Сны Юпитера. Пробуждение

      Да, он выпил сегодня после тренировки два стакана виски и за столом опрокинул в себя несколько рюмок водки. За это время алкоголь почти выветрился из головы, но Стас всё же боялся, что мысли не позволят сосредоточиться на дороге и он создаст аварийную ситуацию. Как назло, хотелось сегодня мчаться на полной скорости и нарушить все правила дорожного движения. И от греха подальше он свернул на дорогу, ведущую на Дальний пляж: там и днём-то народу почти нет, в это время тем более должно быть безлюдно.       Езда успокоила его, мысли прояснились, и парень сбросил скорость. В поле зрения попал одинокий чёрный байк на берегу, показавшийся ему знакомым, и сердце забилось чаще: «Вроде на таком катается Катя. Или просто похож издалека, с чего бы ей здесь быть? Накручиваю…» Подъехав поближе, понял, что чутьё не обмануло: так и есть — это мотоцикл Зотовой. Но девушки рядом не было видно.       Он припарковался рядом и вскочил с байка, озираясь вокруг. Заметив на берегу девичью фигурку, он с облегчением выдохнул и бросился к ней:       — Катя!       Зотова сидела на песке, обхватив руками колени, щиколотки её ног тонули в воде. Временами подкатывала волна и мочила штанины брюк, но девушка словно не замечала ничего. Она смотрела на отражение луны в воде и даже голову не повернула при появлении парня, не удивилась, будто его присутствие здесь подразумевалось. В голове только пролетело: «Как и я, ищет утешение в байке. У дураков мысли сходятся».       Стас тоже сел на песок, снял кроссовки и поставил рядом с её ботинками. Он не знал, с чего начать разговор.       — Ты слышал сказку о девушке на луне? — Катя сама нарушила тишину.       — Да вроде, — отозвался парень. — В детстве, но плохо помню.       — А её так достали все на земле, что она захотела свалить. Вот бы тоже смотаться.       — Чтоб не видеть таких, как я? — усмехнулся Баск.       Зотова соизволила взглянуть на него и грустно улыбнулась, заметив у парня под глазами синие круги. «Бедный… Как он похудел…»       — Катюш, — он несмело взял её руку, поднёс к своим губам. — Прости меня, малыш, прости…       — Стас, — она усталым голосом прервала его. — Хватит извиняться. Я сто раз это слышала.       — Хорошо, не буду больше.       — Свадьба уже закончилась? Рановато.       — Да нет, ещё гуляют, — пожал плечами парень. — Мне просто надоело, и я решил покататься.       — И жена тебя так просто отпустила?       — Я у неё не отпрашиваюсь.       Как бы не старалась держать себя в руках, Зотова не выдержала и захныкала.       — Малыш, ты чего? Ну не надо, — он привлёк её к себе. — Это всё не стоит твоих слёз.       — Почему, Стас? За что всё это нам?       — Потому что я идиот. Безответственный болван.       — Нет, Стас, ты же не знал… Так получилось. Я не должна была обвинять тебя.       — Я не злюсь на тебя.       — Я не хочу вставать между тобой и твоим сыном. Я не могу допустить, чтоб у ребёнка не было папы рядом. Я же видела по Ольге, как ей без отца трудно было.       — Я знаю, малыш, знаю.       Под предлогом вытереть слёзы Баск гладил пальцами её щёки, касался скул губами, ожидая, что оттолкнёт.       Но она не оттолкнула. Более того, закрыв глаза, потянулась губами к его губам, требуя поцелуя. И он не мог ей не ответить.       Лаская губами её дрожащие губы, он оправдывал себя тем, что всего лишь хочет успокоить девушку. Но лёгкие прикосновения её ладоней переросли в лихорадочную ласку, и близость её тела, как и всегда, вскружила голову, опьянила разум.       Они спешно начали снимать с друг друга одежду. Небрежно стянутая куртка приземлилась рядом со сброшенным пиджаком, к ним же полетели его футболка и её майка.       