Город дыма. Антиникотин

«Если в городе становится слишком много дыма, кто-то должен стать Антиникотином. Тем, кто вытащит из нор всех темных курильщиков, выходящих на дело под покровом ночи», — думал Ник, скрываясь за углом здания в подворотне у ночного клуба. Привычный капюшон серой толстовки пока скрывал его лицо лишь наполовину. Для поиска улик не требовалось надевать маску с перечеркнутой сигаретой в красном круге. Да и вряд ли такой маскарад напугал бы ту тварь, за которой он пришел наблюдать. Вернее, предполагал, что это «та тварь», а не очередной обколотый панк. Несколько раз Ник уже ошибался, выслеживал не тех. Но знал: однажды монстр наверняка появится. Хотя какой монстр? Человек. Точнее, когда-то им считался. Первый раз чудовище показалось возле палатки с хот-догами. Тварь медленно пережевывала их, с наслаждением рассматривая стекавший по пальцам дешевый кетчуп. Наверняка так же он смотрел на кровь, представлял, что совсем скоро кого-то убьет. Эта мысль пьянила его. И в тот раз маньяк скрылся от Антиникотина, накинул маскировку из снующей толпы, слился с ее шлейфом, незаметно глумливо вытирая о чье-то пальто жирные пальцы. В тот вечер кто-то умер… Наверняка кто-то умер, не дождался помощи от того, кто почти перехватил чудовище! Слишком отчетливо в воздухе смердело кровожадное предвкушение. Полиция не сообщала обо всех неопознанных изуродованных телах. Ник предчувствовал, что его долго будет грызть мысль о том незнакомце или незнакомке, которых он не защитил. И вообще обо всех, кого он не успевал спасти… А кого и когда успевал? Единицы. За что и ненавидел себя. Но еще больше — неуловимого маньяка. В следующий раз тот появился возле ночного клуба на территории старого завода. Белые сосульки длинных волос свисали на узкое лицо, не скрывая накрашенные сине-сизые губы, а сухопарая высокая фигура была затянута в кожаные штаны и кожаную куртку, разумеется, тоже черные. Идиотский вид гота или металлиста лишь отвлекал внимание. Зато желтые глаза не лгали. По крайней мере, они не могли обмануть Антиникотина. Но, похоже, обычные люди не всегда распознавали опасность. Так уж повелось, что представителями субкультур интересовались восторженные подростки. Бомж у трассы вызывал отторжение и ощущение опасности, брутальный качок из спортзала — тоже. Зато тощий панк-металлист напоминал наивным деткам любимых исполнителей. Глупые девочки порой летели на встречу с ним, как мотыльки на огонь. На последних монстр и охотился, на девушек лет шестнадцати-восемнадцати, очевидно, караулил их возле ночных клубов. А потом около железнодорожного полотна находили свежие изувеченные трупы. Что омерзительнее всего: на телах жертв замечали следы зубов. Следы человеческих зубов. А еще зачастую не хватало целых кусков плоти. «Уничтожить!» — Ник давно вынес приговор этому цепному псу, сорвавшемуся прямо из ада. Желтые глаза — то ли от линз, то ли следствие какой-то болезни — выдавали в нем настоящую тварь, выползня, пусть родился он когда-то и человеком. И не в цвете было дело, а в том, как хищно он высматривал своих жертв. Но, кажется, подозревал, что и за ним следят, поэтому каждый раз мастерски скрывался. — Проклятье! — только срывалось с губ Антиникотина под маской, когда он в очередной раз терял из виду тварь. «Мне нужны улики, больше улик и больше звеньев цепи», — скрежетнул зубами Ник. Он уже вывел закономерность, написанную кровью: перед очередным убийством тварь съедала хот-доги в ларьке на оживленной улице. И там же бесследно исчезала. Хотя, казалось бы, с такой-то внешностью… Но нет. В Городе Дыма хватало странных типов, отчужденных и искаженных, под стать небоскребам и бесконечным артериям магистралей. Наверное, Ник в