратительное. Словно мерзкая жижа хлынула наружу, склеивая внутренности и воспоминания в единый ком. И вот все тревожные и странные события прошедшего года получили объяснение и встали на свои места. Она ударила отца авторучкой на прошлой неделе, потому что тот напугал её, подкравшись сзади. Она разбила компьютер сестры кружкой с чаем, которую несла в свою комнату, потому что крики и стоны из игры звучали слишком реалистично. Её пугали резкие звуки. От малейшего шороха всё её тело напрягалось, подобно пружине. Её тошнило, когда дома готовили рыбу. Её до дрожи в ногах пугали машины. Так вот, почему… Девушка вновь прижала колени к груди, закрывая глаза ладонями, но в нос ударил резкий отвратительный запах крови, такой сильный и такой знакомый, что всё её тело согнуло в едином стремлении выплюнуть собственный желудок вместе со всеми воспоминаниями. Но изо рта вырвалась лишь слюна и звуки столь отвратительные, что мужчина напротив слегка поморщился. В странной позе, всем телом развернувшись в сторону, облокотившись на руку, девушка продолжала странно хрипеть и задыхаться, роняя на пол брызги слюны, слёз и пота. Похоже, Джайлс всё же оказался прав. Это была та самая девушка. На шее у неё был выбит характерный номер элитного товара, но никто так и не решился за ней вернуться. Даже этот парень, скорее всего, решил воспользоваться ей, потому что получил приказ о завершении слежки. Без сомнений, девушка весь этот год провела в счастливом неведении, благословлённая амнезией, и лишь теперь чудовищные воспоминания её настигли, наградив жестокостью и силой, свойственными лишь самым отчаянным. И только что она на деле доказала, что вполне способна убить человека. Но ещё сильнее эту версию подкреплял этот её голос, звучавший в телефонную трубку, спокойный и расслабленный. Отчаянно желая обмануть кого-то на другом конце провода, она смогла унять и сбившееся дыхание, и дрожь, и подступившую к горлу тошноту. Такое Джун наблюдал впервые. - Так как тебя всё-таки зовут? – повторил свой вопрос Джун, убедившись, что девушка всё же в ориентирована в месте и времени, но та лишь отрицательно покачала головой в ответ. Она больше не могла и слова произнести вслух. Перед глазами пестрели ужасающие картинки из прошлого, и чей-то голос с хрипотцой шипел, словно внутри головы: «Хорошие девочки должны вести себя тихо перед мужчинами». И девушка упрямо продолжала молчать. Джун вновь вздохнул. Ввязываться во всё это дело сегодня шло вразрез с его планами. Равно как и входить в это здание посреди ночи, если уж всерьёз думать об этом. Но он всё равно проворно поднялся на ноги, подобрал с пола телефон девушки, а затем протянул ей руку, желая помочь подняться. Но та снова перестала замечать его. Немного посомневавшись, он ловко поддел её под локоть одной рукой, придерживая другой куртку на её плечах, и с силой потянул на себя. Девушка послушно последовала за ним, и вскоре они вдвоём уже были в машине. Повисла напряжённая тишина. Мужчина вручил девушке воду и какие-то таблетки, а сам несколько раз обошёл транспортное средство, разговаривая с кем-то по телефону. Вид он имел обеспокоенный. Пока его не было, девушка смогла немного оправиться и привести мысли в порядок. Она постоянно вертела бутылку с водой в дрожащих руках, никак не решаясь открыть, но вот наконец собралась, и зубы громко клацнули по пластиковому горлышку. Вода полилась по подбородку, холодными каплями скользнула вниз по горячей груди и, наконец, исчезла, намочив грязные разорванные джинсы. Мужчина так и не вернулся в машину и, кажется, вовсе пропал из виду. Девушка прислонилась лбом к холодному окну и заметила его крохотное отражение в автомобильном зеркале. По отношению к этому человеку она не ощущала ни благодарности, ни благоговения, ни страха. Даже угрозы от него почти не исходило. Лишь тревожность то и дело проскальзывала в его мимике и движениях. За отсутствием других дел, девушка внимательно наблюдала за ним. Мужчина был красив и молод. Залитый светом уличных фонарей, он выглядел особенно хорошо. Его неестественно белые волосы сейчас словно светились, хотя сам