ГЛАВА 2
4 декабря 2016 г., 23:26
Сейчас в жизни Саши стремительно происходили перемены, и ей требовалось время, чтобы адаптироваться к новым условиям. Она отчетливо понимала желание Вики поддержать ее в сложившейся ситуации, но разделить эти переживания с ней стоило Саше огромных усилий. Ей всегда было сложно открываться перед другими людьми. Это отнимало массу сил и энергии, восполнение которых требовало последующего уединения. В такие моменты Александру нередко посещали мысли об изолированности от мира каждого человеческого существа, даже при наличии у него друзей и общения. Она на собственной шкуре ощущала это одиночество, и эту проблемность общения с другими.
***
- Отлично, - нащупав в темноте телефон, Саша отключила будильник, вновь погружая комнату в тишину. Сама же забралась под одеяло, дабы еще несколько минут понежиться в теплой кроватке. Спустя несколько секунд она ощутила на себе осторожные шаги, а через мгновение, ощутила на груди приятную тяжесть. - Что, Сонька, соскучилась? - Саша, почесала за ушком взгромоздившуюся на нее трехцветную кошку, изрядно прибавившую в весе к зиме. - Хочешь немного поваляться? – последовал следующий вопрос, ответом на который стало лишь громкое урчание. - Хорошо, еще минут 5 и встаем, - пошла на поводу у довольного животного девушка. Однако, не прошло и пары минут, как Сонька сорвалась с места и метнулась в противоположную сторону комнаты, оставляя саднящий след на груди Саши, несвоевременно выпущенными когтями. Девушка и сама непроизвольно дернулась от неожиданного телефонного звонка. - Ты уже проснулась? – бодрым, и как показалось Саше, сильно возбужденным голосом заговорила трубка. - Ты часы потеряла? – недовольно пробурчала девушка. Но подруга, игнорируя ее вопрос, продолжила: - Значит так, тебе необходимо будет сделать копии всех документов и вместе с фотками выслать на электронный адрес, который я тебе в смске вышлю. Список необходимых документов, тоже вышлю. - Притормози, подруга. Какие документы? Какие фотки? – спросонья Саша не могла никак понять, о чем идет речь. - А, совсем забыла еще резюме необходимо, - Вика, словно не слышала адресованных ей вопросов, продолжая свой монолог. Вот тут пазл и сошелся. Теперь Саше стало ясно, о чем идет речь. - Ты же мне обещала не привлекать свою маму, - проговорила Александра, садясь в кровати. – Марина Владимировна и так думает обо мне, хрен знает что, а после этого она еще больше утвердиться в правоте своих суждений обо мне. Немного помолчав, Саша добавила: - Вика, я прекрасно понимаю, что ты хочешь помочь, и я очень ценю это. Но ты ведь знаешь о наших непростых взаимоотношениях с твоей матерью, мне кажется, вся эта затея… - Саша тяжело вздохнула. – Не уверена, что это хорошая идея. - О! Поверь мне, она не просто берет тебя на работу потому, что я ее попросила. Тебе предстоит приложить немало усилий, чтобы получить это место, - многозначительным тоном заметила Вика, вспоминая прочитанную намедни матерью лекцию по этому вопросу. - Хорошо. Спасибо, - несмотря на всю противоречивость чувств, что вызвала у Саши эта новость, она пришла к выводу не принимать поспешных и необдуманных решений. Настоящее положение дел не позволяло ей отказываться от столь выгодного предложения, невзирая на то, от кого оно поступило. - Я знаю, что у тебя все получиться. Очень сильно на это надеюсь, иначе мне грозит страшнейшая кара, - жалобным тоном сказала Вика, переводя разговор в шутливое русло. Саша еще раз поблагодарила подругу за помощь, и на этом разговор закончился.***
