Смоук

-Но я же все сделала, как надо! – Кричала я. – У нас был уговор! -Так надо, Смоук. – Говорит Рамирес, ведя меня обратно в камеру. -В смысле, так надо?! – Я пытаюсь сопротивляться.       Рамирес ничего не говорит, только открывает камеру и заталкивает меня внутрь. Я буквально влетаю в камеру, но быстро разворачиваюсь и кидаюсь к двери, но она закрывается прямо перед моим носом. -Это не честно! – Бью я дверь ногой.       После задания меня сразу же вернули обратно. Все обещания Пирса оказались ложью, стоило этого ожидать. И как только я могла поверить ему?! Теперь мне снова придется сидеть в этой мерзкой бетонной коробке с этими браслетами и ждать, когда же меня снова поманят пальчиком свободы и заставят выполнять дурацкие задания. Когда этот следующий раз настанет, я надеюсь, что это буду не я, а Смоук. Она – единственный шанс выбраться отсюда.       Я сажусь на кровать и хватаюсь за голову. На глазах проступают слезы, и в мои мысли врываются родители и сестра. Тот день, когда я их видела в последний раз, навсегда впечатался в мою память. А я ведь даже не знаю, что с ними стало. Похоронили ли их, или они все еще так и лежат в доме, что мало вероятно, конечно. Надеюсь, что о них позаботились. Я принимаю положение лежа и закрываю глаза в надежде уснуть.       Не знаю, сколько мне удалось поспать, но проснулась я от ужасного грохота, доносившегося откуда-то снаружи. Я подскочила на кровати и сразу же подбежала к двери. Оттуда доносились чьи-то крики. Я не могла понять, то ли это кричали заключенные, то ли солдаты Гидры отдавали друг другу приказы. -Эй! – Кричу я и стучу по двери. – Кто-нибудь!       Начинаю судорожно дергать ручку двери, но она не поддается, чего следовало ожидать. Тогда я поворачиваюсь спиной к двери и начинаю долбить в нее ногой. Еще грохот. На этот раз я понимаю, что это был взрыв. -Выпустите меня! – Стучу я еще громче.       В этот самый момент, я слышу, как в замочной скважине поворачивается ключ. Я отпрыгиваю от двери и жду, когда она откроется. Мерзкий скрип, и на пороге появляется мой надзиратель. Вид у него, мягко говоря, не очень. Он одет в полный боевой комплект с бронежилетом и шлемом, в руках автомат. Испод шлема я вижу струйку алой крови, которая стекает по его лбу. Рамирес подбегает ко мне, берет мои руки и проводит лазером по браслетам. Они падают на пол. -Давай, уходим. – Мужчина хватает меня за руку и тянет к выходу. -Что случилось? – Испуганно спрашиваю я. -На нас напали. – Говорит Рамирес совершенно спокойно и выталкивает меня из камеры. -Кто? – Спрашиваю я уже стоя в коридоре. -Щ.И.Т.       Я в недоумении. Так вот, о чем говорил Рамлоу, когда хотел выбить информацию у агента. Выходит, нападение на тюрьму мутантов все же правда. Вокруг много солдат Гидры, все они суетятся, выводят мутантов из камер. Некоторые стены тюрьмы уже разрушены. Кое-где полыхает огонь. Еще взрыв, а затем еще и еще. -Смоук! – Кричит Рамирес. – Пора уходить! -Да… - Растерянно говорю я. – Идем.       Рамирес идет впереди меня, держа автомат в боевой готовности на случай, если придется столкнуться с врагом. Я еле-еле поспеваю за ним, иногда приходится бежать. Мы продвигаемся по коридорам все дальше и дальше, в самый центр здания, попутно встречая других мутантов. Справа от меня раздается взрыв, и куски бетона летят в мою сторону. Я пытаюсь увернуться, но меня все же задевает. Рамирес подбегает ко мне и хватает за руку. -Идем! – Снова кричит он.       