Принц и пиратка

Джонс шёл по узенькой едва заметной тропинке леса и думал о том, как же сильно может поменяться жизнь за короткий промежуток времени. Вчера ты был принцем маленького королевства, с сумасшедшим отцом и жаждал мести, а сегодня ты король разрушенного королевства, сумевший обрести… Любовь? Можно быть честным к людям и, порой, это даже легко дается, но быть честным к самому себе иногда представляется непростой задачей. Но за весь этот день, который практически весь Киллиан провел в полном одиночестве, у него было время на откровенный разговор с собой. И с легким ужасом, но также и облегчением, он вдруг понял, что никогда не любил Милу по-настоящему. Она была его страстью, его приключением и пламенем. Пламенем, которое сгорело, оставив в душе лишь жалкую горстку пепла. Но Свон — дело совсем иное. Приключения, пережитые ими, принесли изменения в его душу. И ему хотелось меняться, становиться лучше. Всю свою жизнь он ощущал себя не на своем месте, но рядом с ней это чувство исчезало. Ему нравилось преодолевать её стены, узнавать её. Хотелось стать кем-то большим, чем тот «принц-болван», которым она считала его первое время. «Бог мой, приятель, да ты влюблен по уши», — сказал ехидный голос в его голове. Он должен будет сказать ей. Он обязательно ей скажет. Но есть ли в этом смысл? Что толку в чувствах, если они не взаимны. А являются ли они таковыми — знать наверняка он не мог. Стоп. Помотав головой, Киллиан тихо ругнулся. Не об этом сейчас надо думать. Ещё неизвестно, удастся ли ему её спасти. Жива ли она до сих пор. О чувствах можно побеспокоиться и потом. Джонс подумал о разговоре, который произошёл между ним и его верными слугами в тот день, когда он сообщил о намерении спасти Эмму. *** — Я так и думала, что это скажете, — кивнула Сми, ничуть не удивленная решением Киллиана. — Надеюсь, у вас есть план? — спросила Грета. Киллиан задумался. Он знал, где находится замок Реджины. Но попасть внутрь… не самая простая задачка. — Не совсем, — признался он, — но я знаю, куда идти. А по дороге что-нибудь придумаю. — Так нельзя, — покачала головой Сми, — в отношении злой королевы лучше всегда продумать все наперед. — Ваше Величество, — подал голос конюх, которого звали Робин, — я думаю, я смогу вам помочь. — Сможешь? — Вроде того, — улыбнулся он, — вам ведь нужно попасть незамеченным в замок королевы? Есть у меня одна знакомая… *** И вот теперь, выходя на опушку леса, следуя четко по карте, нарисованной Робином и его указаниям, Киллиан достиг своей цели. Некоторое время он стоял в тишине. Относительной, разумеется. Лес был полон жизни, шумел ветер, раскачивая многовековые деревья, пели редкие птицы, и что-то шевелилось в кустах под соснами. Но тут вдалеке появилось какое-то шевеление, и к нему вышла девушка с длинными черными волосами в красном плаще. Джонс на всякий случай выхватил меч, опасаясь обмана и, направив его на незнакомку, спросил: — Кто ты? Та откинула капюшон плаща и ответила: — Красная шапочка, подруга Белоснежки. Робин послал мне весточку. Киллиан кивнул, опуская меч. Девушка посмотрела на него: — А ты, стало быть, тот самый принц? Я многое слышала о тебе. И как-то встречала. — О, я настолько знаменит? Но где же ты меня видела? Красная шапочка улыбнулась: — В таверне. Джонс вздохнул: — Мне бы следовало спросить, что такая прелестная девушка забыла в столь неподобающем месте, но боюсь получить такой же вопрос в ответ. — Именно, — хмыкнула она. — Что ж, значит, ты поможешь мне попасть в замок? — немного недоверчиво спросил Киллиан. — Помогу, — кивнула та, — только мне, пожалуй, нужно знать, зачем тебе это. Ты помогал Белоснежке, твое королевство разрушено. Ты собрался мстить Злой королеве? Последние слова прозвучали насмешливо. Джон покачал головой: — Раньше меня интересовала месть. И, возможно, в те времена я бы принял такую отчаянную попытку. Но теперь все поменялось. А в замок мне нужно, чтобы спасти кое-кого. Мою принцессу. Он сам не знал, зачем это ляпнул. Хотя сказать, что он собирается спасти Капитана Крюка, было бы вдвойне странно. — И как же мы туда попадем? — спросил он. — О, увидишь, — ответила Красная шапочка, зачем-то развязывая веревочку на плаще