Смоук

      Все-таки, горячая ванна – это нечто. После двух лет в камере, без нормальных условий для соблюдения правил личной гигиены, начинаешь ценить каждую секунду, проведенную в воде. Я просидела в ванне несколько часов, прежде чем показаться Солдату во всей красе. Не думаю, что он оценит запах моего геля для душа, но все же.       Закутавшись в полотенце, я выхожу из ванны и иду в свою комнату. Закрыв за собой дверь, я открываю комод и, покопавшись в вещах, достаю розовую пижаму. Мда, не самый мой любимый цвет. Я одеваюсь и плюхаюсь на кровать. Так мягко, так уютно, так тепло. Сажусь на кровати и включаю телевизор. Пролистав сотни каналов, начиная от спортивных и заканчивая каналами о природе, я натыкаюсь на один из центральных каналов. По телевизору шло когда-то мое любимое шоу «Топ-модель по-американски». Я завизжала от восторга.       Буквально через секунду в мою комнату ворвался Солдат и наставил на меня пистолет. -Твою мать! – Закричала я и выпустила в Солдата силовое поле.       Мужчина вылетел через дверной проем и упал на первом этаже. Я медленно слезла с кровати и небольшими шагами направилась в сторону лестницы. Надеюсь, Солдат жив. Я подхожу к перилам и смотрю вниз, но Солдата нигде нет. Дело дрянь. Спускаюсь по лестнице на первый этаж и осматриваюсь. -Ээээээээй! Снежинка, ты где? – Зову я мужчину. – Только не прикидывайся мертвым, такое неубиваемо. – В ответ тишина.       Я поворачиваюсь в сторону лестницы, чтобы вернуться в свою комнату, как мне ко лбу приставляют пистолет. Это был Солдат. Волосы мужчины растрепаны, губы сжаты в тонкую ниточку, грудь вздымается из-за тяжелого дыхания. На нем нет футболки, и мне в глаза бросается место, где кончается плоть и начинается металл. На соединении его тела и металлической руки шрам. Он обрамляет все его плечо и, как мне кажется, уходит на спину. Я отрываю взгляд от тела мужчины и смотрю на пистолет, он все еще находится у моего лба. Я сглатываю. -А вот и ты. – Говорю я и мило улыбаюсь. - Милая игрушка. Дашь поиграть?       Солдат не шелохнулся, не проявил ни единой эмоции. -Может, опустишь эту штуку? – Прошу я.       Солдат все так же неподвижен. Тогда я решаюсь пошевелиться. Я медленно поднимаю руку и прикасаюсь к пистолету. Очень осторожно, без резких движений отвожу оружие как можно дальше от себя. Мужчина не сопротивляется моим действиям, а все так же стоит и смотрит на меня в упор. Я почти освободила себя от дула пистолета, как мужчина резко хватает меня за руку, и я оказываюсь к нему спиной. Рука Солдата оказывается у меня на шее и сжимает ее. -Пусти! – Кричу я и пытаюсь ударить мужчину, но он все время каким-то образом уворачивается.       К моему удивлению, Солдат отпускает. Я шарахаюсь от него в сторону и, отойдя на пару метров, потираю шею. -Ты больной?! – Возмущаюсь я. – Ты чуть меня не убил!       Мужчина убирает пистолет за ремень своих штанов и становится в позе а-ля солдафон. -Это была самооборона. – Говорит безучастно Солдат. -Самооборона?! – Возмутилась я еще больше. – Какая еще к черту… - Я замолкаю, только что осознав один факт. – Ты заговорил.       Солдат просто стоит и смотрит на меня. Не знаю, чего он ждет, но его гляделки мне уже порядком надоели. -Ладно, я рано обрадовалась. Вернемся к нашей первоначальной теме. Самооборона? – Я скрестила руки на груди. -Ты напала на меня. – Коротко ответил мужчина. -После того, как ты ворвался в мою комнату и наставил на меня пистолет. – Парировала я. -Я услышал крик. – Сказал Солдат. -Это был крик радости. Я нашла «Топ-модель». – Ответила я. По взгляду мужчины было понятно, что он понятия не имеет, что такое «Топ-модель». – Забей.       