За всем этим шумом я с трудом могу слышать его крик, но все же понимаю мужчину. Рамирес тащит меня по коридору и, наконец, мы оказываемся напротив двери, ведущей в лабораторию, в которой обнуляли Солдата. Я только сейчас поняла, что все это время мы направлялись сюда. Из-за нападения, тюрьма становится грудой развалин и теряет привычный облик. -Что мы здесь делаем? – Спрашиваю я, проходя вслед за мужчиной. -Нужно кое-кого забрать. – Отвечает Рамирес.       Лаборатория, на удивление, совсем не пострадала. Все осталось прежним. Рамирес стремительным шагом проходит вглубь, я иду следом за ним. Мы останавливаемся напротив той самой машины, которая промывала Солдату мозги. Но меня удивило не это, меня удивил Солдат, сидящий на кресле без единого движения. -Что с ним? – Спрашиваю я испуганно. -Снова обнулили. – Говорит Рамирес и обходит машину с другой стороны. – Нужно активировать.       Я подхожу к Солдату и смотрю ему в глаза. Пустые, без единой эмоции глаза, но они так странно блестят при свете ламп, что кажется, будто мужчина все же что-то чувствует в данный момент. Он абсолютно спокоен, такое ощущение, что он просто спит. Я прикасаюсь рукой к щеке Солдата и глажу ее. Мою ладонь колит небольшая щетина, и я невольно улыбаюсь. -От этого он не очнется. – Говорит Рамирес и улыбается.       Я резко отрываю руку от лица Солдата и прячу ее за спину. -Да я… Это… - Запинаюсь я. -Я понял. – Рамирес подходит ко мне и вручает небольшую красную книжечку, похожую на ежедневник. На ее обложке красуются красная советская звезда. -Что это? – Я кручу книжечку в руках. -Открывай там, где заложена закладка и читай. – Мужчина берет в руки автомат поудобнее и становится рядом.       Я послушно открываю книгу на нужной странице и пробегаюсь взглядом по тексту. Там написано несколько слов, но отнюдь не на английском. -Это русский. – Говорю я. -Да. Поэтому я и дал ее тебе.       Я вскидываю бровь. -Да брось, Смоук. – Рамирес улыбается. – Я читал твое дело, я знаю, что ты говоришь по-русски. -Говорила. – Поправляю я мужчину. – Давно не практиковалась. -Читай. – Уже раздраженно говорит Рамирес.       Я смотрю в книгу и читаю слова сначала про себя. В них нет никакого смысла. Я смотрю на своего надзирателя, а он кивает головой, давая мне знак начинать. -Ну ладно. – Я прокашлялась. – Желание.       Солдат в один миг выпрямился на кресле. Я не ожидала этого и непроизвольно дернулась. Посмотрев на Рамиреса и увидев в его глазах одобрение, я продолжила. -Ржавый.       Солдат обхватил руками сидение. -Семнадцать.       Солдат начинает тяжело дышать. Его грудь вздымается все быстрее и быстрее. -Рассвет.       Солдат всерьез начинает пугать меня. Я слышу некие стоны, доносящиеся с его стороны. -Печь.       Вены на теле Солдата начинают проступать от сильного напряжения, он дышит все тяжелее. -Девять.       Из Солдата вырывается некий рык. Все его тело напряжено до такой степени, что складывается такое ощущение, будто оно вот-вот взорвется. -Добросердечный.       Я вижу, как Солдат пытается подавить крик, вырывающийся из его груди, и у него это почти получается. -Возвращение на родину.       Солдат запрокидывает голову назад и сжимает кресло руками. -Один. – Я запинаюсь, в горле пересохло. -Давай, немного осталось. – Говорит Рамирес. -Грузовой вагон. – Это были последние слова.       Солдат снова замирает на месте и ничего не выдает его эмоций. Только выступившие на теле капельки пота говорят о недавнем напряжении. Я отдаю книжечку Рамиресу и подхожу к Солдату. Наклонившись к самому его лицу, я заглядываю в глаза мужчине и говорю. -Солдат?       В ответ я слышу лишь одну короткую фразу: -Я жду приказаний.