6. Мы шальной удачи дети, мы живем легко на свете
31 марта 2013 г., 03:48
К вечеру Гарри, Фред и Гермиона покинули больничное крыло, и на ужин компания отправилась уже в полном составе. Как и следовало ожидать, появление героев произвело небывалый фурор: не успели они появиться в дверях, как тут же обратили на себя все внимание. Трапеза была позабыта; по Большому Залу прокатился шепот, уже через секунду сменившийся аплодисментами. Кое-кто даже повскакивал с мест, чтобы получше рассмотреть звездную семерку. Впереди шла троица, охотно раздающая воздушные поцелуи; за ними – надувшийся от гордости Рон, следом – Гарри со смущенной улыбкой на губах, а замыкали процессию Гермиона и Сириус, по понятным причинам больше всего интересовавший публику.
– Раздули из всего этого грандиозное событие, – гриффиндорская староста нервно дернула плечом, – нам просто очень повезло, вот и все.
– Ты заметила, как они смотрят на Сириуса? – уголком рта шепнула ей Джейн, при этом не прекращая улыбаться и махать рукой когтевранскому столу. – На твоем месте меня бы это в первую очередь волновало.
Гермиона фыркнула, но все же оглянулась на Блэка. Тот, казалось, не замечал обращенных к нему лиц и только вертел головой, жадно озираясь по сторонам. Сколько же лет мечтал он войти сюда вот так, ни от кого не таясь; и после всего пережитого вновь почувствовать себя свободным человеком? Верил ли, что в конце концов этот день настанет? При мысли об этом у Гермионы защемило сердце, она застыла на месте, неотрывно глядя на него, желая, чтобы миг его триумфального возвращения продлился как можно дольше. Однако Блэк расценил ее взгляд по своему: не дав даже опомниться, подхватил в объятия и прижался к губам. Оттолкнуть его оказалось не так-то просто.
– С ума сошел? – зашипела Гермиона, пунцовая от смущения. – Ты что творишь? Здесь же вся школа, профессора, – и закрыла пылающее лицо руками.
– Прекрати истерику, – Джейн дернула ее за подол, усаживая на скамью рядом с собой, – тоже мне, нашла чего стыдиться!
Гриффиндорский стол, заполучивший триумфаторов, вопил, как на квиддичном матче, не обращая ни малейшего внимания на окрики профессоров. Со всех сторон сыпались вопросы и поздравления, тянулись руки, а какой-то второкурсник, отчаявшись прорваться к героям сквозь толпу обступивших их когтевранцев и пуффенцуйцев, взобрался на стол и попытался пройти по нему. Ясно было одно: поужинать в такой обстановке точно не удастся. Даже после того, как взбешенная Макгонагалл рассадила всех по местам, под прицелом нескольких десятков любопытных взглядов кусок не лез в горло.
– Предлагаю пойти в Выручай-комнату, – объявил Джордж, с наслаждением прикрывая за собой дубовую дверь. – Только с кухни сейчас чего-нибудь захватим.
С ним пошли Фред, Рон и Сириус, которому не терпелось как следует осмотреться в замке; а остальные остались ждать их в холле. Впрочем, без лишнего внимания к их персонам не обошлось и здесь.
– Так что, теперь всегда будет? – раздраженно поинтересовалась Гермиона. – Прямо как в цирке! А Сириус и рад стараться, – щеки ее вновь вспыхнули.
– Нашла на что жаловаться, – Джейн закатила глаза. – На вас с такой завистью смотрели, а ты...
– Что, Грейнджер, – раздался за спиной голос, знакомый намного лучше, чем хотелось бы всем троим, – снискала дешевой славы? – привычно растягивая слова, произнес Драко Малфой, подошедший к ним сзади. – Твой дружок, наверное, совсем ослеп в Азкабане, раз с тобой связался.
– А твой папаша случайно еще не там? – вмешался Гарри, выступая вперед. – Его в Хогсмиде позавчера не было?
– А может, мы поговорим о твоем?
– Иди к черту, – посоветовала Малфою Джейн, перехватывая запястье друга, потянувшегося за палочкой.
– Льюис! – Слизеринец расплылся в издевательской улыбке. – Слушай, давно хотел спросить: ты у Уизли тоже одна на всю семью?
– Прошу прощения?