Стас жадно целовал девушку, второпях стаскивал остатки одежды с себя и с неё, а она только сильней льнула к нему, позволив соскучившимся по любимому телу рукам наслаждаться гладкостью и теплом его кожи.       О том, что она уже не имеет право на Стаса, девушка старалась не думать. О ней-то кто думает и переживает? Оксану ни капельки не волновало, что нагло разрушила её со Стасом отношения, используя ребёнка. Вполне справедливо, что Стаса она сегодня не получит.       Любить его последний раз… Не так уж много она хочет на прощание. Больно и невыносимо осознавать, что впереди между ними разлука. В целую жизнь.       Но сегодня она не будет об этом думать. Не сейчас, когда Стас жаждет её тела, не сейчас, когда она желает его близости. Это напоследок…       А парень даже и не думал переживать по этому поводу. Его жена никаких прав на него не имеет: он и не собирался делить с ней одну постель.       Все проблемы остались где-то там, в городе, а этот пляж был для них оазисом посреди пустыни несправедливости.       Никогда ещё она не отдавалась ему так, до потери последней капли разума, словно хотела этим вернуть ему свою любовь.       Никогда он не любил её так бережно, даже в их первый раз: тогда он ещё не до конца осознавал, как сильно она ему дорога, что когда-нибудь может потерять её.       Влажный песок был им постелью, тёплые волны укутывали их тела, словно пытались успокоить, убаюкать. Слёзы на её щеках перемешивались с брызгами воды.       Получая странно-мучительное удовольствие от его ласк и поцелуев, будто вдалеке слышала его голос и с трудом разбирала слова, но слышала сердцем:       — Я… люблю… тебя…       Она смотрела в его глаза, и он в них за пеленой страсти читал ответное признание, и ему даже не нужны были слова. Её стоны, её трепещущее тело в его руках говорили лучше всяких слов.       …Они лежали рядом на теплом песке, приводя в норму дыхания, не стесняясь наготы перед полной луной. Парень нащупал джинсы и вынул из кармана сигареты.       — Только не говори, что жалеешь, — закурив, он повернул к ней голову и запечатлел на её губах нежный поцелуй.       — Не сегодня, — прошептала она, наслаждаясь вкусом его губ, словно они не пахли противно табаком.       Поднявшись, девушка не начала одеваться, а неспешно вошла в воду. Обернувшись, она улыбнулась парню:       — Искупаемся?       Он улыбнулся ей в ответ и, затушив недокуренную сигарету в песке, бросился в воду. Догнав девушку, парень поднял её на руки, вызвав у неё смех и брызги на воде. И он снова отыскал губами её губы, жадно впился, словно не минуту назад оторвался от них.       Вопреки всему эта ночь и эти волны будут принадлежать им, и он всю ночь будет любить её под серебристыми лучами луны.       …Над рекой задребезжал рассвет, когда молодые люди покинули пляж. Они сели каждый на свой мотоцикл и поехали в сторону Катиного дома.       …Зотова прислонила свой байк к невысокой оградке возле скамейки.       — Езжай уже домой, Стас, — устало сказала она, подойдя к Константинову, который остался сидеть на мотоцикле. — Уже рассвело.       — Так не хочется отпускать тебя, — он с грустью смотрел ей в глаза и гладил ещё влажные пряди волос.       — Не нужно, чтоб лишний раз нас вместе видели. Сам понимаешь…       — Я уеду. Только не теряйся, хорошо? — поцеловал он её в висок на прощание. — Ты мне нужна.       Девушка коротко кивнула.       — Я люблю тебя, малыш.       «И я люблю тебя, Стас, но мне лучше держаться от тебя подальше». Но сегодня так и быть, пусть тешит себя надеждой.       И, глядя отъезжающему парню вслед, прошептала сквозь слёзы:       — Прощай, Стас…