Пока я жива

***

Суббота. Двенадцать часов утра. Назойливые лучики света пробираются сквозь неплотно закрытые занавески на окне спальни, они ползут от подножья кровати и забираются на чистую, мятую постель. Жгучие ленточки запрыгивают на моё лицо и заставляют меня зарыться под холодную часть подушки. Размахивая руками я ударилась обо что-то твёрдое и мягкое, после чего в комнате раздался усталый рёв спящего зверя. Твою же мать! Что это ещё за медведь со мной в кровати? Я вырываюсь из холодного плена под подушкой и, продирая лицо от свернувшихся в кучу волос, рассматриваю знакомое лицо. Ярко-выраженные скулы, квадратный подбородок, впадины щёк в местах углов челюсти. Закрытые глаза и чуть прикрытые длинными ресницами синяки, густые брови и несколько морщинок на лбу. Выходит, Марк тот ещё красавчик. - Эй, принеси мне стакан воды. - хрипло протягиваю я, толкая парня в плечо. - Мммммм, чего надо? - он кое-как продирает зелёные, как смарагд глаза и отворачивается от окна, перевернувшись на бок ко мне лицом. - Маарк, мне плохо. Принеси таблеточку. Пожалуйста. - Не ори ты, у меня голова сейчас развалится. - его веки плотно закрыты, лицо сморщилось от противной головной боли и ломоты в теле. Я чувствую то же самое. Внезапный прилив рвоты к моему горлу заставил меня резко подорваться с кровати и шмыгнуть в ванную комнату. Как только я обняла руками унитаз - с меня вылилось всё веселье. Кислый привкус лимона и лайма вперемешку не покинул меня даже после тщательного полоскания рта. Душ - единственное, что сейчас спасёт меня, а точнее просто вода. Сев задницей в холодную ванну и свесив ноги на бортик я включила холодную воду и заорала на весь дом. Меня пробрал внезапный холод, но пришлось привыкнуть, головная боль нахлынула с новой силой и, когда Марк ошарашенно влетел в незакрытую ванную, я не сразу смогла рассмотреть его тело. Играющие кубика пресса, высоко вздымающаяся накаченная грудь и большие напряжённые руки. Всё, что сейчас на нём надето- это облегающие чёрные боксеры. - Чего орать-то? - спросил он меня, поняв причину моего визга. - Марк, мне плохо... - Не тебе одной, ты как завалилась спать, я прикончил ту бутылку виски. - Жалко, классный напиток. - Ага, похмелье тоже классное. - он отошёл на пару шагов от меня и, повернувшись ко мне накаченной попой, принялся заниматься весьма некультурным делом при даме. Спустив в туалете и поправив трусы он обернулся ко мне и смущённо скривился. - Извини, я не удержался. - он залез ко мне в ванную и также свесил ноги, прильнув к холодным потокам воды. Его лицо скривилось моментально и он протянул что-то непонятное себе под нос, вздрогнув. - Теперь ясно, чего ты орала... - он вновь повернул свою голову ко мне и улыбнулся. Он застал меня за увлекательным делом. Задрав голову вверх к струям воды, я открыла рот и зажмурив глаза, жадно глотала охлаждающую жидкость. Из транса меня вывел щелчок фотоаппарата или что-то похожее на это. Вернув голову в нормальное положение и продрав глаза я увидела наставленную на нас фронтальную камеру его дорогущего телефона, который расположился в его массивной руке. - Ты что творишь? - Обновляю инстаграмм, я должен вести себя как папенькин сынок и миллионер, поэтому делаю это. - он ответил на мой немой вопрос, ведь с виду не скажешь, что в нём есть такая ненормальная жажда к крутым фото и популярности. Я вылезла из ванной и, хлюпая водой, поползла в спальню за большим полотенцем, которое увидела на кресле в углу у шкафа. Кстати, спальня выглядела просто шикарно, вчера мне не удалось уделить внимание этой части квартиры и оценить всю красоту дизайна. Белоснежные стены, плавно переходящие в бордовый натяжной потолок. Пол сделан из красного, на вид неотёсанного дерева, и такого же вида большая евро-кровать с чистой постелью. Небольшие прикроватные тумбочки лимонного, чуть тусклого цвета с выдвижными ящичками. Прямо над просторным ложем на белой стене разбросаны кляксы того же лимонного цвета. По правую сторону от мягкой, как я уже узнала, кровати расположились два больших французских окна и выход на балкон, пол которого видно как раз сквозь эти, сейчас прикрытые бордовыми плотными шторами окна. Сразу за этой дверью, дальше, вдоль стены, стоит большой светлый шкаф, который заворачивает на углу и "врастает" в кирпичную стенку фундамента квартиры. Дальше идёт большая, тонкая дверь и в следующем углу мягкое кресло. Достаю из шкафа Марка что-то похожее на мужскую клетчатую рубашку, только без пуговиц. Воротник приятно трётся