Появившийся из-за угла Сириус, очевидно, слышал последние слова, поскольку выражение его лица не предвещало Малфою ничего хорошего. Гарри ликующе ухмыльнулся.
– Неудачная шутка, – вкрадчивым тоном сообщил Блэк, подходя к обидчику своих друзей вплотную, так, что тот был вынужден смотреть на него снизу вверх. – Это ведь была шутка, правда? Потому что если ты сказал это всерьез...
– Шутка, – сквозь зубы процедил Малфой, и гриффиндорцы обменялись победными взглядами.
– В таком случае, она не удалась, – все так же невозмутимо продолжил Сириус, – потому что никому из нас не смешно. А хочешь, подскажу тебе на самом деле смешную шутку?
Малфой молчал.
– Подойди к своему декану и спроси, кто такой Сопливус.
Джейн прыснула и уткнулась лицом в плечо Гарри, сдерживающего смех из последних сил. Наградив их ненавидящим взглядом, Малфой отступил назад и спешно ретировался. К моменту возвращения братьев Уизли его уже и след простыл.
– Вы уже подумали, что именно нам нужно? – жизнерадостно поинтересовался Фред, поудобнее перехватывая туго набитый пакет, от которого потрясающе пахло свежей выпечкой. – Ну, в смысле, какая комната.
– Как насчет бассейна? – моментально отреагировала Джейн. – Можно даже такой, как в ванной старост.
– Вы что, были в ванной старост? – возмутился Рон. – Но вы же не...
– Мы бываем там каждую неделю, – снисходительно усмехнулся Фред. – И что же ты за это с нами сделаешь? Оставишь после уроков?
– Где вы взяли пароль? – не унимался младший брат.
– Слышал такое выражение: "Любопытство сгубило кошку"?
Во избежание моральной травмы у Рона, ванную старост все же решили не копировать: обошлись обычным маггловским бассейном, окруженным шезлонгами и пластмассовыми столиками, за которыми и прошла долгожданная трапеза. Всеобщего приподнятого настроения не разделяла лишь Гермиона, подозрительно молчаливая и старательно избегающая блэковского взгляда.
Сегодняшнее публичное проявление чувств выбило ее из колеи, она попросту не знала, как к нему относиться, и не была готова демонстрировать свои отношения всей школе – благо, этого хватило еще в прошлом году, с Крамом. Грязью ее тогда полили достаточно, а что будет на этот раз, и представить страшно! Слишком уж быстро и внезапно все переменилось: только вчера они старательно оберегали свой тесный, хрупкий мирок, а сегодня он уже оказался достоянием общественности.
Из размышлений ее выдернула загремевшая музыка – а Сириус, отложив палочку, опустился на соседний шезлонг и выразительно глянул в сторону остальной компании. Дважды повторять не потребовалось, и все лишние уши, поняв намек, отправились купаться.
– Гермиона, – негромко позвал ее Блэк.
Она медленно подняла глаза.
– Ты злишься.
Это был не вопрос, а утверждение, и Гермиона про себя оценила уже то, что Сириус понял ее чувства: с Роном и Гарри порой не приходилось рассчитывать даже на это.
– Прости, – выдохнул Блэк, накрывая ее ладонь своей, – я не должен был – так, при всех...
– Да.
– Сам не знаю, что на меня нашло. Когда вошел туда, как будто в прошлое вернулся, на двадцать лет – вот и переклинило. Вроде хотел как-то показать, что это благодаря тебе я там стою, а в голову пришло только это…
Гермиона подавила обреченный вздох. Ей всегда, с самого начала было легко находить оправдания Блэку, его резким фразам, безрассудным поступкам и порой несносному поведению. Все то, что ему пришлось вынести, уже было оправданием. И не омрачать же тот самый день, мыслями о котором Сириус жил последние тринадцать лет! Сделанного не воротишь. Черт с ними, со сплетнями: пусть судачат, не впервой. Ему теперь нечего бояться – остальное не столь важно.