Вика ничуть не преувеличивала, говоря о том, что ей предстоит очень сильно потрудиться, чтобы получить место в Управлении по строительству, где Марина Владимировна занимала руководящую должность. В первые два месяца она прошла, как минимум пять различных тестирований: на внимательность, исполнительность, стрессоустойчивость, сообразительность, коммуникабельность. Но это только те, которые были официально обозначены, сколько было проверочных поручений со скрытым подтекстом, Саша сбилась со счету. И у Александры складывалось впечатление, что Марина Владимировна, видя ее слабые стороны, нарочно поручала ей задания, где они могли проявиться. Будто бы зная о том, с каким трудом дается Саше общение и взаимодействие с людьми, она делегировала ей на исполнение задачи, требующие коммуникации с огромных числом работников всех подразделений холдинга. Прежде, чем совершить очередной звонок девушка старалась продумать свою речь, тратя на это немалое количество времени. Но самым сложным для нее было перебороть страх вступить в контакт с другим человеком, страх, что она не найдет нужных слов, что скажет что-нибудь не то что покажет ее некомпетентность.***
- Зайди ко мне, - отрывисто прозвучало в трубке, после чего последовали короткие гудки. Сашу дико бесило это «зайди ко мне» под конец рабочего дня. Особенно в пятницу. Обычно это оборачивалось задержкой допоздна, так как совершенно «неожиданно» появлялись срочные дела, которые требовали немедленного выполнения. Уделив минутную паузу, дабы взять себе в руки, не давая эмоциям возобладать в самый неподходящий момент, девушка направилась в кабинет руководителя. Если Александра Смирнова ставила перед собой цель, то она делала всё, что в ее силах для достижения этой цели, а девушка решила во что бы то ни стало доказать своей начальнице и по совместительству матери своей подруги, что она совсем не тот человек, за которого ее принимает Марина Владимировна. Хотя Сашу никогда прежде это не волновало, и она не стремилась кому-то что-то доказать. Но в данном случае по непонятной для нее самой причине девушке было очень важно, чтобы у женщины сложилось о ней верное представление. - Почему не все работники сдали отчеты о проделанной работе? – начальственный тон и испытывающий пристальный взгляд карих глаз, незамедлительно вогнали Александру в легкий ступор. Она судорожно пыталась найти подходящее объяснение, чтобы и самой не нарваться на замечание, и не подставить коллег, которые ввиду сумасшедшей нагрузки, выполняли более приоритетные задачи. Саша сама с трудом понимала, как можно, не будучи роботом, исполнять абсолютно все поручения Марины Владимировны, процентов 70 которых, во-первых, ставили всех подчиненных в тупик, а во-вторых, это была «работа ради работы», так как результаты выполнения этих задач никак не отражались на эффективности работы всего холдинга. - Не молчи, - чуть раздраженно проговорила начальница в повисшей тишине ее просторного кабинета, нарушаемого лишь редкими порывами усилившегося ветра. - Я не могу ответить Вам на этот вопрос, - едва слышно ответила Саша, инстинктивно, сжимаясь, ощущая будто бы пространство вокруг, стало резко сокращаться. - Очень плохо. Это твоя непосредственная обязанность – контролировать исполнение моих поручений, - надменность в голосе женщины вызывала у Саши желание провалиться сквозь землю в ту же секунду. А взгляд Марины Владимировны, словно бы свидетельствовал о ее правоте: «Вот видишь, я же говорила, что ты ни на что не годишься». - Сделай выводы и учти это на будущее, - за последние время Саша слышала эти слова, кажется, чаще, чем произносили ее имя. При малейшем промахе или косяке Марина, будто нашкодившего котенка, тыкала ее в совершаемые оплошности. В памяти были еще свежи воспоминания от ее последнего фиаско, случившегося в прошлую пятницу, когда Марина Владимировна, уехав в главный офис, поручила Саше написать письмо. Поспешив с выполнением данного задания, девушка накосячила с оформлением и выслушала целую лекцию о своей «криворукости». Саша все выходные не находила себе места, переживая о том, как будет смотреть в глаза своему руководителю в понедельник. Ведь она четко понимала, что подвела Марину Владимировну. Но как оказалось, девушка зря себя