своем образе Антиникотина скрывался так же. Только взаимная скрытность никак не помогала. Да и хот-доги ничего не доказывали. Может, тварь просто любила пожрать жирного. Любила хот-доги не меньше… человечины. Но именно привычка поедать их в строго определенном месте позволяла вычислить его. Каннибал с ОКР — странное сочетание. Но у твари явно сложился ритуал. Значит, и ночные клубы он выбирал неслучайно. Так Ник и пытался почти каждую ночь вычислить, где именно тварь караулит жертв. Монстр наверняка скрывался в готических клубах, где мог сойти за своего, где его не могли вычислить с первого взгляда в толпе относительно безобидных фриков. «Все, что я о нем знаю… Мало, слишком мало», — думал Ник, упрямо глядя на дверь очередного ночного клуба. Он караулил уже не первый раз, надеясь однажды проследить путь и разделаться с тварью. По-своему, без волокиты правосудия, которому требовалось слишком много улик и доказательств. Только вот никто не появлялся. В эту ночь снова никто не появился, хотя, казалось бы, все указывало на этот готический клуб: устроенный в лофте бывшего завода, он удобно располагался недалеко от железнодорожных путей, около которых чаще всего и находили тела. Если их, конечно, не перемещали откуда-то еще. Но вряд ли. Вряд ли чудовище так заморачивалось перед «трапезой». «Чего-то не хватает. Выводов, логики, сопоставления фактов. Думай!» — злился на себя Ник, под утро плетясь домой, вернее, в очередную съемную квартирку с потертыми обоями. Возможно, удалось бы пару часов поспать перед двенадцатичасовой сменой на работе. Администратор зала магазина днем и Антиникотин — ночью, так он и жил, так он и вел свою скрытую борьбу. Хотя иногда расследования требовали больше времени, и Ник бросал работу, а после завершения искал новую. И теперь дело каннибала тоже требовало от него все большей концентрации. «Что если я выслеживаю вообще не того?» — закрадывались сомнения после каждой неудачной ночи. Возможно, он просто следил за парнем с ОКР, который ел хот-доги в одном и том же месте. — Не желаете свежую газету? — спросила пожилая женщина у входа в метро, когда Ник ехал на работу, уже не детектив-Аниникотин, а просто потрепанный осунувшийся мужчина с рано появившимися залысинами на лбу. Самый обычный. Он мог бы остаться безучастным к новостям, мог бы и не брать газету, в конце концов, в вагоне он надеялся немного подремать. Но на первой же полосе красовалась надпись: «Новые убийства потрясли город». И снова сон иссяк. Ник вцепился в серые страницы, жадно вчитываясь в колонки газеты, выискивая тайный смысл между строчек и на размытых зернистых фотографиях с замазанными следами крови и людоедства. Он сличал расположение зданий, сопоставлял адреса и постройки с картой города, отпечатавшейся в памяти в мельчайших деталях. Не то, все не то. Да, снова убийство произошло у железнодорожных путей, снова недалеко от лофтов бывшего завода. Но, проклятье, Ник облазил уже все клубы в этих лофтах. И снова опоздал, снова прождал всю ночь напрасно! Пока где-то в другом месте совершалось чудовищное преступление. И он уже в сотый раз проверял каждый из клубов. Благодаря одному другу-хакеру даже подключался к камерам наблюдения в некоторых — тщетно. Он упускал некий основополагающий момент: тварь поедала хот-доги не каждый день, не каждый день происходили убийства. Так с чем они согласовались? С лунным затмением? С кочевьем китов в мировом океане? В голове психа мог существовать и собственный неуловимый календарь. Но что-то подсказывало: время и место связаны. «Я в тупике, и я туп. Получается, так», — саркастично ненавидел себя Ник. Другой бы уже сто раз отдал расследование на откуп полиции. В конце концов, доблестные люди в