Если это в параллельной вселенной.

— Скоро Магические Игры, — Люси облокотилась на кухонную стойку, крутя в пальцах чашку с остывшим чаем. — Я совсем забыла спросить — как у вас там подготовка? Стинг сидел за столом, лениво помешивая ложкой в своей кружке. Услышав вопрос, он хмыкнул и откинулся на спинку стула. — Нам в этом году там делать нечего, — сказал он с лёгкой усмешкой. — Хвост Феи не участвует, так что даже смотреть не на что будет. Соревноваться с кем? С пегасами? С их танцами? Или с русалками? — Ого, — Люси приподняла бровь, — кто-то слишком много о себе возомнил. А как же твои слова, что сила — это не всё? — Я не горю желанием тащить своих ребят на этот балаган. Пусть отдохнут год. Тем более... — он сделал паузу, — ...у меня другие планы. — Какие? — Люси поставила чашку и оперлась ладонями о стойку, подаваясь чуть вперёд. Стинг посмотрел на неё и протянул руку, легонько коснулся её бедра и потянул к себе. — Иди сюда, — сказал он тихо, и его пальцы скользнули по ткани её домашних шорт, сжимаясь на бедре чуть сильнее. Люси шагнула ближе, оказавшись между его коленей. Стинг тут же обхватил её бёдра обеими руками, прижимаясь лицом к её животу. — Так что за планы? — повторила она, запуская пальцы в его белые волосы. — Собрание мастеров, — пробормотал он, уткнувшись носом в мягкую ткань её футболки. — В Эре. Магический Совет созывает всех глав гильдий. — В Эре? — Люси нахмурилась. — Это же там, где раньше заседал Совет? Пока его не взорвали? — Ага, — Стинг отстранился ровно настолько, чтобы видеть её лицо. — Теперь у них новое здание. И новые правила. Слышала про сертификацию магов S-класса? — Что-то такое... — Люси задумалась. — Кажется, да. Официальное подтверждение от Совета, чтобы все гильдии признавали ранг? — Именно. — Стинг провёл ладонями по её бёдрам вверх, останавливаясь на талии. — Теперь если маг проходит сертификацию в Эре, его статус признаётся везде. Можно переходить из гильдии в гильдию, брать задания. — И ты едешь? — Придётся. — Он вздохнул. — Мастер Саблезубого не может игнорировать такие сборища. Тем более сейчас, когда мы пытаемся изменить репутацию гильдии. Люси понимающе кивнула. После того, что случилось на Играх Саблезубый Тигр действительно нуждался в новом лице. И Стинг делал всё возможное, чтобы это лицо было достойным. — Надолго? — спросила она. — Дня на три. Может, на четыре. — Он прижался щекой к её бедру, закрывая глаза. — Буду очень сильно скучать. — Ой ли? — Люси усмехнулась, но в голосе её звучала теплота. — Три дня без меня — это же целая вечность для такого нежного организма. — Издеваешься? — Стинг поднял голову, и его глаза загорелись. — Ладно, раз ты такая дерзкая... Он резко встал, и его руки, всё ещё сжимающие её бёдра, легко оторвали Люси от пола. Она ахнула, инстинктивно обхватывая его ногами за талию. — Стинг! — возмутилась она, но руки уже сами обвили его шею. — Что? — он улыбнулся мальчишеской улыбкой, от которой у неё до сих пор ёкало сердце. — Я сказал, что буду скучать. И хочу насладиться временем перед отъездом. — И для этого обязательно тащить меня в спальню? — Люси приподняла бровь, но в её глазах уже разгорался ответный огонь. — А ты хочешь где-то еще? — Стинг уже нёс её по коридору, и его шаги были твёрдыми и быстрыми. — Хотя, вариант. Можно и на кухне. — Даже не думай! Он рассмеялся и толкнул плечом дверь спальни. Люси почувствовала, как её аккуратно опускают на кровать, и Стинг навис сверху, опираясь на локти по обе стороны от её головы. — Три дня, — повторил он тихо, глядя ей в глаза. — Это очень много. — Всего три дня, — поправила Люси, но её голос дрогнул, потому что его пальцы уже скользнули под край её футболки, поглаживая горячую кожу живота. — Для меня — много. Он лёг