он был одет в чёрное. Лишь кроссовки его были такими же искусственно белыми. Что-то всё же делало его похожим на мираж или привидение. Желая на чём-то сосредоточиться, она вспомнила, что руки его были обильно украшены кольцами, а на шее болтались несколько длинных цепочек, на одной из которых висел металлический жетон. Он бесконечно трогал свои уши и поправлял волосы, а ещё, кажется, курил. Изучая его поведение и внешность, девушка могла избежать многих навязчивых мыслей, а потому упрямо следила за ним, даже когда тот вернулся в машину и в упор посмотрел на неё. В ушах его было больше серёжек, чем девушке приходилось когда-либо видеть на одном человек. Оказывается, он не просто трогал свои уши, он прикасался к украшениям, слегка прокручивая. После долгого телефонного разговора лицо его приняло бесстрастное выражение и, если бы не эта холодная отрешённость, он вполне сошёл бы за обычного модника. - Куда мне тебя отвезти? – внезапно донеслось до ушей девушки. Она могла поклясться, что слышала эти слова впервые, но мужчина выглядел раздражённым, будто уже который раз повторял свой вопрос. - Завези меня в Ад, где мне самое место, - с не меньшим раздражением отозвалась девушка, растянув губы в нелепое подобие улыбки. Чего ещё мог ожидать этот человек? Разве могла она отправиться домой в таком виде? Разве походила она на человека, давно спланировавшего чьё-то убийство и подготовившего себя путь для отступления? Зачем он вообще прицепился со своими нелепыми вопросами? Почему бы ему просто не сбросить её в ближайшую сточную канаву и не позволить тихонько утонуть наконец? - Хорошо, я покажу тебе Ад, ты ведь сама попросила, - вздохнул Джун, заводя машину, - Как мне стоит обращаться к тебе? Девушка помнила своё настоящее имя. Всего каких-то сорок минут назад её назвали этим именем в последний раз. Оно откровенно не ложилось на язык и теперь казалось абсолютно чужим и нелепым. Кто вообще представляется своим настоящим именем в таких ситуациях? В голове крутился лишь номер. Раз за разом, цикл за циклом. Девушка невольно скользнула рукой по собственной шее и вновь покачала головой. Машина медленно покинула территорию университета, в который она когда-то мечтала поступить. Прямо сейчас она уже ни о чём не мечтала, ничего не хотела, и разум её словно подёрнулся пеленой. - Как хочешь, - почему-то улыбнулся мужчина, хотя, пожалуй, он был слишком молод ещё, чтобы называть его мужчиной, но уже явно слишком стар, чтобы считаться юношей. – Зови меня Джун. У него было ещё много имён. Так много, что и сам он не помнил их все. Джуном его называл Бист и ещё парочка человек. В быту это имя казалось удобней всего, потому что хотя бы походило на настоящее. Кажется, даже его попутчице приходилось когда-то слышать его, она надолго задумалась, но на лице не дрогнул ни один мускул. Ей не было смысла удивляться. Её уже ничто не удивляло. Казалось, будто ни один человек в мире не был способен хранить секретов более отвратительных, чем таила в себе её память весь этот год. Что с того, что ей приходилось ещё в школьные годы читать слухи о человеке с таким именем? Огни фонарей мелькали перед глазами, их мягкий свет то и дело скользил по лицу девушки, раз за разом разрезая её мрачный силуэт, то и дело выхватывая её глаза, ресницы, нос, губы. Она тоже мало чем отличалась от призрака. Джун невольно усмехнулся, решив, что, пожалуй, общее впечатление они производили похожее. - Ты помнишь, как оказалась в доках? – спросил Джун, желая проверить, сможет ли она хоть что-то вспомнить. В этот раз выражение её лица не изменилось, оставшись таким же усталым и отрешённым. Парню показалась, что та ничего ему не ответит, но девушка, не отрывая взгляда от мелькающих фонарей, заговорила, лениво и медленно, но достаточно громко и твёрдо: - Меня похитили, когда я возвращалась с дополнительных занятий. Группа мужчин преследовала меня от самой школы. Я была уже почти во дворе своего дома, когда меня окружили и силой заволокли в машину. У меня не было возможности не то, что пискнуть, но даже обернуться, чтобы рассмотреть лицо хотя бы одного из