о мою тонкую шею шелковистой тканью, а длина рубахи невинно прикрывает мои девичьи бёдра и попу. Расчесав мокрые волосы, которые чуть отдали свою влагу махровому полотенцу, я направилась на кухню. Там уже сидел за барной стойкой крупный мужчина, всё ещё не одетый. Я налила себе стакан воды и села напротив парня. На столе нашла таблетки от головы и пару закинула на язык. - Ну как ты? - Больше с тобой пить я не буду. - Я не виноват, что тебя снесло сразу после первого бокала. - Я не понимаю, как ты выпил всю бутылку? - Закалённый организм... - Так ты алкоголик. Тогда понятно, почему ты иногда совершаешь глупые поступки... - И что же глупого я сделал? - Ну, например, поселил меня у себя дома и платишь за это. - Платит тебе мой отец. - Ладно, не суть. Больше не будем задевать эту тему. - А я бы хотел её проложить. Можно спросить? - Нельзя. - Зачем тебе столько денег. -... - Ну же, Джесс. Я ведь могу и пробить по связям. Но почему-то до сих пор этого не сделал. Ты ещё не поняла, что я хочу тебе помочь? - Ты меня совсем не знаешь. Чем ты собираешься мне помочь? - я смотрю в его глубокие зелёные глаза. Сейчас я в состоянии рассмотреть белые отблески в его зрачках и тёмные выделяющиеся полоски. Его глаза покраснели, то ли от недосыпа, то ли от воды, которая только что прожигала слизистою оболочку. - Возможно, я хочу тебя узнать. - его голос раздался прямо мне в губы. Он прильнул к моим влажным губам и в этот момент во мне всё перевернулось. С одной стороны, он оплатил это и даже большее, но с другой пообещал, что не воспользуется мной. Возможно, он сделал это ибо ему захотелось, а не потому что почувствовал власть над моим телом. Он ничего не знает. Мои парни. Они тоже ничего не знают. Единственный опознанный человек в этом деле, в этой ситуации - я. Всё это пролетело в моей голове за пару секунд. Резко я оторвалась от Марка и выпучила свои глаза, ища ответ в его. Там читался тоже немой вопрос, который он всё же озвучил. - Прости, я должна была... - Ты ничего мне не должна. Прости, я думаю, нам стоит узнать друг друга получше. - Что имеешь в виду? - Просто познакомиться и поговорить. Не ищи пошлого смысла в этих словах и.. поцелуе. - Извини, я не должна была... - Ты всё правильно сделала и сказала. Я тебя совсем не знаю, но хочу узнать. Расскажи мне. - ... - Ладно, давай сначала я. Меня зовут Марк Баррингтон, мне двадцать четыре года и через две недели исполнится двадцать пять, тогда отец и должен решить, кому передаст дела. Такая у нас традиция. Моего старшего брата зовут Дилан, ему двадцать восемь и мы всю жизнь не ладим. Ещё с детства мы боремся за внимание отца и сейчас самый ответственный момент. В основном, я скучный офисный работник, всегда сидел на нагретом месте и перекладывал бумажки со стопки на стопку, моя жизнь скучна и неинтересна. Теперь твоя очередь. - Я не могу тебе ничего сказать... - Почему? Ты не доверяешь мне? Хотя, с чего бы это тебе доверять мне... - Я доверяю тебе, Марк, просто моя жизнь не такая скучная как твоя. - Ладно. Слушаю. Сначала обычно мы составляем контракт о неразглашении, но чёрт с ним. Наша компания - это прикрытие нелегального бизнеса. Мы - наркоторговцы. Точнее владельцы наркоторговцев. Мы всем заправляем. И когда отец передаст мне "дела", главным во всём этом стану я. Моё лицо сразу переменилось. Как такой человек может быть убийцей и наркоторговцем. С чего я сделала вывод, что он убийца? Опыт знаете ли... - Из-за таких, как ты, страдают такие, как я... - прошептала я и уже не могла сдерживать свои слёзы. Горячие капли стекали по моим щекам и я хотела скрыться от любопытных глаз человека, у которого руки по локоть в крови. Но Марк схватил меня за плечи и вполне серьёзно сказал: - Кто ты такая? - в его голосе не проскакивали нотки жалости, любопытства, сочувствия, простое желание знать правду любыми путями. Похоже, этому его научил отец, бизнес... Я прикусила губу, дабы перестать всхлипывать и вытерла руками новую партию подступивших слёз и дорожки от былых капель. Я смотрела прямо в его смарагдовые глаза, они пожирали меня целиком и полностью. Что чувствует этот человек? Кто он такой? - Джессика Хеклин. Проживала на съёмной квартире на окраине. По ночам работала в стриптиз-клубе, днём на местной заправке. Зарабатывала на хлеб. Сейчас являюсь собственностью Марка Баррингтона. На протяжении месяца буду проживать у него дома и буду его любовницей. - Ты не так проста. Джесс, я клянусь тебе, ты можешь мне доверять. - Я не так проста... - шепчу я.

