Это моя жизнь

— Ты не вовремя, Хваен. Я как раз собирался поцеловать твоего брата… Глаза Сехуна стали похожи на тарелки и казалось, что они сейчас вывалятся с глазниц. — Н-нет, — начал он заикаться, пытаясь выдумать достойное оправдание и глядя на Хваен, как загнанная в угол жертва. Хотя, именно на неё он и был похож. — Это не то, что ты подумала. Хваен перевела на него озадаченный взгляд, а затем громко рассмеялась, вводя в ступор своего наивного братца. — Разумеется, не то, — еле выдавила из себя мелкая, продолжая заходиться в смехе. — Такой парень, как Кай никогда не поцелует такого, как ты. Сехун в миг побледнел и осмелился поднять глаза на Кая. Тот пристально смотрел ему прямо в глаза, лукаво при этом улыбаясь. Невольно Сехун задумался над словами Хваен. Способен ли Сехун вызвать желание у такого, как Кай? «Черт! Идиот, нашёл о чем думать!» — выругался он про себя и резко оттолкнул от себя Кая, который оставил его в покое без сопротивления. Кай грациозно прошёл к кровати и сел на неё. — Ты что-то хотела, Хваен? — спросил он у девушки, будто она была его сестрой, а не Се. Хваен восторженно посмотрела на Кая: — Да! Мама звала Сехунни. — Не называй меня так! — зарычал Сехун. — Иду. Сехун вышел из комнаты, по пути задев Хваен плечом. — В чем дело? — недоуменно спросил Сехун, когда вошёл в комнату и застал там Кая и Хваен в том же положении, что и оставил. Вот только и Кай, и сестра выглядели задумчиво, будто обсуждали сейчас что-то важное. — Ни в чем, оппа! — порывисто бросила Хваен и убежала. Сехун удивлённо взглянул на Кая. Тот уже наклеил на лицо улыбку, и младший понял, что от него ничего не добиться. Но неприятное ощущение, что от него что-то скрывают, осталось. — Зачем мама звала? — спросил Кай, с ногами забираясь на кровать и усаживаясь удобнее. — В кладовой нужно было забить полку, — бесцветно отозвался Сехун. — Понятно. Прошёл час. Все это время Сехун пытался сосредоточиться на уроках. Ему с трудом давались технические науки, а потому задачи по физике вгоняли его в бешенство. Но все осложнялось тем, что вдобавок к собственной беспомощности в борьбе с гранитом науки, Сехун был вынужден слышать смех Кая, вызванный просмотром видео на телефоне, который изрядно надоел и мешал ему. — Ты не мог бы смеяться тише? Ты мне мешаешь, вообще то! — злобно процедил он. Кай удивлённо взглянул на него. — Нет. Если я смеюсь, то смеюсь громко и от души, — беззаботно отозвался он, поселяя в душе Сехуна стойкое желание его убить. — Ты должен учитывать то, что находишься в моей комнате и мешаешь мне учиться, — как можно спокойнее сказал Сехун. — Я никому ничего не должен, — также невозмутимо продолжал Кай и снова окунулся в цифровой мир своего смартфона, откуда его вытащил Сехун. Несколько секунд Сехуну понадобилось, чтобы утихомирить бурю ярости внутри. Ему хотелось крушить и ломать все, что он видит. Но, к сожалению, он не из тех, про кого говорят: «Он страшен в гневе». Вместо того, чтобы дать Каю хоть какой-то отпор, он вскочил из-за стола и резко собрал все свои учебники и тетради в рюкзак. Его руки дрожали от гнева, а голова гудела. Закрыв рюкзак, он вышел с комнаты, хлопнув дверью. Кай даже не вздрогнул. Он усмехнулся. — Какие же мы обидчивые, — саркастично произнёс он в пустоту и встал с кровати, откинув телефон подальше. — Успокоился? — спросил Кай, когда младший зашёл в комнату. Выглядел он вполне спокойным, а значит, уже пришёл в себя и не злился. — Да, — буркнул в ответ Сехун. Сейчас ему казалось, что зря он так вспылил. — Тебя не было два с половиной часа, — заметил Кай, глядя на свои Rollex на запястье. — Где ты был? — Тебя это не касается, — Сехун снова начинал злиться. Этот парень при одном только взгляде на него вызывает в младшем кучу эмоций. И Сехун никак не мог определиться со своим впечатлением о нем. Кай коварно ухмыльнулся: — А хотел бы, чтобы касалось? — Что? — Сехун удивлённо обернулся к нему. Вопрос Кая застал его врасплох. — Кем я должен стать для тебя, чтобы меня это касалось? — продолжал Кай ухмыляться. Он смотрел на Сехуна и ему так хотелось снова вывести его из себя. Ему действительно казалось, что в гневе младший становится красивее и сексуальнее. Но все пошло не так. Кай удивлённо вздёрнул бровь, заметив, как к щекам Сехуна приливает кровь и как он смущённо отвёл взгляд. — Ты не обязан никем для меня становиться, — ответил Сехун спустя несколько мгновений. И тут же подумал, что сморозил глупость. «Не обязан?! Господи, я кретин! Ну кто на подобное отвечает именно так?!». Он боялся взглянуть на Кая, боялся снова столкнуться с насмешкой в его глазах. — Не обязан, — легко согласился Кай, заставив Се разочарованно выдохнуть, — но я хотел бы… Сехуну показалось, что его сердце решило пробежать марафон, ибо бешено забилось, норовя разорвать грудную клетку. — Не шути так, Кай, — наконец набрался он смелости ответить, — ибо это вовсе не смешно. Кай не ответил. Вместо этого он встал с кровати и, бросив «я в душ», вышел с комнаты. Сехун прошёл к кровати и упал на неё, зарываясь лицом в подушку и наслаждаясь теплом Кая, которое она ещё сохранила в себе. Что же с ним происходит рядом с этим слишком красивым и совершенно непонятным парнем? Он ему нравится, но в то же время Кай вызывает в нем желание убить его. К тому же, Сехун уже любит другого. Но почему рядом с Каем о Лухане ему думать совсем не хочется?