Я иду в сторону лестницы, но меня останавливает Солдат. Он схватил меня за руку и сказал: -У меня приказ. На любой неверный шаг отвечать грубой силой. -Да ну? – Съязвила я. – Позволь тебе кое-что объяснить, мистер Снежный мудак. Не тебе тут распинаться по поводу грубой силы. Ты убил мою семью! -Я многих убил. – Ответил холодно Солдат. -И чё ты хочешь? Медаль? – Он меня жутко разозлил. Я вырываю свою руку из хватки мужчины. – Вот тебе золотая, - показываю средний палец на правой руке – а вот тебе серебряная. – Показываю тот же палец, но уже на левой руке. – Извини, бронзовой нет. – Я толкаю Солдата плечом и уже собираюсь уходить. – Хотя, - я помедлила – вот тебе бронзовая.       Я сжимаю руку в кулак и бью Солдата по лицу. Я не получила того эффекта, которого ожидала. Лицо мужчины даже не скривилось. Зато, я взвыла от боли. Тряся рукой, я взбежала по лестнице наверх и закрылась в комнате, хлопнув дверью.       Я сажусь на кровать и смотрю на свою руку. Она жутко покраснела и невыносимо болит. На глазах выступили слезы. Я, пытаясь подавить их, начинаю считать до десяти, но, увы, это не помогает. Глаза начинает застилать темная пелена. Так бывает только в двух случаях. Либо, я теряю сознание, либо появляется вторая сторона моей личности, не самая лучшая. Я встаю с кровати и направляюсь в сторону зеркала, висящего на стене. Я вижу в нем молодую девушку, лицо которой исказила улыбка. Ни радостная, ни натянутая, скорее, ехидная или даже сумасшедшая. -А вот и Смоук. – Говорю я, все еще продолжая улыбаться собственному отражению.       Я подхожу к комоду и вытаскиваю оттуда все ящики. Вывалив содержимое на пол, я сажусь и принимаюсь судорожно рыться в вещах в поисках чего-то. И я нахожу это. Я откидываю в сторону джинсы, куртку, майку и сменное белье. Поднявшись на ноги, я подхожу к прикроватному столику, на нем лежит небольшой рюкзак. Я запихиваю в него белье, пару ручек и блокнот, лежавших все на том же столике, а еще, я нахожу фонарик. Сложив вещи, я выхожу из комнаты и иду на кухню. Солдата нет, видимо, снова забрался в свою конуру. Тем лучше для меня. Я подхожу к холодильнику и открываю его. Внутри полно еды. Я останавливаю свой выбор на нескольких шоколадных батончиках и бутылке воды. Взяв все, что мне нужно, собираюсь уходить, как мне на глаза попадается маленькая белая канистра. В ней что-то есть. Я кладу еду на стол и подхожу к канистре. Покрутив ее в руках, я замечаю надпись на этикетке: «Жидкость для розжига». Может пригодиться. Я ставлю канистру на место и, взяв еду, возвращаюсь к себе в комнату. Упаковав еще и пропитание, я одеваю откинутую мною одежду, делаю звук телевизора на максимум и сажусь на кровати.       Просидела я так несколько часов, пока не стемнело. Тогда я выключила телевизор, встала с кровати и, закинув рюкзак на одно плечо, вышла из комнаты. Подойдя к перилам лестницы, я заметила Солдата. Он сидел на диване и разбирал какой-то автомат или пулемет, или что-то подобное. Не сильна я в оружии. Я быстро спустилась вниз и, не дожидаясь, пока мужчина повернется ко мне, нанесла удар в спину силовым полем. Солдат издал звук, похожий на стон и упал на пол. Я быстро подошла к камину, взяла кочергу и вернулась к мужчине, который уже успел повернуться на спину. -Какая ностальгия. – Сказала я, покрутив железяку в руке. – Спокойной ночи, Солдат.       Я ударила мужчину по лицу, и он отключился. Отбросив кочергу, я пошла на кухню и, взяв уже примеченную канистру, начала обливать жидкостью дом изнутри. Когда канистра опустела, я взяла лежащие на кухонном столе спички и подожгла одну. Немного посмотрев на разгорающийся огонек, я бросила спичку на пол. Пол передо мной моментально вспыхнул. Я вышла на улицу и, плотно закрыв за собой дверь, направилась вглубь леса.