***

Суббота. Одиннадцатый час ночи. На улице уже стемнело. Наверное, на балконе сейчас открывается чудесный вид на ночной город, его я также могу увидеть и из окна в гостиной. Хотя, нет, не могу. Сейчас мои действия ограничены. Мне не позволено смотреть куда-либо, кроме этого переливающегося потолка над кроватью в спальне Марка. Я сама себе запретила. Я не заслужила видеть девятое чудо света. Вспомнились слова Алекса. Моего Алекса : "Любое деяние природы - это чудо света, не имеет значения, какое оно по счёту. Они все уникальны." Я так и не рассказала Марку ничего о своей прежней жизни, ничего о себе настоящей. Ничего. Он ничего не знает. Громкое рычание раздражённого волка вывело меня из транса. - Мисс Хеклин, живо сюда и захватите свои чёртовы документы! Он пробил мою личность по связям? - первое что приходит мне в голову. Я этого боялась. Я покорно направилась на кухню и прошла в гостиную, где на диване в чёрном строгом костюме меня ждал Марк. - Дай мне свой паспорт. - У меня его нет с собой. - Тогда права, прописку, трудовую книжку, хоть какие-то документы. Я подхожу к нему и сажусь на стеклянный журнальный столик, прямо напротив сердитого Марка. Подворачиваю рукав левой руки и шепчу: - Вот моя трудовая книжка. - он поднимает голову с рук и оглядывает мои порезы, затем проводит своим большим пальцем вдоль и поперек, ощупывая каждый кровавый горбик. - Что это? - Трудовая книжка. Ровно тридцать два пореза. Ровно тридцать два дня я проработала нелегально в стриптиз клубе "Gold". - Продолжай, я хочу знать всё о тебе, слышишь? Всё! - Два с половиной месяца я нелегально работала на местной заправке, которая была прикрытием одной из финансовых махинаций какого-то политика. - Что было до этого? - он не унимается. - До этого я хотела покончить жизнь самоубийством. - Это ты о шраме на руке? - он схватил моё запястье и рассматривал глубокий шрам. - Это моя прошлая попытка. Один подонок хотел меня изнасиловать вместе со своими дружками во второй раз и убить моего парня. Я посчитала, что лучше сдохнуть... - Как это во второй раз? - сожаление? Нет. Удивление? Нет. Интерес? Нет. Всё смешалось. - Первый раз ему тоже не удалось, я разбила ему голову стаканом и оставила истекать кровью на полу в его же доме. - Кто ты? - Джессика Хекл... - Нет. Ты не Джессика. Я перерыл все документы верх дном. Ты не Джессика. - Тогда кто перед тобой сейчас сидит? - Напуганная девочка. Ты боишься, я вижу. Ты боишься довериться, ты боишься меня и людей, боишься рассказать правду. - Ты хочешь правду? Резкий кивок. - Правда в том, что я не та, за кого себя выдаю. Никто не знает меня настоящую. Почти никто. И расширяя этот круг я подвергаю опасности своих близких. - Ты считаешь, что я могу причинить боль тебе и твоим близким? - я встаю со стола и подхожу к окну, закрыв глаза, наслаждаюсь темнотой и не позволяю себе рассмотреть ночные крыши домов. - Ты наркоторговец, ты убийца. Твой отец, брат, дед. Все вы убийцы. И такой, как ты, уже был в моей жизни. Я жалею, что встретила его. - А жалеешь ли ты, что встретила меня? - ... - Джессика. Тьфу. Я даже не знаю как тебя зовут! - Нет. Не жалею. - Тогда говори. Говори без остановки. Я оборачиваюсь и утыкаюсь носом в его твёрдую грудь. Он подступил ко мне сзади. Горячие слёзы мочили его светлую рубашку, снова растянутый галстук. - Лори, зови меня Лори... - шепчу я ему в крепкую грудь. - Лори... Лори, тише, ну всё... тссссс... - он гладит меня рукой по голове, другой придерживает за согнутый локоть.

