История повторяется?

— Астрид, скажи «да» — попросил я подругу, надеясь на ее положительный ответ, иначе может произойти что-то очень ужасное со мной. Я сглотнул, нервы сдавали, кажется, немного тряслись руки. Напряжение так и давило на меня, обретя плотность. Да-да, я забрал у Астрид диктофон, и, пока она там всех строит напоминает план действий, я расскажу, как все-таки сумел уговорить этих ребят поучаствовать в одном очень опасном плане. Конечно же, с близнецами я поговорил в первую очередь, так как они были из всего списка больше всех расположены ко мне, вообще-то они мне стали настоящими друзьями, так что на них я мог положиться в любом случае. И как только я упомянул про опасность, они незамедлительно согласились, их радости не было придела. Иногда очень хорошо знать слабости друзей, а еще лучше своих врагов. Рыбьеног был следующим на очереди, объяснять ему все не очень-то и хотелось, но так как парень он умный, то сразу понял, что дело нечисто. Пришлось рассказать правду, не всю, конечно, но большую часть (такое ощущение, что на допросе в участке побывал). В общем, упомянув о Ночной Фурии, я ожидал любой реакции со стороны Рыбьенога, но уж точно не его шквал вопросов и не погасаемый энтузиазм поучаствовать в деле, даже если он рискует быть пойманным полицией, а потом оказаться в тюрьме, лишь бы только изучить этого дракона. Оставались только двое: Сморкала и Хедер. Если еще со Сморкалой я мог хоть как-то договориться, зная чего он хочет и предложив ему это, то Хедер для меня была темным лесом, в который мне не хотелось забредать, сплошной загадкой, которую совсем не хотел разгадывать. Как к ней и с какой стороны подобраться я просто не знал, поэтому решил сначала уговорить Сморкалу… — Да, — сказала блондинка, а спустя несколько секунд она добавила: — Подожди, что?! — Yes! — обрадовался шатен, начав целовать мускулы (лучше бы я этого не видел). — Сморкала! Хой-хой-хой! — Зачем мне это говорить?! — услышали мы яростный крик блондинки, так как была включена громкая связь, и, испугавшись продолжения и посчитав, что продолжение лучше мне не слышать, сбросил вызов, хотя где-то в закоулке головы закралась мысль, что позже мне за это ой как достанется. — Видишь, как я и обещал, она согласилась, — сказал я, скрестив руки на груди и обратившись к счастливому Сморкале, пытаясь вести себя, как можно увереннее, однако я не был уверен, что у меня это отлично получалось. — Значит, ты придешь завтра к ней сразу после школы? — уточнил я, просто на всякий случай, а сам молился, как бы Сморкала не сорвался. — Только из-за Астрид и ее согласия, — самодовольно сказал шатен и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, скрылся за первым же поворотом. — Фух, я думал, меня убьют, — высказался я вслух, приложив руку к сердцу, чуть склонив голову и закрыв глаза. Я почувствовал небывалое облегчение, будто гора с плеч упала. Это оказался один из тех редких случаев, когда в силу действий каких-либо обстоятельств и условий, я остался не тронут и не оскорблен. На душе стало спокойнее. По крайней мере Сморкала на некоторое время прекратит мое преследование, и мне на какое-то мгновение жизнь покажется чуть легче и прекраснее. Во всем нужно искать свои плюсы. — Как дела? — спросила радостная Забияка, обняв меня за плечи и отрывая от размышлений. Эта радостная, никогда не унывающая и постоянно улыбающаяся девушка, чуть ли не повисла на мне. Выглядела она как всегда раскрепощенно и воодушевленно, будто для нее открыты все дороги, но вот взгляд… не давал мне покоя, заставляя насторожиться, стать более наблюдательным, чтобы, наконец, разгадать причину ее появления и дальнейшие планы. Было ощущение, что вот-вот должно было что-то произойти, и это явно было связанно с блондинкой. Вопрос только: плохое это или хорошее? — Я только что был на грани избиения, но как видишь, вышел сухим из этой опасной передряги, — ответил я, наконец, отойдя от разговора со Сморкалой и переключив внимание на девушку со скрытыми мотивами. — А где твой брат? — вдруг заметил я его отсутствие, что случалось довольно-таки редко, только если… — Вы снова начали прикалываться друг над другом? — А… Ага! Точно! — радостно воскликнула Торстон, что было слегка… странно? Глаза девушки посмотрели на меня с каким-то непонятным облегчением, а меня это только заставило насторожиться еще больше. Что-то тут точно было не так. — Можешь спрятать меня от него? — И что же ты сделала ему на этот раз? — будто не услышав вопроса, или даже просьбы подруги, я задал свой, пытаясь докопаться до истины. — И где он? — даже чересчур серьезно спросил я, скрестив руки на груди, начиная