похитителей. - А в машине? Ты видела, куда тебя везут? У тебя не было шанса выбраться? - В машине я поняла, что все они были в уродливых пластиковых масках с милыми животными. Я оказалась на заднем сидении, а с двух сторон от меня сидели два ну очень уродливых кролика. К тому же, на меня уже надели наручники. Что я могла сделать? Джун многозначительно задумался. Даже гордость брала от того, что похитители оказались не какими-то идиотами. Их развивающаяся организация, кажется, держалась отнюдь не на одном умелом человеке, все её члены, похоже, были достаточно сообразительны и хорошо знали своё дело. Работорговцы из доков, оказывается, были отнюдь не зарвавшейся бандой юнцов, возомнивших себя гангстерами. Возможно, у них даже могло быть будущее, если бы те не заняли чужую территорию. К тому же… Если они терпеливо преследовали её, дожидаясь удачного момента, чтобы забрать без лишнего шума и встретив минимум сопротивления, разве не становится похоже, что девушку заказали? А значит, у них даже наработанная клиентура имелась. Парень слегка качнул головой, словно выражая одобрение, но глаза его сверкали чем-то недобрым. Разговор стих, но поездка уже близилась к концу. Девушка не без лёгкого удивления заметила, как машина легко проскользнула на частную парковку. Из всех мест, где можно будет укрыться, она едва ли представляла себе центр города, с его роскошной архитектурой, домами-стекляшками и ночной жизнью столь бурной, что и описать было сложно. Но это вполне себе вписывалось в слова Джуна про Ад, а потому девушка не стала ничего спрашивать. Стоило парню припарковаться, как она смогла беспрепятственно выйти из машины. Двери всё это время не были заперты. - И что теперь? – полюбопытствовала девушка, но Джун не стал ничего объяснять. Всё так же молча они вошли в ярко освещённую стеклянную дверь и поднялись на лифте так высоко, что голова слегка закружилась, лишь от взгляда на мелькающие числа. Когда подъём был закончен, глазам открылся узкий коридор, по обе стороны которого было лишь две тяжёлые металлические двери. Джун с лёгкостью распахнул одну из них, жестом приглашая девушку войти. - Добро пожаловать в мой дом, - коротко отозвался парень, уже успевший захлопнуть дверь и стянуть с себя обувь. Вокруг было невероятно темно, однако стоило вслед за парнем покинуть крохотную прихожую, как взгляду открылась картина столь невероятная, что девушка даже охнула. Огромное тёмное пространство комнаты перед ней словно не имело конца. Вся противоположная стена была одним огромным панорамным окном, а огни ночного города лениво заполняли всё пространство между стенами и мебелью. Город, что никогда не спит, город, хранящий столь огромное количество мрачных тайн, что девушке и не снилось, был перед ней как на ладони. Красивый, мерцающий неоновыми огнями и билбордами, мрачный и даже слегка пугающий. А ещё такой необъятно огромный, что сердцу становилось тесно в груди. Затаив дыхание она впилась в этот вид глазами, чувствуя, как тот прожигает её взглядом в ответ, готовясь вот-вот проглотить её, в прах перемолоть её кости и растворить в кислоте своих огней. Мир так огромен, а человеческая жизнь так хрупка, а ей был подарен ещё один день. Девушка замерла, как будто под действием таинственного заклятья, ноги слегка подкосились. Но наваждение было прервано так же внезапно, как и настигло. В тишине что-то тихо пиликнуло, массивные тяжёлые шторы стремительно разрезали пространство на две части, отгородив ночной город от обширного пространства квартиры. Вспыхнул холодный электрический свет, больно ударивший по глазам. Девушка стояла всё так же неподвижно, силясь вновь упорядочить мысли, но в голове всё ещё слышала хруст, словно кто-то с аппетитом грыз и перемалывал в прах её кости. На деле же Джун просто-напросто шелестел пакетами и многочисленными обёртками, разбирая продукты, заботливо оставленные кем-то на барной стойке. - Ванная там, - жестом указал парень, а затем вручил девушке стопку своих вещей. - Нади себе там что-нибудь. И фигура её послушно двинулась в указанном направлении, бездумно, словно бездушная заводная кукла.