рядом, сразу притянув к себе. Некоторое время они просто лежали, обнявшись. Его большая тёплая ладонь медленно гладила её по спине под рубашкой, пальцы выводили лёгкие узоры на коже. Люси зарылась носом ему в шею, наслаждаясь его запахом и ровным биением сердца. В какой-то момент Стинг перевернулся на спину и легко, словно она ничего не весила, поднял её над собой на вытянутых руках. Люси ахнула, вцепившись мертвой хваткой в предплечья Стинга, и посмотрела вниз. Он смотрел на неё снизу вверх с мягкой, чуть озорной улыбкой. — Ты такая красивая... — тихо проговорил он. А потом резко отпустил. Люси с визгом рухнула вниз, но он поймал её в широко раскинутые руки, крепко прижав к своей груди и перекатываясь вместе с ней. Они оказались запутанными в одеяле, смеясь. — Идиот! — Люси стукнула его кулачком по плечу, но тут же обняла за шею, прижимаясь всем телом. — У меня чуть сердце не остановилось от страха! — Зато теперь я вижу, что ты не засыпаешь, — довольно ответил он, целуя её в висок, затем в щёку, потом медленно спустился к шее. Люси тихо вздохнула от удовольствия и начала лениво водить пальцами по его груди, спускаясь ниже по рельефному животу. Она обвела ногтем каждый кубик, наслаждаясь тем, как его мышцы слегка напрягаются под её прикосновениями. — Знаешь... — тихо начала она, не переставая гладить его. — Я сегодня вспоминала Биску и маленькую Аску. Как Аска пытается копировать маму — хмурит бровки, когда та заряжает ружьё, и важно топает ножками. Такая забавная и милая... Даже не верится, что она уже так выросла. Стинг улыбнулся, его рука скользнула под её рубашку и легла на талию, большим пальцем поглаживая кожу. — А ты хочешь детей? — спросил он вдруг, голос стал ниже и серьёзнее. Люси на секунду замерла, задумавшись. Её пальцы продолжали медленно блуждать по его телу. — Честно? Не знаю... — мягко ответила она. — Сейчас, наверное, ещё рано. Мы только начали нормально жить вместе, вокруг столько всего было... Хотя в последний год я живу гораздо спокойнее. Как будто наконец наступило мирное время, о котором мы все мечтали. Может, это и есть лучший момент. Она приподнялась на локте, чтобы посмотреть ему в глаза. Её волосы упали на его грудь. — Но если честно... было бы ещё с кем этих детей зачать, — добавила она с лукавой улыбкой. Стинг прищурился, в глазах вспыхнул опасный огонёк. — Ах ты маленькая негодница, — прорычал он и резко перевернул её на спину, нависнув сверху. Его пальцы немедленно атаковали её бока, начиная безжалостно щекотать. — Стинг! — Люси залилась громким смехом, извиваясь под ним. — Прекрати! Я же шучу! — Сейчас я тебе устрою «было бы с кем»! — Он продолжал щекотать, но уже не так сильно, наклоняясь и целуя её в шею, в ключицу, в плечо. Его тело плотно прижималось к ней, передавая тепло. Люси продолжала смеяться, пытаясь поймать его руки. — Ладно, ладно! Сдаюсь! Ты идеальный кандидат на роль отца моих будущих детей! Стинг наконец остановился, тяжело дыша, и посмотрел на неё сверху. Его глаза были тёплыми и очень серьёзными. — Я серьёзно, Люси. Когда ты будешь готова... я буду готов. Хоть завтра, хоть через пять лет. Как скажешь. Люси обхватила его за шею и притянула к себе, целуя медленно и нежно. — Я знаю, — прошептала она ему в губы. — И мне это очень нравится. Они снова устроились рядом, переплетя ноги и крепко обнявшись. Стинг гладил её по волосам, а Люси водила пальцем по его груди, рисуя маленькие звёздочки. — Ты удивительный, — тихо сказала она спустя пару минут. — Иногда я смотрю на тебя и думаю: как такой, как ты может быть таким. Стинг тихо засмеялся и поцеловал её в макушку. — Это только для тебя. Для всех остальных я остаюсь всё тем же. Люси улыбнулась и ещё теснее прижалась к нему. — Хорошо. Пусть так и будет.

