Верните мне мое тело

      Следующий день пошел наперекосяк с визита к ней, в комнату Соласа, Лелианы.       — Леди Инквизитор, я написала одному моему человеку в Тевинтер, и он обещал поискать информацию о подобных случаях с переменой тел. Но я к вам не за этим. Мне сказали, что Вивьен, вернее Блэкволл, с утра не выходит из комнаты в конюшнях. Думаю, вам надо уделить этому время.       Пришлось идти в конюшни. Деннет приветственно кивнул ей. Поздоровавшись, Тревельян поднялась на второй этаж по скрипящим ступенькам.       Вивьен, она же мадам де Фер, Первая Чародейка Монтиссимарского Круга магов, Железная Леди, искусный боевой маг и политик, сейчас сидела на кровати и... плакала.       Тревельян растерялась.       — Блэкволл, что случилось? — тут она только заметила, что мужчина (или сейчас женщина?) пьян.       — Вивьен, я имею в виду настоящая Вивьен, сделала что-то не то?       Та громко шмыгнула носом, быстро вытирая слезы, чтобы Тревельян их не видела и с отчаяньем воскликнула:       — Не знаю, как я буду появляться на людях, когда вернусь в свое тело!        Тревельян изумленно подняла брови. Да что такого Первая Чародейка могла натворить?       Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Чародейка в виде Блэкволла нашлась на тренировочной площадке для магов. Она вежливо беседовала с Фионой.       — Ви...Блэкволл! — окликнула Тревельян ее. Та не сразу отреагировала, очевидно, не привыкнув к другому имени. Извинившись перед собеседницей воин пошел к ней, и с каждым его шагом челюсть Тревельян приближалась к земле.       Блэкволл был шикарен. Гладко выбритый, с роскошными черными волосами, зачесанными набок и идеальным маникюром. Пока он, полный спокойного величия, шел к ней, несколько разведчиц застенчиво улыбнулись ему, не решаясь заговорить.       — Что-то произошло, мой цветик?        «А ему идет, — подумала Тревельян, не скрывая заинтересованности. — Так намного лучше. И выглядеть стал моложе».       — Леди Инквизитор?       — А? Ах, да. Вивьен, зачем вы сделали Блэкволлу такую… — Тревельян взглянула на его волосы. —… невероятно стильную прическу?       Блэкволл одарил ее снисходительным взглядом.       — Я не меняла прическу, моя дорогая — стрижка этой ужасной бороды не в счет — я всего лишь сделала укладку. Если вам нужны будут дельные советы, обращайтесь. Подберем вам подчеркивающий достоинства наряд вместо той пижамы, что вы носите в крепости.       — Вивьен, прекратите, говорите вы, а перед глазами стоит Блэкволл, я не могу это воспринять.       — Цветик мой, вы — витрина Инквизиции и должны выглядеть соответствующе.       С этими словами Блэкволл сделал небольшой шаг в сторону, давая понять, что их разговор окончен.       Спустя десять минут в кабинете Жозефины…       — Пижама! Представляешь? Вообще-то это простой и практичный костюм! Не в платье же мне разгуливать, как та знать? Хотя я сама из знати…       Леди посол сочувственно кивала ей, бросая тоскливый взгляд на песочные часы перед собой. К ее счастью, Тревельян быстро надоело возмущаться. Она заинтересовалась их успехами насчет смены тел, но Жозефина разочаровала ее:       — В Ривейне не нашлось описаний подходящих магических ритуалов. Лелиана дергает по каким-то ниточкам в Тевинтере. Не волнуйтесь, скоро все разрешится.       В дверь неуверенно постучали. Жозефина откликнулась:       — Войдите.       В проеме появились два разведчика Инквизиции, таща по полу гыгыкающую Кассандру. Жозефина обмякла и сползла со стула.       — Вот, — неуверенно начал один из разведчиков, переглянувшись с другим. — Мы не нашли канцлера Лелиану и решили обратиться к вам. Нам кажется, это не леди Искательница.       — Мы думаем, ее подменили, — доверительно сообщил второй. — А это замаскированный шпион.       Жозефина вяло кивала их словам.       — Вы все правильно сделали, — заулыбалась Тревельян. — Теперь можете оставить Кассандру, точнее шпиона, нам.       Разведчики неуверенно переглянулись.       — Нам не отвести ее на допрос?       — Мы все сделаем сами, — пришла в себя Жозефина. — И Лелиане обязательно сообщим о вашей внимательности.       Разведчики кивнули и ушли.       — Мне надо выпить, — честно призналась Жозефина, доставая из недр стола бутылку «Агреджио Павали». Тревельян подняла брови, собираясь сказать что-то в духе: «Ага! Пьем на рабочем месте?», но передумала.       — Мне тоже.       Сэре выпить не дали.       Вино Жозефине подарил один тевинтервский посол. Видимо, Тевинтер еще не простил им переселившихся вооруженных авваров и ту открытку, присланную Тревельян, где она поздравляла магов с подкреплением для борьбы с кунари. Как бы то ни было, вот уже несколько часов Жози и она подавляли рвотные позывы. Это не всегда удавалось. Тревельян лечила себя каким-то чудо-средством, полученным от Дориана. Сам он, ощупывая огромные рога на голове, ходил из стороны в сторону в своей комнате.       — Он уже должен был вернуться из Редклиффа, — не мог успокоиться Железный Бык. — Вдруг встреча все-таки была засадой, и они сейчас на полпути к Тевинтеру?       — Дориан, — было ужасно непривычно так обращаться к огромному кунари перед собой. — Даже если что-то случилось, он легко с ними справится.       — Просто немного беспокоюсь. Ведь если он пропадет, мне придется покупать себе пару новых одеял, чтобы не было так холодно ночью.       В ее голове шевельнулось подозрение:       — Вы вместе? — Железный Бык посмотрел на нее с таким видом, будто бы об этом знали все.— Нет, не важно.       То что Дориан не обращает внимание на женщин, ей лично было понятно с самой первой встречи. Но то, что они с Быком… С кунари…       Дверь открылась, и в комнату, по привычке пригнув голову, вошел Дориан. Не успел тот подойти к ним, как Железный Бык налетел на него:       — Рассказывай! Как все прошло?       Дориан почесал голову.       — Отлично все прошло, — как-то чересчур бодро сказал он. — Только отец у тебя какой-то странный.       — В смысле? — Железный Бык скользнул по нему взглядом и вдруг замер:       — Ты к нему так ходил?! С обнаженным торсом?       Дориан неловко кивнул:       — Я так и понял, почему твой папа при виде меня сначала выругнулся.       — Ладно, это не страшно, — успокаивал себя Бык. — Продолжай.       — Ну, пришел я. Он в таверне был один. Засады не было. Я решил, чтобы быстрее вернуться, надо быстрее помириться. Ну и обнял его.       Тревельян заметила, как единственный глаз Железного Быка задергался.       — Говорю ему: «Папаша!». А он мне: «Ты опять пьян, Дориан?» Кстати, не замечал, чтобы ты много пил. «Так нельзя» — говорит мне. — «Давай поедем вместе в Тевинтер, домой». Я объяснил, что скоро тут везде будет Тевинтер, так как проснулся древний магистр с комплексом бога. Тогда он мне начал что-то говорить о том, что в мире есть много хороших женщин, я просто еще не встретил свою, и не стоит из-за этого убегать.       Тревельян и Железный Бык, не отрываясь, слушали. Дориан сделал перерыв на глоток вина.       — Я решил его успокоить. Говорю: «Согласен. Есть много хороших женщин, и не понимаю я эту расовую дискриминацию, гномки тоже даже совсем ничего».       Раздался звук тела, рухнувшего в кресло.       «А вообще я люблю рыжих, — после этих слов Тревельян машинально хотела дотронуться до огненных прядей, забыв о чужом теле. — Только жалко, что у кунарийских женщин таких волос не сыщешь, а то уже надоело темные патлы на подушке видеть».       Железный Бык позеленел:       — Ты все это ему сказал?       — А не надо было? Он смотрел на меня, смотрел и вдруг говорит: «Сынок, я тут подумал: зря тебе все тогда наговорил. Я люблю тебя таким, какой ты есть. Только не меняйся, пожалуйста. Помнишь альтуса Фреда? Такой хороший, творческий юноша. Надо будет пригласить его к нам на обед. И магистра Тавиуса попрошу взять к нам в гости его лакея, помнишь, он тебе нравился. Только, давай не будем кунари звать, ладно?» После этого он сказал, что будет с нетерпением ждать меня сколько угодно дома и уехал.       Дориан закончил. Тревельян дрожала от беззвучного смеха. Железный Бык медленно встал с кресла. Вдруг его глаза закатились, и он начал медленно оседать на пол.       — У него обморок? — удивилась Тревельян. Хотя чего она удивляется, это же на самом деле Дориан.