форме охотились и за ним, за его альтер-эго, Антиникотином. Но нет, если уж поклялся самому себе очищать город от дыма, иначе нельзя. Нельзя было с самого пожара, в котором погибла его семья. Тогда-то он понял, в чем кроется зло… дым, все поглощал дым. Тогда-то он, наверное, и сошел с ума. И псих охотился за психом. Возможно, стоило признать это, отпустить факты в вереницу вероятностей. Посмотреть под другим углом. Ник задумчиво перевернул газету вверх тормашками, издеваясь над своими глупыми мыслями. Потом вернул нормально положение и уныло перелистнул несколько страниц. Писали про глобальные потрясения, политику, изменения климата и прочую муть, которая никак не помогла бы в расследовании. Внизу серых страниц аляповато теснились полосы с рекламными объявлениями. «Покупайте дома в коттеджном поселке», «Инвестируйте в акции технологических компаний», «Пейте лучшую газировку»… Лучшую… наверное, из дыма. Ник даже скривился, бессмысленно изучая слоганы. «Читайте новый бестселлер Мэри Нели. Скоро выходит экранизация!» — упал взгляд на яркий цветной баннер-перетяжку, раскинувшийся на добрую половину газетной страницы. Бестселлер для подростков, судя по яркому дизайну, беззаботная книжка для беззаботных детей, любящих страшные сказки. На обложке некий тип с белыми волосами и желтыми глазами, затянутый в черный кожаный костюм, сжимал острый меч с магическими искрами вокруг. Тип с желтыми глазами… И он болезненно напоминал людоеда с устланных дымом ночных улиц. «Сказания о черном пауке», — прочитал Ник на обложке, припоминая и предыдущие рекламные объявления, связанные с этой серией. История повествовала про некого фэнтезийного супергероя, который восстал из пепла, чтобы спасать невинных. Как-то так. До чего же тварь извратила этот образ. Или просто тварь теперь мерещилась в каждой картинке? Образ… Да, он же совершенно точно воспроизвел героя с обложки! И тогда-то в сознании Ника молнией пронеслось озарение. Сложились фрагменты мозаики: «Косплееры! Он ходит не по ночным клубам, а по фестам косплееров!» Действительно, где еще собиралось немало юных наивных дев, которые не видели в неестественно раскрашенном типе ничего опасного? Там, где все были раскрашенными. Да еще тип изображал любимого подростками персонажа, возможно, девичью мечту во плоти. Косплееров никто не считал угрозой, у них редко проверяли документы, в отличие от панков и байкеров, даже если на фестивали допускали тоже по документам. «Сколько же их… копируют образ героя. Который из них маньяк? Белый парик — да, наверняка найти белый парик несложно. Или покрасить свои патлы. А если это не он? Если все так совпадает?» — думал Ник вечером, нервно листая ленту поисковых запросов, связанных с косплеем героя «Сказания о черном пауке». Если потребовалось бы, Ник был готов шпионить за каждым косплеером. К счастью, ему для слежки за кем-то хватало только собственных опасений. Ему не требовался ордер, не требовалось ничье одобрение. «Конечно, и время совершения преступлений… Это время косплей-фестов в лофтах! Вот его расписание, вот почему преступления стали происходить все чаще: все связано с выходом книги. Лучше бы Мэри Нели вообще ее не писала. Хотя он нашел бы себе новый образ, украл бы облик нового героя», — с яростью выстраивал полную картину Ник. Тип сливался с толпой вовсе не готов, а любителей примерять на себя образы других персонажей. И примерное место Ник вычислил верное, заплутал только среди лофтов гигантского бывшего завода, ныне превращенного в выставочные павильоны и клубы. Значит, тварь бродила где-то совсем рядом, пока Ник бессмысленно торчал то у одного клуба, то у другого. «Дело почти раскрыто. Я знаю, кто он! Теперь надо как-то его