накручивала. Складывалось ощущение, что начальница и вовсе не помнит о произошедшем. Или просто не считает нужным заострять внимание на этом, рассчитывая на то, что Саша извлечет из этой ситуации урок и сделает определенные выводы. И теперь стоя перед своим руководителем, и слыша сквозящие в ее голосе нотки раздражения, Саша вновь ощутила это неприятное чувство, будто она опять подвела Марину Владимировну. Плотнее всех, взаимодействуя с руководством, в отличие от остального коллектива, Александра видела, какими усилиями дается женщине эта работа: постоянные задержки после окончания трудового дня, да и светового тоже, работа в выходные дни. И она прекрасно понимала, насколько сложен такой ритм жизни и чисто по-человечески ей хотелось как-то помочь, чтобы хоть какую-то часть задач взять на себя, таким образом, высвобождая хоть чуть-чуть свободного времени для Марины. Но очередной казус, пробуждал в ее сознании появление мыслей, которые Саша упорно проняла из своей головы. Мысли о том, что, быть может, Марина права насчет нее, может ей стоит найти работу попроще, где она будет справляться, не норовя накосячить на каждом шагу. Но нечеловеческое упорство, коим обладала девушка, не позволяло ей отклониться намеченного курса по достижению поставленной цели. За прошедшие месяцы у Саши было три или четыре полноценных выходных, работа отнимала все свободное время, оставляя лишь малую его часть на сон. Даже Вика стала немного подтрунивать над подругой, что, мол, та променяла ее на маму. - Ты сама просила меня не ударить в грязь лицо перед твоей матерью, - извиняющимся тоном парировала подобные высказывания Виктории Саша. - Ей наконец-то удалось свести наше общение к минимуму, - недовольно отвечала подруга.***
Безусловно, Марина не могла не заметить стараний Александры. Того как безропотно она выполняла все поручения женщины, лишь изредка уточняя детали исполнения задания. Невзирая на то, был ли это будний день или же работать приходилось в выходной. И в очередной раз, отчитывая девушку за ненадлежащее исполнение, она была немного обескуражена, замечая, как с каждым ее словом Александра все больше расстраивалась, в то время как во взгляде любого другого ее подчиненного в подобные моменты читалось что-то типа: «Ну вот, опять она завела свою пластинку» или «Началось». Но в Саше она не видела этой привычной надменности, которая возникала у большинства членов коллектива, когда им указывали на их ошибки. И с каждым днем женщина все чаще ловила себя на мысли, что она абсолютно не знала лучшую подругу своей дочери. Самым трудным было признаться себе в том, что представление о Саше было ошибочно. Хотя если выразиться точнее то Марина понятия не имела, как она вообще могла составить какое-то представление о человеке, которого по-большому счету не знала вовсе. В какие-то моменты она безошибочно читала девушку, как открытую книгу, видя ее замешательство при ответе на вопрос, от ответа на который зависело наказание кого-нибудь из коллег, но в то же время Саша не могла соврать, глядя Марине Владимировне прямо в глаза. Ее поистине умиляла простота и наивность девушки в некоторых вопросах. Добродушие и заботу, которые Александра проявляла по отношению к Марине, также не были скрыты от внимания женщины. Однако, о причинах подобного отношения к себе она могла только догадываться, в первую очередь рассматривая тот вариант, что она являлась матерью лучшей подруги девушки. Но было во всем этом что-то еще. Что Марина Владимировна никак не могла уловить. Этот недостающий кусочек пазла, постоянно ускользающий от нее, не давал возможности увидеть целостную картину, истинные мотивы руководящие поведением Саша. Определенно женщина была заинтригована таким положением вещей, она привыкла всегда докапываться до сути. И то обстоятельство, что эта загадка пробуждала в ней неимоверный азарт, был для нее самым очевидным фактом на свете.