***

Стинг уехал рано утром. Люси провожала его до двери, кутаясь в его толстовку — специально стащила, чтобы пахло им, пока его нет. Он чмокнул её в нос, пообещал звонить по лакриме каждый вечер и ушёл, оставив после себя лёгкий беспорядок на кухне и пустоту в квартире. — Три дня, — вздохнула Люси, глядя в захлопнувшуюся дверь. — Всего три дня. Я справлюсь. Она справлялась уже второй день. Убиралась, тренировалась, читала, даже пыталась готовить — но без Стинга, который вечно крутился под ногами и отвлекал глупыми шутками, еда получалась пресной. К вечеру она поняла, что скучает. По-дурацки, как девчонка. — Это просто три дня, — сказала она Плю, который наблюдал за ней с дивана. — Я не растаю без него. Плю моргнул и чихнул. — Спасибо за поддержку. Утро третьего дня началось с запаха гари. Люси как раз заканчивала завтрак, когда в открытое окно потянуло дымом. Она нахмурилась, выглянула — со стороны центральной площади поднимался чёрный столб, и оттуда же доносился какой-то шум. Крики? Визг? И... — Огонь? — выдохнула она, и сердце пропустило удар. Она узнала бы эту магию из тысячи. Даже спустя год. Даже сквозь дым и расстояние. — Нацу! Люси вылетела из квартиры в халате, даже не подумав переодеться. Только в коридоре спохватилась, рванула обратно, натянула первое попавшееся платье и, уже обуваясь на бегу, выскочила на улицу. Она бежала через весь город, расталкивая прохожих, не чувствуя ног. Сердце колотилось где-то в горле, в глазах щипало — то ли от дыма, то ли от слёз. — Простите! Извините! — бросала она на бегу, обгоняя зевак, которые уже стягивались к площади. Когда она добежала, картина открылась та ещё. Центральная площадь была в лёгком хаосе. Посредине дымилась обгоревшая тележка с фруктами — судя по всему, несчастная жертва, оказавшаяся на пути. Вокруг толпились горожане, кто-то возмущался, кто-то пытался тушить, а в центре этого безобразия стоял он. Нацу Драгнил. Собственной персоной. С растрёпанными розовыми волосами, с довольной ухмылкой на лице и с Хэппи на плече. — Эй, — говорил он растерянному торговцу, — я же извинился! Подумаешь, тележка. Новую купишь! — Ты мне весь товар спалил! — вопил торговец. — Это были лучшие дыни в городе! — Дыни? — Нацу скривился. — Ну, я дыни не ем. Мясо надо было продавать! — Ах ты... Люси застыла на месте, не веря своим глазам. Год. Целый год без вестей. И вот он стоит посреди города, который даже не его, и умудряется в первый же день устроить пожар. — Нацу! — крикнула она, и голос её сорвался. Он обернулся. Его глаза — тёмные, родные, безумные — нашли её в толпе. И улыбка стала шире. — Люси! Он рванул к ней, раскинув руки, и через секунду она уже висела у него на шее, вдыхая знакомый запах дыма и пота, чувствуя, как слёзы текут по щекам. — Идиот! — рыдала она, вцепившись в него мёртвой хваткой. — Какой же ты идиот! Год! Целый год ни слуху ни духу! Я думала, ты сдох где-нибудь! Я записку оставила, лакриму настроила — ты хоть раз проверил?! — Не-а, — без тени смущения ответил Нацу, сжимая её в ответ так, что хрустнули рёбра. — Я был занят. — Занят он! Чем можно быть занятым целый год?! — Тренировался. Дрался. Жрал. Опять тренировался. — Он отстранился, заглядывая ей в лицо. — Ты чего, всё же хорошо. — Хорошо?! — Люси замахнулась, чтобы ударить его, но вместо этого снова прижалась, уткнувшись носом в его грудь. — Придурок... — Ай ля-ля-ля! — Хэппи спикировал им на головы, повиснув сверху. — Люси! Мы скучали! У тебя рыбка есть? — Какая рыба, Хэппи?! Вы тут город подожгли! — Это случайно вышло! — возмутился Нацу. — Дядя сам виноват — встал с тележкой прямо на дороге! Вокруг тем временем собиралась толпа. Горожане перешёптывались, тыкали пальцами, кто-то уже вызывал стражу. — Это же те двое из «Хвоста Феи»? В прошлый год же нашумели на Играх, — донеслось из толпы. — Точно! Розоволосый псих! — Я слышал, их