подозревать, что за цирк здесь устроили близнецы. — Ну, — протянула блондинка, вдруг отстраняясь от меня и отводя глаза в сторону, явно что-то скрывая от меня или пытаясь сделать это, так как ее поведение выдавало ее с потрохами. Что ж, все встало на свои места. — Это… очень сложно объяснить. — «Ну да… конечно… — промелькнуло где-то на задворках сознания, — это действительно неимоверно трудно». — Он в кабинете химии, — строго посмотрев на девушку, серьезно сказал я, разгадав всю ничтожную и до банальности простую стратегию близнецов, пытающихся отвлечь меня и обмануть мои шестое чувство и интуицию. — Да, — также серьезно и спокойно ответила Торстон, посмотрев на меня. — И ты отвлекаешь меня, — разгадал я весь их план. — Точно, — снова подтвердила мои предположения близняшка, а ее губы слились в тонкую полоску. — Ясно, это означает только одно, — и я замолчал, чтобы девушка немного помучалась, думая над концом предложения. — И… что же? — неуверенно спросила она, считая, что я могу пойти останавливать Задираку, что в принципе я и Астрид и делали последние две недели. И эту работу мы выполняли на отлично. — Пора валить домой, — серьезно ответил я, а после радостно усмехнулся. — Идем! Не знаю, как ты, а я не хочу вдыхать то, что вы там приготовили. Забияка усмехнулась и, кивнув головой, поспешила вместе со мной покинуть это здание, в котором вот-вот должна сработать тревога. Как же хорошо иметь таких замечательных друзей…

***

— Я хочу спа~ть, — зевнул я на последнем слове и потянулся. — Отпусти меня уже, а? — жалобно попросил я, подпирая левой рукой щеку, постепенно засыпая. В воздухе витал запах только что приготовленной еды и горячих кофейных зерен, который действовал на меня как колыбельная. Кассиры, облокотившись на столы, беседовали о чем-то своем, иногда начиная что-то активно показывать руками, сопровождая свой рассказ жестами, улыбаться и смеяться. В кафе, кроме них, меня и Торстонов, была еще и какая-то пара с десятого класса нашей школы, которые сразу же привлекли внимание. Они сидели, попивая горячий шоколад и поедая пирожные, и мило ворковали. Когда же их радостные глаза встречались, они чуть смущались, а их улыбки становились еще счастливее. Это было так прекрасно. Я помню, что мне они очень хорошо запомнились, потому что на душе стало как-то спокойно и тепло. Я тогда еще подумал, что, наверное, это так здорово любить кого-то дорого тебе по-настоящему. Это была чистая, искренняя и непорочная любовь. Может, и я когда-нибудь смогу встретить свою половинку. В голове возник образ Астрид: ее холодный взгляд голубых глаз, которые теплели при виде Торстонов и меня, не знаю, заметил ли это кто-то еще, кроме меня; ее губы, которые обычно были одной спокойной линией, постоянно улыбалась нам и только нам. Она открывала свое сердце только самым близким людям, постоянно шутя и иногда говоря сарказмами, но это была единственная в своем роде Астрид, второй которой больше не найти в этом мире. С первого же нашего знакомства возникло чувство… дежавю? Будто я уже встречал ее когда-то давно, общался с ней и был очень близок, будто это было все в прошлой жизни. Я вздрогнул, вспоминая Дагура. Эта ночь была похожа на ночной кошмар. Зрачки расширились. В горле встал ком. Мурашки пробежали по телу. Я до сих пор ощущал тот пронзительный яростный взгляд безумных глаз, прожигающих во мне, прямо где сердце, огромную дыру. Я до сих пор помню ту беспомощность, отчаяние и… страх, что испытывал тогда. Нет, я боялся не за себя, я переживал за жизнь Астрид, ведь если так посмотреть со стороны на эту ситуацию, то это моя вина, что мы оказались там. Даже то, что он знал меня, а я его нет. Все, абсолютно все, что произошло с нами, было полностью моей виной, лежало на мне тяжелым грузом, который я вряд ли когда-то смогу снять с себя. Я до сих пор чувствовал, как руки натирает жесткая крепкая веревка. Я резко откинулся на спинку мягкого небольшого диванчика и рефлекторно начал потирать запястья, оголяя их и выставляя напоказ налившиеся темные черно-фиолетовые синяки. Конечно же, это не укрылось от Задираки, хотя очень хотелось скрыть это. Даже от друга. Как только я понял оплошность, которую только что необдуманно совершил, я резко убрал руки и скрыл запястья кофтой, но было уже поздно. Отведя глаза в сторону, Задирака как настоящий друг сделал вид, что ничего не видел. Он сидел напротив, скрестив руки на груди, и как-то странно поглядывал на меня: он то смотрел на меня в упор, то резко переводил взгляд в сторону, хмурясь и сводя брови к переносице. Невооруженным глазом можно было заметить, что он глубоко заплутал в своих размышлениях, уже