Глава 3: Умейте приспособиться
22 августа 2016 г., 21:45
После Совета Тревельян пошла в свои покои, где у нее было пару хороших книг о Тени. Она обещала дать одну из них Кассандре. К своему изумлению, в своей комнате она обнаружила еще и Соласа.
— Ты что здесь делаешь?
— Мне надо взять кое-какую одежду себе. Вот, я принес тебе свою… для себя, — «она» обреченно вздохнула, запутавшись, и протянула самой себе одежду. Тревельян схватила ее и удалилась в кладовую, пока Солас переодевался за перегородкой у ее гардероба.
По несчастливой случайности, она ненавидела лосины. А Солас вечно ходил в них.
«Что за идиотская манера одеваться, — Тревельян с пыхтением натягивала узкую одежду. — Мужик, а выделяет ножки».
Эльф пока безуспешно пытался втиснуть «свой» пышный бюст в закрытый камзол. Тревельян не обладала от природы сногсшибательной красотой, даже рыжие волосы, когда-то длинные, пришлось для удобства обрезать, но вот чем-чем, а формами в верхней части тела Создатель ее не обделил.
— Что за идиотская манера одеваться. Молодая женщина, а носит закрытую одежду.
Тревельян вылетела из кладовой:
— Что ты сказал?! — но, увидев саму себя, погасила огонь над ладонью. Как-то не очень метать огненные шары в… себя.
— Я молчал, — быстро сказал Солас в ее облике, мило смущаясь.
— «Как они всю жизнь с этим грузом живут? Так ходить неудобно и вообще…»
Лицо Соласа (ее лицо) вытянулось. Они опустили головы вниз и заметили Варрика, с интересом наблюдавшего за ними.
— Коул? — Тревельян вздохнула, напоминая себе, что это ни в чем не виноватый очеловечившийся дух. — Перестань читать мысли, пожалуйста. И как ты себя чувствуешь?
— Тесно, — пожаловался дух. Они вместе пошли искать Кассандру.
«Сэра» сидела на маленьком деревянном стульчике у тренировочных чучел и упоенно читала «Мечи и щиты: Новая комбинация». Солас случайно заглянул через ее плечо и его брови уползи далеко вверх. Эльфийка обернулась, поспешно захлопнула книгу и вскочила.
— Конфисковала у Варрика это непотребство, — оправдывалась она.
— Я уже было подумал, что тебе нравится, — признался эльф.
— Нет! Эти книги… Они ужасны, — бросила Сэра предупреждающий взгляд в сторону улыбающейся Тревельян. — Сплошной ужас. Да.
Незамеченный до этого Коул подтвердил:
— Да, точно, непотребство. Поэтому и забросил эту серию, для любовных романов у меня кишка тонка. Никто не будет читать ее продолжение, ведь да?
На лице Сэры отобразились жестокие муки. Перед ней стоял сложный выбор: пошатнуть свою репутацию или никогда не увидеть новый том любимой истории. От ответа ее спасла проходящая мимо Кассандра, одетая не в свои привычные доспехи, а легкую броню.
— Эй, Искательница, вот это татушка! И место мне нравится, — та унеслась, оставив настоящую Кассандру краснеть от смущения. Краснеющая Сэра — зрелище еще то. Коул что-то быстро застрочил в записной книжке.
Так как Тревельян временно была не в себе, ее обязанности перешли на эльфа. По словам Сэры, он должен был изображать Инквизитора, но все важные решения по-прежнему принимала Тревельян. А в остальное время ее присутствие необязательно. Соласа тут же утащили на встречу с каким-то потенциальным союзником. Жозефина заверила, что сама подскажет ему, что лучше делать. Не зная, куда девать неожиданно свалившееся свободное время, Тревельян решила понаблюдать за тренировкой солдат и своих друзей.
Блэкволл стоял рядом со своим двуручником. Презрительно наморщив носик, он достал расшитый золотым узором платок, протер им рукоять меча, а затем пальчиками осторожно взял ее. Когда он попытался поднять оружие, громко охнул.
Тревельян подняла глаза к небу:
— Вивьен, ты же боевой маг, и сражаешься призрачным клинком!
— Он намного меньше весит, идеально сбалансирован и одноручный, — холодно произнес Блэкволл.
М-да, ей еще повезло с телом: Солас, как и она, маг. Был бы еще девушкой…
У других тренировка шла не лучше. Тевинтервец вообще с ужасом взирал на посох. Тут Дориан заметил ее:
— Эй, босс? Как этой штукой пользоваться?
— Он тебе сильно не нужен. Посохи лишь усиливают магию, ну и целиться из них удобнее, — объяснила Тревельян, рассматривая новый облик Железного Быка.
Дориан окинул ее взглядом и вдруг просиял:
— Поколотишь меня палкой?
— Может не надо? Это не твое тело.
— Ну, мое тело, конечно, не такое чувствительное, не то что у этого избалованного мага… Но мне все равно надо держать себя в тонусе.
— Ладно.
Вскоре они стояли напротив друг друга. Тревельян сосредоточилась, замахнулась и… промазала.
— Я не могу бить Дориана.
— Я не Дориан. Закрой глаза и представь меня.
Тревельян прикрыла глаза, как он и советовал, размахнулась и треснула его по груди. Дориан рухнул наземь, скрючившись улиткой.
— Ты в порядке? — бросилась она к нему.
— Идиотский вопрос… — Дориан захрипел. Тревельян решительно развернула его к себе и надавила на грудь.
— Я тебя вылечу!
— Босс…
— Бык, да мне не сложно!
— Ты…
— Не надо благодарить!
— …меня…
— Да-да, тебя!
— … угробишь.
Тревельян обиделась:
— У меня была богатая практика в Круге! Я храмовников лечила.
— А чтобы эта практика была, специально травила их, — напомнил тот.
Она развернула его обратно, хорошенько ткнув в землю, и гордо ушла. Главное, чтобы Бык Каллену об этом не проболтался. Полмесяца назад коммандер удивлялся, почему так часто болеет, и был очень благодарен ей за лечение и заботу.
Весь остаток дня прошел за бумажной работой. Уже поздно вечером Лелиана ее обрадовала:
— Леди Инквизитор, чтобы сохранить все в тайне, мы должны не нарушать привычный образ жизни. Вам придется пока пожить у Соласа, а ему у вас.
Соласу было все равно, а после того, как он увидел ее огромную кровать, то мгновенно переселился к ней. Тревельян с грустью посмотрела на аскетичную узкую кровать Соласа, по сравнению с которой спальное место Каллена было королевским ложем. К последнему она в итоге и отправилась, не раздеваясь, приляг на самый краешек кровати.
Железный Бык без проблем остался ночевать у Дориана, получив во владение комфортную мягкую кровать и самого Дориана в придачу. Сэра и Кассандра сумели договориться. Вивьен наотрез отказалась переезжать в конюшни к Блэкволлу и заперлась в своей комнате. Тот постоял, подумал и вернулся к себе (объездчик Деннет, увидев Вивьен, с соломкой в зубах, стругающую деревянные фигурки, пообещал бросить пить).