Без границ

POV Кларк

Отпустив теплую ладонь Лексы, я почувствовала холод, который окатил мою руку, а потом и всё тело. Только сейчас заметила, что я дрожу от холода. Всё-таки на улице ноябрь, и погода не может тебя радовать в пять или шесть часов утра. ― Ты замерзла, Кларк, ― сказала Лекса. Взглянув на неё, увидела синие губы. Наверно, я выглядела так же. Из-за холода я уже перестала чувствовать пальцы на ногах, даже и на руках они уже замерзали до ужаса. Мокрая одежда неприятно прилипала к телу, и я чувствовала, как капли скатываются по моему телу. Это мерзко. Убрав прилипшую прядь волос с лица, сказала: ― А ты нет? ― Терпимо. ― Мой… мой дом находится в нескольких кварталов отсюда. Хотя я не уверена. Где мы вообще? ― мой голос начал подрагивать от холода, и Лекса неодобрительно скривилась. Развернувшись, она осмотрела причал, потом то, что находилось у меня за спиной. ― Думаю, мы с другой стороны моста Манхеттена, а если точнее, то мы на причале Уотер-стрит. ― Далековато. ― Лекса кивнула. ― Где ты живешь? ― На Форт Грин. ― Мда… Как бы тебе этого не хотелось, но нам нужно угнать машину. Пешком мы не дойдем, а скорее замерзнем на полпути. ― Я согласна с т-тобой. Но... нас не будет преследовать полиция? ― Нет, если всё сделать правильно, то нет. ― Честно, мне даже не хочется знать, откуда ты умеешь вскрывать машины. ― На эти слова Лекса лишь хмыкнула и направилась к началу причала. Как только она отошла, я увидела лужицу крови на том месте, где она стояла, а после кровавые следы. Господи, она ранена! ― Стой! Остановись! ― Что? ― Что у тебя с ногой? ― Лекса скривив брови, наклонилась и посмотрела. ― Черт… ― Взглянув на её левую ногу, я увидела длинный разрез от голеностопа до колена. ― Боже, Лекса! Тебе срочно нужно в больницу, это глубокая рана. ― Нет, Кларк. Это просто рана. Мы не поедем в больницу. ― Но… ― Нет, ― её голос был внушительным и серьёзным, ― мы вскроем машину, сядем в неё, доедем до твоего дома, а дальше — посмотрим. Я хотела начать спорить с ней, но почему-то была уверена, что она выиграет. Её глаза были наполнены болью, и мне казалось, что она очень многое держит в себе, а скорее даже скрывает чувства. ― Ладно. ― Пошли, ― сказала Лекса и, развернувшись, пошла. Если присмотреться, то можно увидеть, как она прихрамывает. Выйдя с причала, мы наконец-то оказались на дороге. Здесь было не так холодно, как там, ветер не был таким сильным и не пробирался под одежду. Обняв себя руками, я спросила: ― Ты видишь хоть одну машину? ― Да. ― Я повернулась в сторону Лексы и увидела вдалеке старую ауди. ― Сойдет, хоть что-то. Лекса резко развернулась и с вопросительным лицом посмотрела на меня. ― Ты что, и выбирать еще вздумала? ― Я улыбнулась. ― Нет. ― Тогда пошли. Скоро начнет светать, нас могут увидеть. ― Хорошо. Добежав к машине, мы тихо обошли её, и Лекса присела у водительских дверей, я услышала тихий всхлип. Видимо, ей было больно, но она об этом молчала. ― Что ты будешь делать? ― шёпотом спросила. ― Заткнись. ― Нахмурив брови, я посмотрела на её затылок, но больше ничего не говорила. Её просьбы были утвердительными, нарушать их вовсе не хотелось. Ведь я видела, что пистолет был у неё засунут за пояс. Удивительно, как она его не забыла? Отвернувшись, я еще крепче обняла себя и почувствовала некую боль во лбу. Подняв руку, я легонько дотронулась кончиками пальцев ко лбу: посмотрев на них, увидела кровь. ― Только этого не хватало. ― Что? ― спросила Лекса. Боже, как она вообще это услышала, если я бормотала про себя? ― Ничего. ― Иди сюда. ― Ты уже? ― Она повернулась ко мне, и её одного взгляда хватило, чтобы я молча подошла к машине. Она медленно встала и, дернув дверями, открыла их. Перегнувшись через салон, Лекса открыла мне вторую дверь. ― Садись. ― Ты же заведешь её без ключей? ― Нет необходимости. ― В смысле? ― У