гильдию распустили год назад! — А они всё ещё бедокурят! И до нас добрались! — Дикари! Настоящие дикари! Нацу, услышав это, обернулся и оскалился. — Эй, я всё слышу! — Иди уже, — Люси потянула его за руку. — Пока стража не нагрянула. Пошли ко мне. — А поесть? — Дам поесть. В квартире Нацу сразу же рухнул на диван, раскинув руки и ноги, и довольно выдохнул. — Нормально у тебя тут. Уютно. — Спасибо, — Люси закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, пытаясь отдышаться. — А теперь объясняй. Где тебя носило целый год? — Ну... — Нацу почесал затылок. — Мы с Хэппи сначала просто шли. Потом наткнулись на гору, где жили какие-то маги-жулики. Они у Хэппи рыбу украли. Я им устроил... — Я читала, — перебила Люси. — «Таинственное возгорание горы Альтана». Это был ты? — Ага. — Нацу ухмыльнулся. — Гора правда немного оплавилась. Но они сами виноваты! Хэппи подлетел к холодильнику, открыл его и заглянул внутрь. — Люси, а где рыба? У тебя только трава какая-то... — Я не кошка, Хэппи, я ем нормальную еду. Но мясо есть, сейчас приготовлю. Пока Люси возилась на кухне, Нацу рассказывал. О том, как они бродили по горам и лесам, как встречали разных магов, как он тренировался до потери пульса. И о встрече с Гилдартсом. — Мы случайно столкнулись в лесу, — говорил Нацу, жуя яблоко, которое стащил из вазы. — Он охотился, я охотился. Ну и... — И вы подрались. — Ага. Больно было, — Нацу ухмыльнулся. — Но я его с места сдвинул. Всего на шаг, но сдвинул! Он сказал, я вырос. — Конечно вырос, — Люси поставила перед ним тарелку с мясом. — Ты год только этим и занимался. — А потом, — вмешался Хэппи, выуживая из холодильника забытую упаковку рыбы, — они с Гилдартсом сумками поменялись! И Нацу потом полгода таскал журналы с голыми тётками! — Хэппи! — возмутился Нацу. — Я не знал, что в сумке! Люси рассмеялась. Так искренне, как не смеялась уже давно. — Боже, Нацу, ты не меняешься. — А зачем меняться? — он откусил огромный кусок мяса. — Я и так хорош. Они болтали ещё долго. Люси рассказала о своём годе — о тренировках, о форме Короля, о поисках ключа Водолея. И о Стинге. — Кстати... — она запнулась. — Тут такое дело... — Что? — Я тут живу не одна. Нацу замер с куском мяса в руке. — С кем? — Со Стингом. Из Саблезубого Тигра. — С белобрысым? — Нацу нахмурился, переваривая информацию. — Мы... мы вместе. Нацу смотрел на неё несколько долгих секунд. А потом пожал плечами и снова впился зубами в мясо. — Ну ладно. — Что значит «ладно»? — То и значит. — Он прожевал. — Если он тебя обидит, я его сожгу. А так — пусть живёт. Ты же счастлива? Люси моргнула, не ожидая такой лёгкости. — Счастлива. — Тогда норм. — Нацу улыбнулся. — А чего он сам не пришёл? Стесняется? — Он уехал. На собрание мастеров в Эру. Вернётся через пару дней. — Ясно. — Нацу доел мясо и откинулся на спинку стула. — Слушай, Люси. Я зачем пришёл-то. — Зачем? — Возрождать гильдию. — Он сказал это так просто, будто речь шла о походе в магазин. — Я собрать всех хочу. «Хвост Феи» должен снова стать тем, чем был. И даже круче. Люси смотрела на него и чувствовала, как внутри загорается огонёк, который, казалось, угас год назад навсегда. — Ты серьёзно? — А когда я шучу? — Постоянно. — Ну кроме тех случаев. — Он встал. — Я уже всё придумал. Завтра мы едем в Крокус. — Зачем? — Там сейчас Игры идут. И там все о нас вспомнят, когда я подожгу кое-что. Люси закатила глаза. — Ты опять собрался что-то жечь? — Это будет сигнал! — Нацу аж подпрыгнул от возбуждения. — Самый лучший способ сказать: «Хвост Феи» возвращается! — О боже... — Люси прикрыла лицо рукой, но в уголках губ уже дрожала улыбка. — Пойдёшь со мной? Она посмотрела на него. На этого безумного, упрямого, верного идиота, который год назад исчез без предупреждения, а теперь ворвался в её жизнь снова, чтобы перевернуть всё вверх дном. — Пойду, — сказала она.