***

      В таверне «Приют Вестницы» было уютно и, самое главное, тепло. Мариден что-то негромко напевала, а посетители сидели с круглыми глазами и слушали очередную байку Коула:       — Но никто в «Благоухающей Роуз» не хотел говорить о Дуилмонде. И тогда Галлен Резерфорд…       Кивнув ей, неутомимый рассказчик продолжил. Тревельян заказала выпить и села за стол. Не успела она сделать и глотка, как напротив плюхнулась Жозефина.       — Леди Солас Инквизитор… — бессвязно пролепетала та.       Тревельян отставила кружку, отметив розовые щеки и блестящие глаза посла:       — Жозефина, ты выпила еще?       — Не-е… много.       — Я вижу, что много, — Тревельян заказала им еще по две. Может, хоть на этот день сюрпризы закончились.       На улице раздались крики. Тревельян вскочила из-за стола и выбежала вслед за Жозефиной и другими посетителями таверны. Вскоре они могли наблюдать уникальное зрелище: разъяренная, аки бык, Сэра носилась за убегающей с громкими воплями Кассандрой.       —Стой! — грозно прокричала Сэра.       — А ты догони, ля-ля-ля, — высунула язык Кассандра.       Жозефина выронила бутылку, но даже не заметила этого. Тревельян застонала:       — Андрасте, хоть бы Сэра в облике Кассандры не сняла штаны, чтобы показать всем задни... попу. Она это любит.       Рядом очутился Коул:       — Что я пропустил?       — Сэра стащила штаны Кассандры, та в бешенстве, — рассказал Дориан.       Жозефина вскинула руку вверх:       — Ставлю золотой, Искательница ее догонит.       — Сомневаюсь, Сэра очень резво бегает, — возразил Дориан.       — Я больше не буду!       — Конечно, не будешь!       — Да что я такого сдела-а-а-ааааааааа!       Дориан кинул Жози золотой.