Марс охуеет!

Мы сидели с Киром на диване, смотрели фильм через ноутбук, пока он вдруг не перестал реагировать на мои комментарии. Кир уснул, положив голову на спинку дивана, скрестив руки перед собой. Я осторожно закрыл крышку ноутбука, взял плед и укрыл Кира. Тот во сне довольно быстро сориентировался и лег более удобно. Отлично, теперь мне придется идти и спать в гостиную. Удовольствие так себе, но терпимо. Главное, завтра не забыть все-таки придумать нам развлечение. Киру никуда нельзя идти. С этой мыслью я и заснул. ***  — Тебе настолько противна сама мысль о сексе с парнем? — спросил Кир просто вдруг. Ну, знаете, эти разговоры ни о чем в процессе просмотра скучного фильма дома. Хуево, короче, Кир понимал концепцию «разговоров ни о чем».  — Неприятно, что мой друг будет трахаться с кем-то.  — Почему?  — Это разве не очевидно?  — Для меня — нет. Хочешь, чтобы я снова стал нормальным?  — Боюсь, что ты не осознаешь, насколько эти прикосновения сносят крышу.  — Нет, Ник, я не настолько хорош в искусстве соблазнения. Крышу сносит по другой причине.  — Какой же?  — Обещай, что дашь мне пять минут. Не станешь отходить, прерывать меня или что-то говорить. Я кивнул. Ну, пускай объясняет, что уж. И Кир шагнул ко мне. Так. Стоп, теперь я понял, как он собирается объяснять. Я отстранился, а Кир выжидающе на меня посмотрел.  — Ты обещал. Кир коснулся моей щеки и оказался совсем близко. Если бы на его месте была девушка, я бы точно знал, что делать. Но это был Кир, мой лучший друг, который за год изменился настолько, что я не успевал даже осознать эти изменения, не то что принять. Не только внешность — черт с ней, с этой внешностью. Но Кир в том нашем прошлом сотни раз касался меня, и ничего не происходило, сейчас же от его пальцев исходил жар, а его ладонь на моей щеке завораживала.  — Думаешь, — прошептал Кир. Его глаза, губы, острые скулы были так рядом, а я все пытался разглядеть перед собой прежнего человека, своего друга.  — Думаю? — пусть лучше говорит, чем стоит и молчит. — О чем?  — Думаешь, я такой секс-символ для парней, что даже у натурала на меня встает от одного прикосновения, если прикоснусь правильно? Мои щеки тут же стали горячими, уже не от прикосновений Кира, а от его слов. У меня стоял, и Кир это каким-то образом знал, ни на секунду не опуская взгляд вниз.  — Скажи мне, Ник, а как я должен к тебе прикоснуться, чтобы ты не трактовал это как соблазнение? Кир спрашивал. Внимание. Это вопрос, значит, нужно отвести взгляд от его губ и ответить. На вопросы нужно… Кир сократил расстояние между нами и коснулся моих губ. …отвечать. Мне хотелось бы сказать, что я почувствовал в этот момент. Но мое сознание вернулось, уже когда мы целовались в засос. Правда, возвращение моего сознания ознаменовалось лишь тем, что я положил Киру руку на поясницу и притянул к себе поближе. Черт, как же это было идеально — слегка терпкий вкус его губ, несильный запах одеколона и ощущение того, как он прижался ко мне еще сильнее. Сейчас я соберусь, закончу все это, обращу в шутку и… Еще чуть-чуть. Но закончил сам Кир.  — Пять минут, — объяснил он, когда я снова потянулся к его губам.  — Похуй, — возразил я, но Кир убрал мою руку и отошел к окну. — Ладно, ты очень хорош и именно поэтому с другими парнями точно все будет.  — С другими не так, — Кир говорил, глядя в окно.  — Сам же сказал — твоему бывшему нравилось.  — Да, но не потому, что я такой умелый. Я просто был влюблен. Как и сейчас. Я провел рукой по волосам и выдохнул сквозь зубы.  — Я пойду. — Кир вышел из комнаты, все так же не глядя на меня. Мне не надо было уезжать. Оставлять все так. А еще надеяться, что все будет как прежде. Мое «как раньше» было заключено в Кире. Вот только прежнего Кира тоже не было.