***

Дорога до Крокуса заняла полдня. Нацу, как обычно, мучился от укачивания в поезде, и Люси пришлось применить всё своё терпение, чтобы он не выбил окно и не выпрыгнул на полном ходу. — Терпи, — говорила она, поглаживая его по спине, пока он сидел, согнувшись в три погибели, и тихо постанывал. — Осталось немного. — Ненавижу... поезда... — выдавливал он из себя. — Почему нельзя... пешком? — Потому что пешком мы будем идти неделю. — И что? Зато я буду живой! — Живой ты будешь, если не сбежишь прямо сейчас. Хэппи, которому укачивание было нипочём, наслаждался поездкой, сидя на багажной полке и уплетая рыбу, которую Люси купила ему на вокзале. — Люси, а ты расскажи что-нибудь, — предложил он. — Чтобы Нацу отвлёкся. — Что рассказать? — Ну... про Стинга, например. Вы теперь вместе живёте? — Хэппи! — Что? Я просто спросил. — Кот невинно захлопал глазами. Нацу, услышав это, даже приподнял голову. — Ага, расскажи. Я же толком не знаю, как вы... это... — Он сделал неопределённый жест рукой. — Никак «это»! — отрезала Люси. — Мы просто... ну, встретились. Он приехал в Магнолию, когда узнал, что гильдию распустили. Потом позвал меня к себе. Я согласилась погостить. А потом как-то само получилось, что я осталась. — Само получилось, — хмыкнул Нацу. — Я знаю это «само». Это когда ты уже не представляешь жизни без человека, а говоришь «само получилось». Люси уставилась на него. — Ты откуда такие мысли умные взял? — От Гилдартса, — пожал плечами Нацу. — Он говорил, что у них тоже «само получилось». А потом родилась Кана, и он сбежал. Так что не всё так радужно. — Утешил, спасибо. — Да ладно, — Нацу вдруг улыбнулся, несмотря на зелёное лицо. — Ты же счастлива. Я вижу. Ты светишься вся. — Он скривился. — Фу, как пафосно. — Сам же начал, — рассмеялась Люси. В Крокус они прибыли ближе к вечеру. Город сиял огнями — дни Магических Игр были в самом разгаре, и атмосфера праздника витала в воздухе, смешиваясь с ароматами жареного мяса и сладостей. — Красиво, — выдохнул Хэппи, глядя на иллюминацию. — Ага, — согласился Нацу, но смотрел он не на огни, а на огромный стадион вдалеке. — Завтра там будет самое интересное. — Нацу, — Люси взяла его за руку, останавливая. — Ты уверен, что это хорошая идея? — Просто сигнал, — поправил он. — не волнуйся. — Просто сигнал, — эхом повторила Люси. — Который увидят все в радиусе ста километров. И сбежится стража. — Ну и что? Мы быстрые. Они остановились в небольшой гостинице на окраине — Люси настояла, что в центр соваться пока рано, а Нацу после поездки всё равно был небоеспособен. Заселились, поужинали, и Люси снова вышла на балкон, глядя на звёзды. — Эй, — Нацу появился рядом, опёрся на перила. — Ты чего? — Думаю, — ответила она. — Обо всём сразу. О тебе, о Стинге, о гильдии. О том, что будет завтра. — Завтра будет круто, — уверенно заявил Нацу. — А послезавтра? — А послезавтра начнётся самое интересное. Мы соберём всех. Эрзу, Грея, Венди, Гажила, всех. И снова будем вместе. — Ты так просто об этом говоришь. — А чего усложнять? — Он повернулся к ней. — Люси, я год думал. Много думал. О том, что Игнил сказал перед смертью. О том, что мы все разбежались. О том, что пока мы есть — «Хвост Феи» жив. И мы соберёмся. Я обещаю. Люси смотрела на него и видела того же Нацу. Ни капли не изменился. Всё такой же безумный, упрямый, верный. — Знаешь, — тихо сказала она, — я скучала. По этому. — По чему? — По твоей дурацкой уверенности, что всё будет хорошо. — А она не дурацкая. — Нацу улыбнулся. — Она правильная. В гостинице зажглись огни, где-то вдалеке играла музыка, а они стояли на балконе и смотрели на город, который завтра станет свидетелем возвращения легенды.