не обращая внимания на то, что творилось вокруг него. Мне было понято это его беспокойство за друзей. Он пытался сам догадаться, что произошло, пока его и сестры не было рядом со мной и Астрид, но все его попытки были заранее обречены на провал. Он лишь мучил свое сердце и ум больше и больше, так и не находя ответов на мучащие его вопросы. — Вот, держи, — сказала Забияка, ставя передо мной стакан с горячим кофе, и после садясь рядом с братом, который не сразу обратил на нее внимание, так что блондинке пришлось сначала пощелкать перед ним пальцами, привлекая его внимание, а потом уже садиться напротив меня. — Ага, спасибо, — ответил я, беря горячую кружку и медленно начиная пить горький напиток, который обжигал горло, спускаясь вниз, и заставлял организм и все его клетки насильно просыпаться. — Так что вы хотели? — отодвинув от себя на половину выпитую кружку кофе, спросил я, смотря сначала на Задираку, а затем на Забияку, ожидая, что кто-то мне все-таки ответит. Торстоны, сглотнув, многозначительно переглянулись, потом близнец слегка кивнул сначала на блондинку, а потом на меня. В ответ девушка отрицательно покачала головой и указала на брата, затем на меня. «Боги, если так и продолжится, они никогда не закончат», — подумал я, прикрыв глаза, складывая руки на столе и утыкаясь головой в них, пытаясь привести мысли в порядок и абстрагируюсь от всего не нужного. — Эм… Иккинг? — послышался обеспокоенный и слегка неуверенный голос блондина, сидевшего напротив меня. — Ммм? — я выпрямился, подняв голову, и посмотрел на ребят уставшим взглядом. Кажется, они уже договорились, кто начнет первым. Наверное, поспорили на камень-ножницы-бумагу, а может, и нет, кто знает? — Оу, — что-то заметила Забияка, раз такое сказала. — Что-то тебе совсем плохо. Ладно, мы быстро. — Надеюсь на это, — сказал я, витая где-то в облаках. Мозг не желал пробуждаться, так что пришлось допить оставшийся кофе. — Что с тобой произошло? — обеспокоенным голосом спросила девушка, резко положив руки на стол и чуть придвинувшись ко мне. Я взглянул на нее: в ее глазах стояли слезы, а взгляд был таким печальным и… молящим, что я не выдержал и отвернулся к окну. — Ничего, — сказал я слишком резко и холодно. Понимая всю опасность, которая могла обрушиться на них, я хотел защитить друзей от Дагура, но рано или поздно все должно было всплыть наружу. Пусть будет поздно, так будет только лучше. Я буду оттягивать этот момент настолько, насколько смогу, придумывая любые отговорки и оправдания, лишь бы все осталось только между мной и Астрид. Нет, теперь и ей опасно находится рядом со мной. Как только мы вызволим Беззубика, то я рву все отношения. Беззубик… Почему мне пришло это имя? Я вздрогнул. Глаза, кажется расширились. По-моему, меня звала Забияка, но сейчас я ее не слышал. Беззубик… Я будто бы слышал это имя раньше… Нет, Иккинг, хватит себе врать. Ты знаешь, что на самом деле происходит, просто боишься признать это, так? Все твои сны, и то, как странно реагируют на тебя драконы, даже Ночная Фурия, и то, что говорил Дагур, это же доказательства, доказательства того, что ты это Иккинг Кровожадный Карасик III, что твоя душа реинкарнировалась. — Мне нужно идти — я, наконец, подал голос, вскакивая с места, забирая куртку и направляясь быстрым шагом в сторону выхода. Сейчас мне хотелось побыть в одиночестве, но еще больше я хотел узнать о своей прошлой жизни, ведь не просто так я вернулся именно в это время, так что поспешил в городскую библиотеку. — Эй, стой! — воскликнула удивленная моей выходкой Забияка, резко встав с кресла и идя следом за мной, Задирака последовал ее примеру. — Ты же обещал ответить на наши вопросы! — кажется, сказала что-то еще, но голос ее разозленного брата не дал мне услышать это. — Она права! Куда это ты собрался?! И что значит это «ничего»?! — вскипел Задирака, хватая меня за руку уже возле самого выхода. Резкая боль прокатилась от запястья до локтя и ладони, я сглотнул, прикусил нижнюю губу и терпел, старясь не измениться в лице. — Отпусти, — попросил я, посмотрев на Задираку, рядом стояла Забияка, прижав руки к сердцу. Я видел, что она беспокоится обо мне, и было очень приятно, но сейчас меня это только еще больше угнетало. — Скажи, что произошло, и тогда отпущу, — ответил серьезным тоном Задирака, смотря прямо в мои глаза, я не выдержал и опустил голову. — Отпусти, — чуть жестче сказал я, надеясь, что он сделает это. — Нет, — тут же ответил он, сжимая запястье еще крепче. — Я расскажу все завтра у Астрид, — спокойно ответил я, после чего вырвал руку из ладони Забияки и поспешил выйти из помещения, чтобы скрыться в библиотеке.