Щит Анкила

Воншик продрал глаза через силу, он понял, что у себя в постели. Его обволакивало тепло. Было очень приятно, но приходя в себя и восстанавливая отрывки последних моментов, ему становилось не по себе. Вдруг он ощутил движение за спиной и руку на своей талии. Слышать звуки в полную силу он не мог, потому что уши немного заложило от громкой музыки в клубе. Повернувшись, он увидел, спокойно спящего, Хакёна. Опять на его лице была детская беспечность, от чего Воншик улыбнулся. Но улыбка оборвалась на лице, когда память подбросила воспоминание, которое было о том, что произошло в туалете клуба. Младший привстал сразу же на локти. - Давай поспим еще, Шикки… - утыкаясь в подушку лицом, проговорил Хакён. «Шикки» от этого Вошика передернуло. Он вскочил с кровати, осматривая себя. Он был в тех же, что и вчера, штанах, но без кофты. Хакён сел на кровати и, не открывая глаз, продолжил говорить. – Дааа не трахнул я тебя, а так растянул и довел до оргазма. Но ты, сволочь, когда выпил, начал меня провоцировать, даже «метку» оставил. – старший также полураздетый, открывая глаза, указал двумя пальцами чуть выше ключицы на шею. Там красовался приличный засос. – Я тебе больше пить не дам. А то еще такими темпами сам меня трахнешь. – засмеялся Хакён, видя, как покраснел младший. - Я не помню этого. - Вообще ничего из того, что ты делал после выпивки? – удивленно поднимая бровь, старший увидел, как Воншик отрицательно мотает головой. – Это, наверное, к лучшему, что не помнишь. Пошли есть, мне надо восстановить силы, после того, как я дотащил тебя. После молчаливого завтрака, Хакён сказал, что у него на сегодня запланированы дела, на что младший сказал, что тоже планирует попрактиковаться и сделать пару дел. И они разошлись. От долгой практики у Воншика разболелась голова, но по правде практика не причем, тут больше алкоголь постарался. Младший решил спастись от этой боли с помощью душа, сразу зайдя по напор воды, почувствовал, как ему легчает. От этого он закрыл глаза, пытаясь полностью расслабиться, но у его мозга были другие планы. Как только он закрыл глаза, начали всплывать воспоминания прошедшей ночи. «Хагён, что-то говорит толи о том, что пить не надо или продолжать что-то. Они заходят в комнату Воншика. Старший ведет его в ванную комнату. Снимает с него кофту и бросает на пол, затем открывает кран и начинает умывать его. При этом говорит что-то». Воншик трусит головой, пытается далее вспомнить, и память дает ему такую возможность. «Воншик резко припечатывает старшего стене, тот упирается, а затем… Затем Воншик его целует в губы, чувствуя, как руки старшего пытаются его оттолкнуть. После стал спускаться поцелуями к шее, а потом стал прикусывать кожу старшего. Оторвавшись от этого занятия, он посмотрел в глаза Хакёна, который был немного испуган, и сказал: «Я оставлю на тебе метку. Это значит, что ты теперь только мой. Мой! Понял!» Хакён кивнул головой, и младший стал всасываться в кожу на шее, да так сильно, что старший даже вскрикнул. Воншик оторвал свои губы от шеи и, уткнувшись в плечо старшего, стал засыпать». Глаза широко распахнулись, дыхание участилось, по телу прошла вибрация. Опустив глаза, младший увидел, что у него эрекция, и от этого его еще больше бросило в жар. Воншик уже сделал вызов, шли гудки, потом последовал ответ, на стандартное «Привет, Воншик!», он сказал: - Хакён, нам надо с тобой поговорить, приходи вечером ко мне. – после этого Воншик сбросил вызов. В дверь кто-то стучал. Воншик решил, что Хакён был рядом и решил сразу зайти. Открыв дверь, увидел, что перед ним стояла девушка. - Привет! Я по делу. – улыбаясь начала говорить девушка. – У тебя нет согревающей мази? Я видела, что ты практиковался в танцзале, и подумала, что у тебя, возможно, есть, что-либо, что поможет моей растянутой ноге. - Заходи, я сейчас поищу. – хмурясь, пригласил Воншик.