***

Утром Нацу был полон энергии, как будто вчерашнее укачивание ему приснилось. — Вперёд! — командовал он, собирая Хэппи в дорогу. — Сегодня великий день! — Нацу, — Люси пыталась удержать его за шкирку. — У нас есть план? Хоть какой-то? — План? — он задумался. — Поджечь все и убежать. — Это не план, это катастрофа. Люси закатила глаза, но спорить было бесполезно. Когда Нацу что-то вбивал себе в голову, переубедить его могло только прямое вмешательство высших сил. Они выдвинулись к замку. Город гудел — последний день Игр, все спешили на стадион. В этой суете три фигуры, пробирающиеся к королевскому дворцу, не привлекали особого внимания. — А если нас поймают? — спросил Хэппи, когда они уже подбирались к стене. — Не поймают, — отмахнулся Нацу. — А если посадят в тюрьму? — Сбежим. — А если казнят? — Хэппи, — вмешалась Люси, — не нагнетай. Они перелезли через стену, пробрались во внутренний двор. Старая башня, которую выбрал Нацу стояла отдельно от основных построек и выглядела необитаемой. — Идеально, — довольно сказал Нацу, разминая кулаки. — Только не сожги всё, — попросила Люси. — Не боись. Я аккуратно. Эти слова не внушали доверия, но было уже поздно. Нацу взобрался на башню, Люси и Хэппи остались внизу, наблюдая. Через минуту наверху вспыхнул огонь — сначала маленький, потом всё ярче, пока не превратился в огромный пылающий герб великой расформированной гильдии, видимый, наверное, со всего города. — Красиво, — прошептал Хэппи. — Ужасно, — поправила Люси, но в голосе её звучало восхищение. Нацу спустился, сияя, как новогодняя ёлка. — Готово! Теперь все увидят! — Все уже увидели, — Люси указала на стражу, которая бежала к ним со всех сторон. — Бежим! И они побежали. Через дворы, через улицы, через крыши — куда глаза глядят, только бы подальше от разъярённых солдат. — Куда теперь? — крикнула Люси на бегу. — К выходу из города! А там... — Нацу запнулся. — А там придумаем! — Ты не продумал путь отхода?! — Забыл! — Нацу! — Не ори, беги! Они неслись по улицам, распугивая прохожих, и Люси думала о том, что вот оно — счастье. Безумное, хаотичное, опасное — но настоящее. Потому что рядом с ней был Нацу, потому что «Хвост Феи» возвращался, потому что впереди была целая жизнь, полная приключений. И наверное мирная жизнь у многих в мечтах была идеалом, но именно сейчас Люси мечтала о ней в последнюю очередь. И где-то там, в Эре, Стинг уже наверняка заметил этот жест приветствия огнем и сейчас рвёт и мечет, думая, во что она опять вляпалась. — Прости, — прошептала Люси, перепрыгивая через тележку с овощами. — Но это того стоит.