2
2 сентября 2016 г., 14:45
Сергей Белозеров мирно занимался анализами, взятыми Марининой и Майским в казино. Совпадений пока не было, но эксперт не сомневался, что рано или поздно он их найдет.
В лабораторию быстрым шагом вошла Маринина и обратилась к Белозерову:
— Сереж, ну что, что-нибудь есть? — и наклонилась к монитору. В ноздри Сергею ударил нежный запах магнолий и ванили в сочетании с яблоком. Нежный, неуловимый, но четкий и запоминающийся. Белая блузка, перетянутая пояском, была расстегнута сверху на три пуговицы, и стало видно правую тонкую ключицу девушки с милой родинкой во впадинке. Белозеров, как загипнотизированный, уставился на эту родинку.
— Проверяю отпечатки, но пока глухо, как в танке, — Яна рассеянно кивнула, а затем хитро улыбнулась и спросила:
— Сереж, а вот тот букет, что в буфете стоит… Ну, красивый такой, с глуповатым стишком… Не ты принес? — и взгляд голубых глаз с лукавыми искорками встретился со взглядом Белозерова, который наконец смог оторваться от созерцания родинки. Сережа, как мог честно, ответил:
— Яночка, если бы я знал, я бы с удовольствием сказал. Но, к сожалению, не владею такой информацией, — блондинка оглянулась на вход в лабораторию, а потом приблизила свое лицо близко-близко к лицу Сергея, зарылась пятерней в его волосы, отчего у Белозерова пробежал мороз по коже, и прошептала:
— Сереж, ну будь лапочкой… Я уверена, что ты знаешь. И дальше меня эта информация никуда не уйдет, — Сергей, который был готов «расколоться» уже тогда, как увидел нежную и одновременно пикантную родинку, проглотил ком в горле и проговорил интимным шепотом:
— Это Майский, Ян. Я его еще вчера «расколол», — не сдержал самодовольной улыбки эксперт. Яна улыбнулась про себя: ее версия подтвердилась.
— Спасибо, Сережа. Ты лапочка, — полушепотом произнесла девушка и коснулась накрашенными помадой цвета розового вина губами щеки Белозерова именно в тот момент, когда в лабораторию вошел Майский. От такой наглости со стороны коллег он даже замер. А Маринина выпрямилась, повернулась на каблучках и врезалась прямо в майора. Обаятельно улыбнувшись и обдав его тем же запахом духов, она произнесла:
— Доброе утро, товарищ майор, — и выскользнула из лаборатории. Сергей запоздало кивнул и перевел взгляд на тезку, который сидел с закрытыми глазами, дышал очень размеренно, и у которого на гладко выбритой щеке красовался нежно-розовый отпечаток губ Яны.
— Слышь, тезка… А что это было? — откашлявшись, спросил Майский. Белозеров мигом пришел в себя и, все еще чувствуя на щеке губы девушки, быстро ответил:
— Да Яна тут кое-что спрашивала, очень ей надо было.
— И поэтому вы тут устроили хрен пойми что?! — взревновал Сергей. Он был готов растерзать эксперта ко всем чертям.
— Подожди ты, подожди, — попытался успокоить его Белозеров, спешно оттирая сверх-стойкую помаду Яны. — Она у меня спрашивала очень ценную информацию, — лукаво улыбнулся эксперт.
— И что же?! — рявкнул майор, сжимая папку.
— Она спрашивала, кто ей букет принес, — устало ответил Сергей, корячась перед темным монитором и пытаясь оттереть помаду.
— И что, ты сказал, что ли?
— А ты бы не сказал? — иронично ответил вопросом на вопрос эксперт. — Девушка с такими духами и глазами, еще и родинка эта…
— Какая еще родинка? Ладно, неважно. Как она отреагировала?
— По-моему, она обрадовалась, — сказал с улыбкой Сергей, повернувшись к Майскому. — Так что уймись.
— Ну ладно, — и, все еще недовольный и негодующий, Майский вышел из лаборатории, забыв даже, зачем приходил.