***

Воскресенье. Два часа ночи. Бордовый потолок переливается тёмными и светлыми тонами. Горячая рука парня сжимает мою остывшую ладонь. Кровать сильнее прогибается под Марком, чем подо мной. И поэтому моё тело, что находится предельно близко к мужскому телу, лежит чуть не ровно. - Четыре месяца назад я покончила жизнь самоубийством. - О чём ты говоришь? Шёпот разливается по спальне, плотно закрытые окна дребезжат от разбивающихся о стекло слёз. - Четыре месяца назад сумасшедшая голубоволосая из Флориды спрыгнула с моста. - ... - Глория Макфин. Шестнадцать лет. Через неделю будет семнадцать. - Погоди. Тебе шестнадцать? И ты самоубийца? Он поднялся на локти и внимательно посмотрел на моё лицо. - Голубоволосая бандитка, сбежавшая из дома. Продажа и употребление наркотиков. Срок около пяти лет. Погибла четыре месяца назад и воскресла сегодня на квартире у Марка Баррингтона. - Этого не может быть. - На теле имеется шрам в боку, который получила во время автокатастрофы с главарём банды наркоторговцев. Шестёрок. Вольных шестёрок, которые жили так, как им хотелось, пока в их жизни не появилась я и их не загребли за решётку. В данный момент троица сидит в Марионской тюрьме, к ним каждый месяц приходит девушка без документов, платит двойную цену за встречи. Недавно ею было оплачено дорогостоящее лечение одного из заключённых. - Тебе нужны деньги, чтобы заплатить взнос. Выкупить друзей... - Всё, верно, мистер Баррингтон, всё верно...

***

Воскресенье. Семь часов вечера. - Может, мы сходим куда-нибудь? Лори! Ты где? - в поисках моей особы разорался на всю квартиру Марк. Он подходит к двери ванной и слышит, как хлещет вода в душе. - Ты тут? - говорит он, постучав в дверь. Но не получает ответа. - Лори? - он сильнее приложился к двери. - Я вхожу! - он распахивает дверь и поворачивает голову влево, в сторону душевой кабинки. Там сквозь запотевшее стекло он рассматривает силуэт девушки. Бархатная кожа освежается под горячими каплями, вода огибает её бёдра и грудь. Нечёткое изображение становится чётче, когда молодая особа покидает границы стекла и предстаёт перед онемевшим парнем голой. Громкий визг заставляет его отвернуться и покинуть пределы ванной комнаты. - Тебя стучаться не учили? - я выхожу из ванной в одном полотенце, которое еле прикрывает мои бёдра. - Я стучал, ты меня не слышала. - И ты конечно подумал, что со мной что-то случилось. - Откуда мне знать, что ты глухая? - Ладно, зачем ты меня искал? - Может мы сходим куда-нибудь? - Я сейчас не поняла. Это свидание что-ли? - Хоть и свидание... - Тогда можно уточнить? - Да - Ты сейчас говоришь со мной как Марк Баррингтон, владелец Джессики Хеклин или как Просто Марк? - Я когда-нибудь говорил с тобой, как со своей собственностью? - Нет - Сегодня не исключение. Так ты пойдёшь со мной на прогулку по вечернему городу? - В свидании я вынуждена тебе отказать. Мне не нужны отношения. Сейчас. - Тогда мы идём просто на дружескую прогулку. - У меня до сих пор нет вещей. - Отлично, значит мы идём на дружескую прогулку по магазинам. - Ты любишь шопинг? - Не фанат, но по дороге мы здорово прогуляемся, а в магазине ты долго не задержишься... - Уверен? - Только если ты мне пообещаешь... - Ладно, я не долго. Но сейчас у меня из одежды пара трусов, которые ты любезно оставил среди моих вещей. - Ну рубашку, то я тебе же могу дать, а трусы... Ну прости, мне просто пришлось их оставить. - Ты проблему не решаешь. - Сейчас всё будет.

***

- Где ты взял женские джинсы? Прохладный вечерний ветер дует в лицо и откидывает назад мои русые волосы. Свет уже потускнел. Необходима окраска. Но не время. Солнце уже спряталось за высокими домами и офисными зданиями, возможно, оно ещё не зашло за горизонт, но постройки точно не дадут мне рассмотреть закат. Свет фонарей освещает алею. Сейчас темнеет рано. Середина осени. Уже близится зима, но осень выдаёт себя лишь пожелтевшими листьями. Тёплый октябрь. - Какая-то дамочка забыла их у меня дома. - Фу, я выброшу их в первое же мусорное ведро. - Вот, возле лавочки, давай выбрасывай. - Сразу после того как ты мне купишь что-то из одежды. - Ты хорошо устроилась... - Я не просила тебя выбрасывать мои шмотки. - выставленная губа, знак обиды. - Хей, ну. Я же пошутил. Всё я тебе куплю. - Вот мне интересно, а как та девушка ушла из твоей квартиры без штанов? - Эээм. Боже, я даже не думал об этом.