того человека, у которого не стоит сигнализация, должны быть ключи в машине. ― Уверена? Пока мы говорили, Лекса шарила по всем возможным места. Бардачок, пол, сиденья сзади, вот она потянулась к козырьку, и, открыв его, на неё свалились ключи. ― Уверена. Заведя машину, мы двинулись с места. ― Как твоя нога? ― Нормально. ― А руки? Выглядят они не очень. ― Ты всегда такая разговорчивая? ― Ты выглядишь дружелюбной и…. ― Что? ― Мне хочется узнать тебя лучше. ― Понятно. Со мной всё в порядке. Как твой лоб? Он, знаешь… тоже не в лучшем виде. ― После этих слов на её лице промелькнула улыбка, и я даже обрадовалась, что она немного повеселилась. ― Жить буду. Нам обеим нужна медицинская помощь. ― Думаю, ты справишься. ― Ага, так же как и ты. Выехав на мост, я занервничала и заметила, как Лекса сжала руль. ― Всё будет в порядке, да? Через длинную паузу Лекса тихо ответила: ― Да. ― Думаю, я больше никогда не смогу спокойно ездить по мостам. ― Думаю, я тоже. Преодолев мост, мы немного расслабились, не знаю как Лекса, но я почувствовала облегчение, когда мы заехали уже на знакомое мне шоссе. ― Ты знаешь, как доехать? ― Ага. Весь оставшийся путь мы ехали в тишине, и это не оттого, что нам не было что обсудить, а наверное потому, что мы переваривали всё происходящие. Думаю, не каждый день на тебя наставляют пушку, потом ты как в кино гонишься на машине от неизвестных людей, а они стреляют по твоей машине, а в итоге вы слетаете с моста. Мда, кому бы я это ни рассказала, никто не поверит. Солнце уже взошло, и улицы стали светлее. Нагревшись в машине, мне совсем не хотелось выходить на улицу, но остаться здесь мы не могли. ― Здесь направо, а потом в конец по переулку. ― Хорошо. Приехав, Лекса заглушила мотор. ― Тихий райончик. ― Ага, пошли? ― Она кивнула. Этот район был спальным, и, можно сказать, здесь стояли только частные дома. Я всегда любила этот участок Бруклина. Никаких высоток, только одноэтажные здания. ― Надеюсь, ты так же аккуратно и двери взламываешь, потому что мои ключи утонули, как моя машина со всеми вещами. ― Ну… я думаю, у меня есть другой выход. ― Какой? ― Не успела я спросить, как Лекса поднялась по ступенькам и с размаху ногой выбила деревянную дверь. ― Какого черта ты творишь! Это же мой дом! Это же твоя больная нога! Ты что, ненормальная? Хотя, кого я спрашиваю… ― Двери закроются, но тебе придётся поменять замок. Прости. ― Ты что, извиняешься? ― А не следовало? ― Да нет. ― И как это понимать? ― Не знаю, ― я улыбнулась и увидела ухмылку на лице Лексы. Всё-таки, как бы она ни старалась скрывать свои чувства, я видела, что она хороший человек. Зайдя в дом, я закрыла дверь, и она, на удивление, действительно закрылась, как ни в чем не бывало. ― Отправляйся в ванную, обработаем сначала твои раны. ― Может, лучше ты первая? ― Ты что, боишься? ― Нет. ― Вот и хорошо. Сразу направо, первая дверь. Лекса зашагала в ванную, и я сразу же последовала за ней. Она присела на край ванны и глубоко вдохнула, опустив голову, она осмотрела свои руки. ― Мда… это точно не выглядит хорошо. ― Я же говорила. ― Пока мы перебрасывались словами, я достала из нижнего ящичка аптечку и вытащила оттуда бинты и спирт. ― Приступим. Я села около Лексы и протянула ей свою руку. Она аккуратно дала мне свою ладонь. Как только я прикоснулась к её коже, то почувствовала тепло. Это было так приятно. Аккуратно смочив ватку в спирте, я начала смачивать мелкие порезы. Лекса тихо зашипела, и я понимала почему. Повернув её руку ладонью вверх, я увидела порез на ладони. Протерев его спиртом, потянулась за бинтом, Лекса в это время сидела с закрытыми глазами и шумно дышала. Перемотав ей руку, я пересела на другую сторону. К удивлению, правая рука выглядела намного лучше, лишь несколько царапин на запястьях и всё. Я даже не заметила, как Лекса наблюдала за мной.