– Ладно, главное, что все позади, – задумчиво проговорила она, чуть сжав в ответ его теплые пальцы. – Даже не верится…
– О нет, малышка, – широко улыбнулся Блэк, привлекая ее к себе, – можешь мне поверить, все только начинается…
Словно в подтверждение его слов их окатил фонтан брызг: Джейн спрыгнула в воду с пилотируемого Фредом шезлонга. Веселье в бассейне набирало обороты, и больше не было причин к нему не присоединиться…
***
Чего они все только не вытворяли: топили друг друга, брызгались, целовались в воде и под водой, играли в морской бой, в котором сами были кораблями и сражались друг с другом, восседая на надувных кругах: Гермиона, Гарри и Сириус против троицы и Рона. Младшего брата Фред до последнего пытался сплавить в команду противника, уверяя, что от него все равно не будет никакого толку, однако именно благодаря ему они в конце концов и выиграли. – Это было круто даже для нас, – заключил Гарри, в изнеможении обрушиваясь в шезлонг. – То ли еще будет, – обнадежил Джордж, оторвавшись от бутылки с соком. – Если помните, это ведь наш последний год… У нас многое запланировано, – и близнецы обменялись коварными улыбками. Гермиона невольно поежилась. – А вы уверены, что Хогвартс это выдержит? – А разве у него есть выбор? Меня больше беспокоит, как бы вы без нас от скуки не загнулись. Преемников-то достойных у нас нет, – Фред изобразил на лице вселенскую скорбь. – Кстати о них! – спохватилась Гермиона. – Может, хоть вы объясните, что происходит с вашей сестрой? – А что с ней происходит? – насторожился Джордж, выглядывая из-за плеча Джейни, устроившейся у него на коленях. Гермиона едва удержалась от язвительного замечания. Хороши братья, ничего не скажешь: дальше юбки Джейн ничего не видят. – Вы хотя бы помните, когда она последний раз куда-нибудь с нами ходила? Назвать дату – даже приблизительную – не смог никто. – О чем и речь! Я ее звала, но она всегда отказывается. А по вечерам пропадает где-то: я уже не один раз видела, как она приходит почти к отбою. И за обедом сидит не с нами, а где-то вдалеке. Вы что, вообще ничего не замечаете? Говоря о Джинни, Гермиона никак не могла избавиться от чувства вины перед ней, за то, что так отдалилась в последнее время: знала же, что гордая подруга ни за что не станет навязывать свое общество и не согласится быть на вторых ролях – особенно по отношению к Джейн, к которой никогда не питала особой симпатии. Впрочем, та платила ей той же монетой. – Может, у нее кто-то появился? – предположил Сириус. – Ты что! – искренне возмутился Рон. – Ей всего четырнадцать! В отличие от него, близнецы, обменявшиеся многозначительными взглядами, не исключали такой возможности. Как-никак, примеры Гермионы, на том же четвертом курсе сначала встречавшейся с Крамом, а потом сбегавшей к Сириусу в Хогсмид, и Джейни, в этом возрасте гулявшей с каким-то магглом; говорили о многом. – Не может, а так и есть. От Джейн информации на этот счет ждали в последнюю очередь, ее осведомленность, похоже, стала сюрпризом даже для близнецов. Произведенным эффектом их девушка осталась довольна и, выдержав театральную паузу, продолжила: – Карина МакГрегор мне говорила, что видела ее в подземельях. И тоже не один раз. – Врешь! – выкрикнул побелевший Рон. – Эй, полегче! – осадил его Фред и, нахмурившись, повернулся к Джейни. – А ты уверена? То есть, не ты, – поправился он в ответ на скептично приподнятую бровь, – а Карина эта. Она же вроде с Когтеврана, как в подземелья-то попала? – У нее сестра на Слизерине. – И ты считаешь, ей можно верить? – уже куда более серьезным тоном уточнил Фред. – Просто я, например, представить себе не могу, чтобы наша сестра – и со слизеринцем… – Ну а смысл ей врать? – парировала Джейни. – Мало ли, – подал голос Гарри, наконец отреагировавший на тычки Рона, отчаянно призывавшего его вмешаться, – может, личные какие счеты – мы же не знаем… Я тоже не думаю, что Джинни может с кем-то из Слизерина связаться. – Осознание того, что подобный прецедент уже случался три года назад и повлек за собой открытие Тайной комнаты, пришло