поймать», — подумал Ник, проверяя нож под толстовкой, и недобро скривился: тварь умела скрываться так же, как и он, незаметно, неуловимо, растворяться в темноте подъездов и чердаков. Существо отлично знало Город Дыма, существо само состояло из дыма, как легкие курильщика. И в один миг стало слишком много дыма. Значит, близился час Антиникотина. И Ник не медлил. Он шутливо посетовал, что не может пойти на фест в косплее самого себя. Антиникотина, ставшего тоже почти городской легендой. Впрочем, Ник не искал такой славы, только проверял, чтобы его личность не раскрыли. Но он все еще оставался инкогнито, а вот людоеда предстояло вычислить в толпе косплееров. Казалось, не так уж это сложно, когда слишком отчетливо помнишь хищный блеск глаз и жадность порывистых движений. Такое нельзя сыграть, нельзя постоянно оставаться в сценическом образе. По крайней мере, Ник наделся, когда сверялся с днями проведения фестиваля, отчасти посвященного выходу экранизации бестселлера. Догадки подтвердились, когда у ларька с хот-догами никто не появлялся до самого дня проведения слета косплееров. Ник пристально наблюдал каждое утро и только в день фестиваля снова увидел тварь с желтыми глазами. Снова монстр с наслаждением вгрызался в булку с сосиской, а густой кетчуп стекал по его длинным пальцам, как свежая кровь. Обычное поедание хот-дога значило для него куда больше, чем для нормального человека. Ник испытал немотивированное желание кинуться с ножом на монстра прямо посреди толпы. Вряд ли людоед ожидал такого развития событий. Но тогда бы полиция наконец-то поймала Антиникотина, а тайна кровавых убийств осталась бы нераскрытой, и тварь считали бы несчастной жертвой. Так и бывает, если появиться не в том месте, не в то время. Если напасть первым, чтобы пресечь кровопролитие до его совершения. «Снова исчез! Чтоб его!» — молча выругался Ник. От волнения даже дергался глаз, но не оставалось сомнений, куда теперь направиться, кого теперь караулить. Фестивали косплееров проходили чаще всего утром и днем, по крайней мере, не до поздней ночи. И в этот раз вокруг обширного выставочного павильона толпился народ. Ник опасался, что снова без толку будет караулить у дверей. К счастью, существовал всего один выход из павильона, где и досматривали гостей. «Вход в качественных костюмах со скидкой» — гласила надпись над дверьми, и возле нее тонкой струйкой текла толпа крайне причудливо одетых персонажей, то есть участников фестиваля. Ник потряс головой от их пестроты и неоднородности. «Который из них?!» — с ненавистью думал он, когда заметил уже не первого косплеера в образе героя из книги Мэри Нели. Маньяк еще и неплохо подгадывал время под выход новых томов, когда никто не сумел бы отличить его от десятка таких же высоких тощих парней, только вполне безобидных. Возможно, он менял образ по мере выхода новых бестселлеров, будоражащих умы юных читателей. И так сливался раз от раза с толпой подражателей выдуманным героям. Ник всматривался в лица… одного-второго-третьего. Все шло не по плану! И легко, конечно, ничего не давалось: у половины глаза скрывали белые парики, поэтому терялся и хищный блеск. Да еще бдительная охрана могла что-то заподозрить насчет хмурого мужчины, который неведомо зачем слонялся у павильона без всякого косплея. — Ваш билет, — вскоре послышался над ухом голос контролера. Видимо, Ник подошел слишком близко к дверям. — Извините, билета нет. Надеялся, может, у кого-то лишний найдется, — тут же придумал легенду Ник. — Покупайте билеты на официальном сайте, — пожурил контролер. — Интернета дома нет, из прошлого века прибыл, — отшутился Ник с деланной беззаботностью и постарался слиться с толпой. Так он и проторчал весь день, проверяя с