POV Лекса

Пока Кларк обрабатывала мои руки, я наблюдала за её аккуратными движениями. Она так легко и четко это делала, что можно сказать, будто она занимается этим всегда. Кларк пересела на другую сторону, и я положила перебинтованную ладонь на ванную. ― Спасибо, ― Кларк подняла взгляд на меня. Её голубые глаза сейчас были темнее, чем на улице. ― Не за что. Она улыбнулась уголком губ и вернулась к руке. Её улыбка вызывала некую волну теплоты во мне. Так же, как это было с Тори. Всегда, когда она улыбалась, я чувствовала, будто во мне взрывается фейерверк, и я с радостью улыбалась ей в ответ. Но я больше никогда не увижу её улыбки, не увижу её счастливых глаз на праздниках. Я никогда больше не обниму её, так же как и отца. Я больше никогда их не увижу. Теперь я одна и все проблемы только мои. ― Что-то случилось? Тебе больно? ― Кларк своим голосом вывела меня из воспоминаний. И я даже рада этому. Ведь еще бы чуть, и она увидела, как я плачу. ― Нет, все нормально. ― На лице Кларк можно было прочитать, что она мне не верит, но спрашивать она не стала. ― Давай ногу. Я немного отодвинулась дальше и, подняв левую ногу, стянула промокший кед с неё. Я уже потянулась к штанине, как Кларк схватила мою руку. ― Нет, стой. Позволь мне. ― Ладно. Она подошла к моей ноге и аккуратно развернула разорванные джинсы. Она немного посмотрела на ногу, а после сказала: ― Думаю, мне придётся искупать твою ногу в спирте. ― Что? ― Рана сильно глубокая, если я буду дотрагиваться к ней ваткой, там останутся остатки и рана может загноиться. ― Ладно. Я перекинула ногу внутрь ванны и задрала штанину выше. Кларк принесла к ноге пузырек и начала медленно поливать на рану. ― Твою мать! ― прикрикнула я. Рана зашипела, и там появилась белая пена. Это выглядело ужасно, а по ощущениям так и было. ― Тихо… тихо… ― Боже… ― Кларк снова полила спиритом на ногу, и я невольно дернулась. Черт, как же это неприятно. Я чувствовала пульсацию по всей ноге. Жар разливался по телу, я не чувствовала мокрой одежды на себе, мне было плевать. Я просто хотела схватить руки Кларк и выбросить нахрен этот пузырек, лишь бы всё это прекратилось. ― Еще секунду…. Потерпи. Я закрыла глаза и просто сидела молча. Лишь иногда всхлипывала. Голос Кларк был нежным, и её прикосновения были нежными. Мне казалась, что её прикосновения забирают частичку боли. Но мне просто казалось. ― Не хочу тебя расстраивать, но рану нужно зашить. Открыв глаза, я взглянула на Кларк. Во мне уже не было сил спорить и что-то говорить вообще. ― Ты сделаешь это? ― Да. ― Уверена? ― Да. Моя мама врач. Я знаю, что как делать. ― Тогда ладно. Слова Кларк вызывали доверие, эта девушка с самой первой встречи, с самого первого взгляда доказала, что ей можно доверять. Не знаю почему, но я чувствовала себя с ней уютно, она не была чужой. ― Может, тебе принести чего-нибудь, чтобы было не так больно? ― Давай ты просто покончишь с этим и мы обе выпьем позже. Хорошо? ― Хорошо. Готова? Кивнув, Кларк дотронулась медицинской иголкой к коже, я дернулась. Она взглянула на меня и я еще раз кивнула. Теперь я приготовилась. Эти пять с лишним минут, а может больше или меньше я просидела с закрытыми глазами. Попытки абстрагироваться от происходящего были тщетны, ведь боль была невыносима. Каждое движение Кларк я ощущала всем телом. Каждое прикосновение отдавало жаром. Я не знаю, как вытерпела это все, ведь это было ужасно. ― Я закончила. Ты молодец. Открыв глаза, я увидела аккуратно перемотанную ногу. ― Спасибо. Теперь твоя очередь. Встав, я взяла ватку и, опрокинув пузырёк со спиртом, намочила её. Подойдя к Кларк, поднесла руку ко лбу и медленно приложила ватку. Кларк сморщилась, а я лишь улыбнулась. Еще несколько раз повторив движение, я полностью вытерла её лоб от крови. Мы стояли буквально в сантиметре друг от друга, и никто из нас не был против этой близости. Хоть таковой и не было. ― У тебя есть лейкопластырь? ― Да, там же где и бинты, ― слова Кларк отдались горячим дыханием на моём лице. Я отошла и взяла нужные вещи. Приклеив два разноцветных лейкопластыря на лоб, я немного улыбнулась, ведь Кларк выглядела, как взрослый ребенок. ― Думаю, ты выглядишь мило. ― Что? ― Я… я имею в виду, тебе подходит фиолетовый и оранжевый. Кларк, повернув голову, посмотрела на себя и тоже улыбнулась. ― Согласна. Спасибо. ― Я лишь кивнула. ― Думаю, теперь нужно переодеться. Я принесу тебе свою одежду. ― Хорошо.