секундной позже. К счастью, больше никто об этом не вспомнил. – Скоро отбой, – Гермиона, проверив часы, с готовностью ухватилась за возможность разрядить обстановку, – давайте собираться. – Я и так могу пойти, – насупленная Джейн моментально оживилась и скинула с плеч розовое полотенце – в цвет чересчур открытому купальнику. – НЕТ! – в один голос возразили близнецы. Во многом благодаря троице сборы затянулись – на путь от Выручай-комнаты до гостиной оставалась всего четверть часа. Но надо же было такому произойти, что именно теперь удаче, сопровождавшей их с самого утра, вздумалось отстать в одном из коридоров. И, словно почуяв это, на смену ей тут же явился Филч: выступил из темноты, как будто только и поджидал кого-нибудь из припозднившихся учеников – хотя, скорее всего, именно так оно и было, – и гневно округлил глаза при виде мокрых следов на полу. – Что это такое? – завопил он. – Придется за вами вытирать! Немедленно доложу директору! – Боюсь, он вам в этом не помощник, – с абсолютно серьезным видом заявил Фред. – Что ты сказал??? – У Филча только что пар из ушей не пошел. – Он сказал, – Джейн с трудом сдерживала смех, – что это ваша прямая обязанность, и вам за нее платят, а у директора есть свои. К тому же, он наверняка уже спит. Отбой, знаете ли, – она развела руками, точно и впрямь беспокоилась о соблюдении школьных правил. – Вот и нам тоже пора. Спокойной ночи! – и, не дожидаясь, пока завхоз осмыслит все ею сказанное, рванула бежать. Остальные не отставали. Полная Дама при виде раскрасневшейся и запыхавшейся компании лишь снисходительно покачала головой, а вот подоспевшего несколькими минутами позже Филча пускать в гостиную наотрез отказалась, отплатив таким образом за слишком грубое, по ее мнению, протирание тряпкой рамы ее портрета…***
Робкие надежды Гермионы на то, что к наступлению следующего дня назойливые восторги и чрезмерный интерес к их персонам хоть немного поутихнут, рухнули, стоило ей спуститься в еще пустующую – очевидно, вчера весь Гриффиндор допоздна обсуждал известно какую тему – гостиную и взять со стола вчерашний «Пророк». Тотчас стало совершенно ясно: покой настанет еще не скоро. Как и говорил Дамблдор, им было посвящено девять страниц: первая живописала «подвиг отчаянных смельчаков», далее следовала «История Сириуса Блэка», занявшая три разворота, а на следующем подробно рассказывалось о его друзьях. Гермиона досадливо поморщилась при виде своего фото двухлетней давности и громкой подписи: «Избранница героя». Так, выходит, Хогвартс уже знал о них, и Сириус на ужине лишь предоставил подтверждение? А заодно и разом дал отбой всем своим новоиспеченным поклонницам, которых наверняка уже появилось немало – особенно после таких статей, изображающих его благородным рыцарем. Словно не он еще неделю назад был для этого мира отщепенцем и убийцей, словно не его поливали грязью и обвиняли во всех смертных грехах… Из коридора донеслись голоса: Полная Дама отчитывала раннего визитера. Гермиона торопливо отложила газету: не хотелось быть застигнутой за чтением материала о самой себе. А в открывшийся портретный проем тем временем шагнула… – Джинни? – Гермиона? – Ты откуда? – нахмурилась Гермиона, тут же припоминая вчерашний разговор в Выручай-комнате. – Да так, – отмахнулась Джинни, явно не обрадованная встрече, – выходила просто. Кутающаяся в форменный пиджак, с наполовину расплетшейся рыжей косой, она выглядела так, будто за всю ночь не сомкнула глаз, и упорно боролась с зевотой. – В такую рань? – Ну и что? – огрызнулась Уизли. – Тебе же тоже не спится! Гермиона закусила губу. Было предельно ясно, что разговора по душам не получится. – У тебя все нормально? – только и поинтересовалась она, особенно не рассчитывая на правдивый или хотя бы не односложный ответ: Джинни не скрывала, что не настроена откровенничать. – Более чем, – сухо отозвалась та, уже направляясь к лестнице, на вершине которой как раз появилась потягивающаяся Джейн в широченной футболке, одолженной у кого-то из близнецов. Не удостоив ее и взглядом, Джинни