Навсегда ушедшая — навсегда твоя!

— Нина.… Не подписала контракт на 7 сезон! — сказала Плэк. Вся команда задалась тихими перешептываниями, непонятными взглядами. — Ты шутишь? — он слышал, что голос Джули был на полном серьезе. — Мы знали об этом больше недели, мы с Кэндис ее уговаривали, но она твердо сказала, что уходит в другой проект. — Почему вы не сказали нам об этом раньше? — настойчиво спросил Сомерхолдер. — Она настаивала на том, чтобы это было в секрете до этого дня. Тогда никто уже ее остановить не сможет, — под «никто» Кэндис, конечно же, подозревала голубоглазого мужчину. — Ошибается, — с психами, Сомерхолдер выбегает из кабинета, оставляя всех. Мужчина садиться в свою машину и спустя время уже прибывает к их, когда-то, дому. Он так долго не был в этой стороне. Хотя бы потому что Никки безумно ревнует и он не хочет, чтобы папарацци заметили его у ее дома, а в его доме был скандал. Мужчина покидает свою машину, даже, не закрывая дверь и прибегает на порог дома. Мужчина начинает стучать в двери, но ему никто не отвечает. Он еще раз стучит кулаком по двери. Никого. Никто не отвечает. Йен всегда знал, что Нина — очень хорошо умеет терять вещи, поэтому она, а раньше они, всегда оставляли запасной ключ в одно месте. Мужчина поднял руку, залез за кирпичную стену и нащупал там что-то мягкое. Это точно был не ключ. Он медленно достал бумажку. Это был лист тетради, смятый. Сомерхолдер разворачивает его и видит написанные Нининым подчерком слова: « Ты такой предсказуемый. Я так и знала, что ты прибежишь меня останавливать. Но уже слишком поздно. Не надо! Ты уже меня не остановишь! Пока ты читаешь это, мой самолет, скорее всего уже взлетает над Атлантой. Твое сердце говорит тебе „Ехать за мной“, но послушай свой разум, тебе надо жить без меня. Но я так и не сказала тебе, то что хотела, пусть хотя бы в последний раз я открою тебе правду. Ты ведь знаешь, что я люблю тебя. Никогда не будет иначе. И потому что я люблю тебя, я должна отпустить тебя. Я отпускаю тебя, Йен! Пока мы рядом, мы не сможем быть счастливы с кем-то другим, видя каждый день друг друга. Прости за испорченный слезами лист, но ты же знаешь меня — я плакса! Прошу, живи! Езжай назад к команде, обсудите все и едь к Никки, ведь она действительно любит тебя. А у меня навсегда останется твой подарок, — он сразу же вспомнил про кольцо, но кольцо ли это, — и я постараюсь навсегда сохранить его. Прощай, мой любимый. Мой Смолдерхолдер. Я люблю тебя. Твой, французский котенок.» Он все еще стоял в недоумении. Его руки с силой сжимали письмо. Кто говорил, что мужчины не плачут? Он точно соврал. Он понимал, что это конец. Он может больше никогда ее не увидеть, да скорее всего так и будет. Она сказала, что отпускает его. Но он еще долгое время не сможет отпустить ее. Но она должна жить, построить карьеру, найти любимого. Он не должен мешать ее мечте.