разных сторон павильон, убеждаясь, что другого выхода из него не существует. А внутри гремела музыка, объявляли номинантов на премии за лучший костюм, лучшее дефиле в образе, потом шла презентация книги и встреча, похоже, с самим автором. Может, в этот раз маньяк задумал убить саму писательницу? Хотя вряд ли. Ведь он выбирал себе для истязания неопытных наивных девушек. Ближе к середине дня группка таких, весело щебеча, вышла из дверей павильона. Весенний вечер ласкал их нежные локоны, округлые разгоряченные щеки лучились румянцем. Во всем их радостном и воодушевленном образе только распускался бутон самой жизни. Жизни, которую кто-то мечтал оборвать. — Все… надо подышать. Как же там много народу, — жаловалась одна из девушек. Они расположились на лавочке в маленьком сквере у павильона. — Как же это было здорово, сама Мэри Нели, — чирикала вторая, садясь на лавочку рядом с подругой. И они весело болтали, пока Ник наблюдал за ними через край газеты. Возможно, случай, а, возможно, чутье подсказывали ему, что они не просто так столкнулись у входа в павильон. — А потом он звонит мне и говорит: «Добыл я тебе маленького жирафика Йосю». А-ха-х, представляешь? — радостно вспоминала о ком-то одна из девушек. Медноволосая красавица с зелеными глазами, она выглядела словно фарфоровая кукла с витрины антикварного магазина. И сквозила в ней такая же хрупкость, отчего у Ника тоскливо сжалось сердце. Скольких фарфоровых куколок он не успел спасти? О скольких написали газеты? О скольких не написали? Кошмар тянулся давно. Все началось пять лет назад, в год выхода первой книги цикла «Легенды о черном пауке», с началом фанатского движения и связанных с ним фестов. Похоже, маньяк неправильно истолковал идею книги о возрождении из пепла или намеренно извратил ее, возможно, даже не читал, просто выбрав себе нетривиальную маскировку. Хотя нет, похоже, он прекрасно знал всех идолов поп-культуры. — Того самого, с феста? Правда? Я думала, их всех разобрали еще на промо! — вторила подруга медноволосой девушки. — Да-да! Того самого! — повторяла фарфоровая красавица. — Мы встретимся сейчас, после фестиваля. Подождешь со мной? — Ой, да мне пора, уже звонила мама, — улыбнулась подруга и хитро поддела: — И не буду вам мешать, жирафики. «Жирафик Йося, забавно. Надеюсь, это был просто твой парень, а не случайный знакомый из клуба или с феста, которому ты поверила за жирафика. Очень надеюсь», — подумал Ник, втягивая вечерний воздух, как пес, взявший след. И вот тогда появилась тварь на пороге павильона… В белом парике и с плюшевым жирафом в руках. А ему навстречу кинулась та самая наивная девушка, радуясь новой игрушке то ли из какого-то комикса, то ли из мультфильма. Только вот жизни не напоминала добрые истории с плюшевыми жирафами. — Пройдемся? — радушно предложил монстр, жутко оскалив в ложно-сладкой ухмылке мелкие зубы. И под руку повел спутницу в сторону железнодорожных путей… К счастью, упоенный своей новой игрой с жертвой, он не заметил нарочито уткнувшегося в газету неприметного мужчину на лавочке. Зато Ник все видел, все слышал, все ощущал на уровне колебаний воздуха. И под толстовкой ожидал своего часа нож возмездия. Возможно, один псих из Города Дыма просто преследовал косплеера. А, возможно, псих преследовал маньяка. Ник принимал любой исход. «Может, я ошибаюсь? Как бы я хотел ошибаться! Но зачем тогда ему идти с девушкой вдоль железнодорожных путей? Нет, не уйдет! Вот теперь не уйдет! — понял Ник, натягивая маску и кидаясь следом за людоедом вдоль вечерних переулков. — Жирафик Йося, жирафик Йося… Не верьте каждому, кто дарит вам жирафиков. Жирафики, игрушки — все приманка, мишура для маскировки дыма. Настало время Антиникотина».