пронеслась мимо и исчезла за дверью своей спальни. – Кто-то встал не с той ноги? – бодро осведомилась Джейни, опускаясь на диван рядом с подругой. – Или просто не ложился. – Хочешь сказать, она тут не ночевала? – Не знаю. Может, правда куда выходила? – в голосе Гермионы сквозила неуверенность. – Ну конечно: в семь утра пошла прогуляться! Самое время! Интересно, к кому она бегает: уж не к Малфою ли? – Не-ет, – Гермиону передернуло, – исключено. Да и что как слизеринцы, так сразу Малфой? Других разве нет? Да еще и не факт, что он вообще оттуда. И что он есть, тоже не факт… – А что тогда факт? – Что мы с тобой сидим тут и гадаем! Ты сама-то почему вскочила? – Так мои встали, и я вместе с ними, – Джейн откинулась на спинку дивана. – Задумали что-то и пошли с Сириусом обсуждать. Меня не посвятили, – тонкие губы чуть скривились, выдавая обиду их обладательницы, задетой наличием у близнецов от нее секретов. Заговорщиков девушки обнаружили в комнате Гермионы, но, едва завидев их, те сразу же замолчали. Глаза всех троих, однако, хитро блестели, что еще больше подстегивало характерное женское любопытство. – Да в чем, черт возьми, дело? – Извини, дорогая, – Фред успокаивающе приобнял рассерженную Джейн за плечи, – это будет сюрприз. – Грандиозный сюрприз, – заверил Джордж, переглянувшись с подозрительно ухмыляющимся Сириусом. – Только придется немного подождать. Главное, на завтрак не опоздайте. В Большой Зал Гермиона и Джейн после такого заявления заглядывали с некоторой опаской: с их благоверных могло статься отправить столы в полет или устроить представление с участием столовых приборов – как в мультфильме «Красавица и Чудовище», который Джейни на каникулах додумалась показать близнецам. Однако Зал выглядел как обычно, и это настораживало еще сильнее, тем более что сами энтузиасты уже сидели за столом с довольным видом, не позволяющим усомниться в том, что к представлению все готово. – Если это не оправдает моих ожиданий, – прошипела Джейн, наклонившись к Джорджу, – я вас прямо тут прикончу, ловите на слове! – Не придется, – с широкой улыбкой заверил тот. – Ты будешь в восторге, я тебе обещаю. Публика тем временем все прибывала, подошли и расселись преподаватели. Гермиона как раз взялась за кувшин с соком, когда Сириус перехватил ее руку и поставил его обратно. – Вот конкретно сейчас – не нужно, – мягко сказал он. И через несколько секунд стало понятно, почему. Стоило Снейпу осушить свой кубок, как глаза его бешено забегали, а на обычно непроницаемом лице появилось полубезумное выражение. Профессор зельеварения резко вскочил на ноги, пошатнув весь преподавательский стол; театрально взмахнул руками – рукава мантии разметались, как крылья летучей мыши, – а затем схватил сидящего рядом крошечного профессора Флитвика и стал подбрасывать его к потолку. Зал грохнул. Ученики умирали со смеху, Джейн рыдала, повалившись на содрогающегося Фреда; Гарри сполз под скатерть, Рон подавился и пытался прокашляться, и одна только Гермиона смотрела на все это с нескрываемым ужасом. Учителя же, едва справившись с шоком, бросились на помощь Флитвику. Когда профессор заклинаний был в безопасности, Хагриду удалось скрутить руки Снейпу, безмятежно помахивавшему палочкой, из которой вылетали разноцветные бабочки. – Мальчики, – всхлипнула Джейн, утирая слезы бумажной салфеткой, – это просто феерия! Несопротивляющегося Снейпа вывели из зала. Тут же поднялся Дамблдор, коротко хлопнул в ладоши – и хохот немедленно оборвался: что-то в лице директора заставило всех замолчать. – Это не смешно, – прогремел он как никогда грозным голосом. – Я лично приложу все усилия, чтобы узнать, чьих рук это дело! Вы хоть понимаете, какие последствия может вызвать употребление таких зелий? – Импотенцию? – шепотом предположил Фред, и услышавшие его гриффиндорцы вновь захихикали. Задохнувшись от негодования, Гермиона вскочила на ноги, обвела друзей гневным взглядом, задержавшись на Сириусе – не было сомнений, кому принадлежала эта затея, – после чего развернулась на каблуках и побежала прочь из зала.
